ЛитМир - Электронная Библиотека

Крис Картер

Дверь во вселенную

ПРОЛОГ

Лаборатория исследования реактивного движения

Пасадена, штат Калифорния

1981 год

«Мы находимся здесь, в Пасадене, в Центре управления полетом. Сегодня ученые впервые получили фотографии поверхности Марса, сделанные космическим кораблем с близкого расстояния. Фотографии, которые принесли большие загадок, чем раскрыли. К примеру, судя по ним, полярные шапки Марса содержат в замерзшем состоянии достаточно воды, чтобы поддерживать жизнь на планете. А чего стоит хотя бы отлично видимое на многих снимках гигантское образование, напоминающее человеческое лицо? "Однако официальные лица в НАСА заявляют, что этот удивительный объект вовсе не является доказательством существования внеземной цивилизации. Полковник Маркус Аурелиус Белт заявил нашему корреспонденту, что, по его мнению, мы имеем дело всего-навсего с причудой геологии, а единственные марсианские скульпторы — это ветры, которые десять месяцев в году дуют на поверхности планеты со скоростью триста миль в час…»

Полковник швырнул газету с фотографией на стол, бросил поверх нее связку ключей и, тяжело вздохнув, потянул узел галстука. Как они все достали! Единственное, что нужно всем этим журналистам, — жареные сенсации и сногсшибательные новости. И сенсации они готовы выискивать где угодно, даже в постели собственной матушки. Результаты научных исследований, понятные лишь специалистам, их не интересуют — им подавай что-нибудь яркое, невероятное и кричащее, чем можно сразу поразить публику. Сейчас вот — эта дурацкая фотография, уже обошедшая, кажется, газеты всего мира. Подумаешь, лицо! И бесполезно объяснять, что, стоило станции пройти чуть в стороне и с другой точки съемки, это горное образование предстало бы на фотографии совершенно иным, даже отдаленно не напоминая какие-то дурацкие лица…

Полковник содрал-таки галстук, утер им разгоряченное лицо и сел на кровать. Дрожащими пальцами начал расстегивать воротник рубашки. Боже, как он устал за сегодняшний день! А тут еще эти журналисты… И лицо… Черт возьми, почему это лицо так к нему привязалось, даже валяющаяся на столе газета неуловимо

Притягивает — еще раз встать и заглянуть в эти темные, скрытые вечной тенью провалы глаз-яиц… К черту!

Полковник дернул шнурок ночника. Единственный источник света в комнате погас, но лицо на газетной фотографии продолжало мерцать призрачно-голубоватым светом… Полковник отчаянно потряс головой. Ерунда какая, просто от усталости у него уже плывут круги перед глазами. А ну-ка спать, сейчас же спать!..

…Ослепительное солнце сияет так ярко, что смотреть на него больно даже через светофильтр шлема. Солнечный свет отражается от матового борта станции и, кажется, заливает все вокруг. Невероятное ощущение — островок света среди океана космической тьмы, пронизанного острыми иголками звезд. Земля сейчас находится за спиной, и кажется, будто, кроме тебя самого, покатого бока станции и этой звездной черноты, ничего больше не существует. Но глаза звезд смотрят все пристальнее, и ты будто растворяешься в них… нет, это они тянутся к тебе, движутся, сливаясь в смутное очертание… его название вертится у тебя в голове и никак не может выплыть наружу…

— Боже правый, что это такое?

— Капитан, — обеспокоенный голос напарника. — Как у вас там дела?

— Здесь… здесь, кажется, что-то есть…

— Капитан, повторите, пожалуйста. Что у вас случилось? На иллюминатор скафандра падает тень.

— Оно… оно летит на меня! Боже мой! Кажется, оно живое!

— Капитан, что у вас случилось? Капитан, сейчас я выхожу на помощь!

— Отставить. Нет, Дик, у меня все в полном порядке…

Центр управления полетом

Хьюстон, штат Техас

Ноябрь 1993 года

— Мыс Канаверал, как вы нас слышите?

— Отлично, Хьюстон!

— Все ли системы шаттла протестированы?

— Да, командор!

