ЛитМир - Электронная Библиотека

Помянули моряков еще раз. Говорить больше не хотелось. Наше молчаливое накачивание хлебным вином прервал радостный Петр, сдавший вахту. Пришлось и ему рассказывать, чего мы такие печальные. Помянули моряков. Ведь, почти двойная команда была! Петр воспринял нашу печаль близко к сердцу. Поминали всю ночь.

Здесь и предложил Петру, отвезти его в Англию на Орле, а потом, идти на нем к Азову. Тогда эта идея показалась замечательной, и мы даже указ, все вместе, писали — десанту грузиться на фрегаты, а фрегатам выступать к Азову. Тем более первые несколько сотен нанятых моряков к этому времени уже прибудут в Воронеж. Что еще написали, и в каких тонах — все смутно. Помню, что фраза, «завязать узлом их полумесяц и…» была точно, сам ее и предлагал. Правда звучала она еще выразительнее. И указ отправили немедленно. Еще и в след орали, чтобы лошадей не жалел.

Как утром прибыли и выгружали гостей — уже не помню. Но говорят, их именно выгружали.

Включившись в жизнь после обеда, велел перегружаться из нашего домика на Орла — больше мне в Амстердаме делать нечего, а на Орле спокойнее.

Так, на борту, и отметил свой личный Новый Год. Традицию растянул на всю команду. Оливье опять был так себе. А вот водка удалась.

В первых числах января на рейде отшвартовалась английская эскадра из трех линейных кораблей и нескольких фрегатов — под предводительством адмирала Митчела поднявшего адмиральский флаг на линейном корабле «Йорк».

Петр, обрадовался новой игрушке и с интересом обшаривал новые корабли, англичане не препятствовали тщательному изучению их судов. На следующий день, Петр делился новыми впечатлениями. Сделал интересный вывод — английские корабли лучше голландских. Потом подумал и добавил, что наш Орел, именно так и сказал «наш», лучше английских.

А в переходе до Англии, убедил его в этом окончательно.

Часть посольства со всеми послами оставили в Амстердаме — они тут пытались договор заключить, на что высказал Петру свое мнение, занятие это бесполезное и обосновал почему. Петр, с моим мнением частично согласился, но посольство все равно оставил — а вдруг получиться. Вообще — трудолюбие Петра заслуживает отдельного разговора. Он работал сутками — мне бы его двужильность, мог бы уже ракеты на орбиту запускать. Кроме того, он очень внимательно следил за всеми политическими играми, а главное — делал любопытные выводы. Пол Европы смеялась над прогулкой русского медведя, а он очень четко отслеживал тенденции в политических движениях и делал дальние прогнозы. Ему бы еще образование соответствующее — был бы аналитик от бога. Но тут ему ничем помочь не мог.

Одним словом, седьмого января 1698 года — отчалили небольшим посольством в Англию. Основная группа послов пошла на «Йорке» а Петр на Орле. По дороге мы откровенно глумились над английскими кораблями, нарезая круги около линейных кораблей и гоняя фрегаты. Петр млел от удовольствия. А когда рассказал ему, что прямо сейчас можем потопить всю эскадру и при этом есть хороший шанс выбраться из боя живыми — Петр задумался. Надеюсь, он не предложит попробовать — бог с ними, с нашими членами посольства, там и знать то никого не знаю, а вот что мы англичанам в порту скажем? Не поверят ведь, что эскадру съели мыши.

На всякий случай, напомнил Петру, что наши возможности никому разглашать не стоит. Особенно англичанам. Слишком уж вероятно быстрое копирование технологий. И Орлу прикажу встать на самом дальнем рейде, и гостей не принимать пока — будет у нас еще время показать себя во всей красе.

Петр согласился, тем не менее, всю дорогу поглядывал на суетящуюся эскадру с некоторым превосходством, мол, вот сейчас щелкну пальцами, и вас порвут на британский флаг.

Четыре сотни километров до Гарвича мы бы на Орле прошли чуть более, чем за сутки, при таком ветре — однако с этой эскадрой тащились три дня. Отшвартовавшись на рейде Гарвича, еще сотню километров ехали до Лондона, правда, ехали очень ходко, с постоянной сменой лошадей.