— Отлично, даю минутную готовность. Шестьдесят секунд до старта, отсчет пошел! На борту, как вы меня слышите?

— Четко и ясно, полковник!

— Хорошо. Техническая служба?

— Все системы в норме. Главная ферма отходит.

— Давление на борту в норме. Продув завершен.

— 0'кей. Переходите на автономную систему питания.

— Штуцеры отсоединяются. Мачта питания отошла. Кислородные баки заполнены, давление в баках полетное.

— Проверьте подачу кислорода.

— Подача кислорода в норме.

— Всего вам хорошего. Счастливого пути!

— Вас понял, полковник!

Массивная туша космического корабля, похожая на очень толстый реактивный самолет, только оседлавший гигантскую бочку с бензином и нацеленный вертикально в небо, возвышается на стартовой площадке. Решетчатая ферма откинута, а подножие корабля окутано белыми клубами пара. Небо над Флоридой ослепительно голубое, и по нему медленно тянутся тонкие полосы белых облаков.

— Время минус двадцать секунд. Отсчет пошел. Телеметрические системы включены. Главный двигатель включен. Время минус десять.

Электронное табло на передней стене, над входом, показывает оставшиеся секунды. Девять. Восемь. Семь. Шесть. Пять. Четыре. Три…

На пульте вспыхивает красный сигнал, и тотчас пронзительным голосом заливается сирена.

— Отменить старт! Отменить старт! Отказ системы! Повторяю — отменить старт!

Замершее электронное табло показывает: время до старта — три секунды…

Вашингтон, округ Колумбия

Две недели спустя

Погожий ноябрьский день выдался теплым и солнечным. С верхних ступенек лестницы открывался прекрасный вид на набережную Потомака и наслаждавшихся последним осенним солнцем прохожих. По небу неторопливо плыли грузные белые облака. С реки тянуло легким ветерком, и золотистые клены негромко шелестели последними листьями. Двое детей лет пяти-шести увлеченно рисовали мелом на асфальте, невдалеке прогуливалась дама с болонкой и внимательно наблюдала за малышами.

— Что было написано в записке? — спросила Скалли.

— Что этот человек работает в NASA. И хотел бы поговорить с кем-то из ФБР. Мы договорились о встрече здесь. — Малдер щелчком отбросил красно-желтый лист, который до того задумчиво вертел в руке, и поднялся со ступенек. — Он должен был появиться уже три минуты назад.

— А почему такая секретность? — Скалли решила не вставать, только закинула голову, щурясь на осеннее солнце. — К чему все эти плащи и кинжалы?

— Понятия не имею, — пожал плечами Малдер. — В записке было сказано, что дело очень срочное и касается национальных интересов. Что-то насчет NASA и космической программы.

— Ты думаешь, он боится кого-то?

— Может быть. А может быть, это просто чья-то проказа. Или очередной сумасшедший.

— Знаешь, чем дальше, тем больше я в этом уверяюсь. Уже шесть минут четвертого, а этого анонима нет ни слуху ни духу.

В этот момент высокая девушка в сером пальто, остановившаяся несколькими ступеньками ниже по лестнице, обернулась:

— Прошу прощения, кажется, это я заставила вас ждать. Меня зовут Мишель Дженеро, я из Хьюстона.

— Фокс Малдер. — Малдер кивнул. — А это мой напарник, спецагент Дэйна Скалли.

Скалли поднялась со ступенек и протянула девушке руку. Малдер окинул Дженеро внимательным взглядом. Высокого роста, волосы собраны на затылке в длинный хвост. Лицо можно было бы назвать лошадиным, если бы не эти глубокие серые глаза за огромными, в пол-лица, стеклами очков. И улыбка, нерешительная и слегка растерянная. Обычно носительница такой улыбки совершенно не осознает ее силы — и именно поэтому многие мужчины сходят от них — и от женщины, и от улыбки — с ума.

— Это я послала вам записку, — девушка снова мило улыбнулась. — Простите за чрезмерные меры предосторожности, я прилетела сегодня утром из Хьюстона и не уверена, что за мной не следили. — Малдер поднял брови. — Я работаю в Центре управления полетами.

1
{"b":"13340","o":1}