Англичане поселили посольство в шикарном доме на берегу реки. Уж и не знаю, какого лорда отсюда, по быстрому, выставили. Но Петру это все было не интересно, он продолжал играть в урядника Петра Михайлова и устремился в город — где и поселился напротив верфи. На этой верфи он начал трудиться под руководством мастера Деана, постигая английский стиль кораблестроения. Лично мне верфь наскучила уже через четыре дня изучения способов сборки судов и их особенностей. Слабые места выписал к себе в блокнотик, к таким же записям о голландских судах. Блокнотик у меня теперь был с пометкой, каждый раз напоминающей моей паранойе, что расслабляться нельзя.

Что порадовало, Петр уже не торчал на верфи безвылазно, ему то же уже многое становилось очевидным. Мы даже продолжили уроки, правда, урывками, потому что стали много времени уделять другим делам, вместе даже посетили театр и университет, постоянно обсуждая, как это все будем внедрять в России.

На прием к императору, Петр ходил без меня, все же политикой должен заниматься человек, хорошо в ней разбирающейся. Себя таковым не считал.

Кроме того, развернули очередную большую компанию по набору рекрутов и мастеров. Многих нам рекомендовал лорда Кармартен — одним из таких рекрутов был инженер Джон Пери, нанятый Петром для строительства Волго-Донского канала. Вот с этим человеком пообщался очень подробно. Рассказал ему, на что он подписывается — так как у меня было подозрение, что проект сильно недооценивают. Что придется копать канал в сотню километров длинной с десятком шлюзов со стороны Волги и четырьмя шлюзами со стороны Дона, так как Дон выше Волги на сорок метров, а возвышенность между обеими реками выше Дона еще на сорок метров. В связи с этим ему надо будет закачивать воду на вершину этой шлюзовой лестницы, то есть поднимать ее из Дона. При этом никаких водяных мельниц по близости не поставить. Только если ветряные по всему пути от Дона до Волги. При этом, на Дону то же надо ставить плотину и шлюз. Работы не просто много, а адски много. А сделать ее надо за очень короткий промежуток времени, иначе Петр охладеет к этой затее. Не стал уточнять, что будет большая война, и, очевидно, денег на канал Петр не даст.

Так планомерно перешли от разговоров к проектам. Теоретически, даже понимал английский язык, но все же толмач без работы не остался. Выжимал из памяти все, что помнил из лоции Волго-Дона. Как назло лезли, в основном, правила прохождения шлюзов и береговые знаки. А ведь только разок по этому маршруту и ходил — странная все же штука, память человеческая. Инженер был просто счастлив нашими посиделками, остудил его энтузиазм, предложив посчитать — сколько надо вынуть грунта при строительстве, и какие для этого нужны людские ресурсы. При этом напомнил — жарко там, и если не заниматься всерьез зашитой персонала и соблюдением санитарии у него очень быстро некому станет работать. С этим вопросом предложил обращаться к Тае. Что он и сделал.

Насосное оборудование обещал сделать на заводе под Воронежем, так же как и механизацию ветряных башен. Но ветер — штука капризная, значит, на вершине ему надо организовать большое водохранилище.

Неожиданным результатом наших обсуждений стал активно циркулирующий слух, что Петр привез с собой несколько гениальных специалистов, в том числе Таю и Брюса, и к нам начали записываться на прием. Пресек это начинание в корне — буду как собака на сене — сидеть на новых технологиях. Однако, распустил параллельный слух, что набираем инженеров и специалистов для работы в России с десятилетним контрактом. Про обучение новым технологиям не упоминал, и в контракте такого пункта не было. Тем не менее, народ довольно активно начал наниматься. Добавил слух, что и учителя и ученые и артисты с художниками — все нужны. Правда, со всеми приходилось беседовать, и это отнимало массу времени. Но не жаловался, перспективы начинают казаться радужными. Многие, правда, отказывались учить язык и уходили, многим отказывал сам, нам в России своих середнячков и ниже хватает. Крупные рыбы попадались крайне редко, а вот на хорошую уху набрал уже прилично. Теперь вновь остро встает вопрос денег. Петр не даст на массовые гражданские школы, надо будет опять искать клад.

140
{"b":"133492","o":1}