ЛитМир - Электронная Библиотека

— …я знала — стоит только погромче крикнуть, как тут же кто-то откликнется.

И журналисты мне так говорили. Обязательно кто-нибудь должен услышать и помочь. Но я никак не ожидала, что это будет ФБР…

Проводит дорогих гостей в комнату, делает неловкий жест здоровой рукой, вроде как приглашая к экскурсии, натыкается взглядом на сына, сосредоточенно рисующего что-то за столом.

— Это — мой Кевин. Кевин, поздоровайся!

Такая знакомая и привычная ситуация. Была бы привычной, если бы не реакция Кевина. Точнее, отсутствие какой бы то nil было реакции. Он даже не вздрогнул от звука материнского голоса. Не поднял взгляда, не оторвал карандаша от бумаги. Очень сосредоточенный мальчик.

Зато реакция мисс Моррис на непослушного малыша понятна и предсказуема — она смущается еще больше и стремится хоть чем-то загладить неловкость:

— Хотите кофе? — И ведет гостей на кухню, поить местной сиу-разновидностью кофе вприкуску с яблочным пирогом по рецепту из любимого журнала. И правильно, под кофе исповедоваться легче.

Иду за хозяйкой, в уверенности, что Малдер, как обычно, шагает сразу следом, как вдруг ощущаю за спиной какую-то пустоту, провал, вакуум… Что такое?! Озираюсь —оказывается, Малдер вовсе не пошел на кухню, a стоит в комнате возле камина. Рассматривает галерею фотографий на каминной полке.

Он не замечает моего возвращения, а может, оно ему и безразлично. Всматривается в снимки разных лет. Девочка-скаут Дарлен Моррис. Дарлен с маленькой дочкой, Дарлен с подросшей дочкой и маленьким сыном, Кевин и Руби вдвоем… Наверное, отец очень любил свою семью, раз позволил создать эдакий иконостас, без единого собственного изображения. За что, по-видимому, и поплатился… Взгляд Малдера застывает на фотографии Руби в возрасте лет тринадцати. Обычная симпатичная светловолосая девчушка. Фокс смотрит и смотрит на нее, прямо въедается и фотографию. Чем она его так приворожила?

И внезапно Скалли поняла — чем. И вспомнила, кого так напоминает ей эта девочка на фотографии.

Не может быть! Хотя почему не может?

У похожих людей и судьбы должны быть схожими. Разве ты уже поверила в это безумие с инопланетными похищениями? А что же тогда случилось? Вот с этим-то и надо разобраться! Хм! «Не могли ли личные переживания Малдера сказаться на его профессиональных суждениях?» Он, могли, еще как могли. А может, оно и к лучшему?

И Дэйна тряхнула головой, разгоняя сумятицу противоречивых мыслей и одновременно распушив волосы. Одернула жакет и догнала Дарлен Моррис. Краем глаза она видела, что Малдер уже чуть ли не гладит приглянувшееся фото — то ли жалея пропавшую девушку, то ли считывая экстрасенсорную информацию. С него станется. Ну и пусть. Насмотрится — придет.

Кофе и Малдер подоспели почти одновременно. А за ними последовала исповедь.

— Иногда по утрам мне не хочется вставать… — обе руки, и забинтованная, и здоровая, натруженная рука матери-одиночки, оглаживают кофейную чашку. — И Кевин ведет себя как-то странно… — глоток кофе, чтобы продлить неловкую паузу. — Я в отчаянии… — и внезапно — твердо, как сокровенное: — Я хочу, чтобы моя девочка вернулась!

Ну ладно, Малдер сейчас — не боец. Он заворожен своей сказочной теорией и думает только о ней. Мое же дело — отмести все банальные земные подозрения.

— Мисс Моррис, во время развода не было спора о детях?

— Чарльз тут совершенно ни при чем.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что я знаю совершенно точно, что случилось. Я не в первый раз с этим сталкиваюсь…

Ах, вот в чем дело… Малдер, естественно, вскидывается, как спаниель при звуке охот ничьего рога.

— Лето шестьдесят седьмого, лагерь девочек-скаутов… — полувопросительно-полуутвердительно, как бы приглашая продолжить затронутую тему.

— Откуда вы знаете?

Она и в самом деле забыла, что на дворе конец двадцатого века?

— Вы зарегистрированы в Центре изучения НЛО в Ивинстоуне, Иллинойс.

— Правда?

Ну и клуша… А из Малдера истекают терпение и всепонимание. У него, кажется, впереди вечность.

— Да… Летчик метеорологической службы видел то же самое в том же месте и в тот же день и час.

Дарлен вдруг понимает, что ее — ее! слушают. Что ей — ей! — верят. Вот он, ее защитник и спаситель. Вот она, ее последняя надежда!

— Они забрали ее, ведь так, мистер Малдер?!

Но спаситель не хочет примерять на себя эту ответственную роль. Он спокойно продолжает раскручивать спираль расспросов.

— Вы сказали, что Кевин был с вами в ту ночь.

— Он ничего не видел, он спал! Умоляющий взгляд…

— Можно я с ним поговорю?

Скалли внезапно поймала себя на безумной мысли: «Будь я на ее месте, то в ответ на такой его взгляд я бы…» И испугалась своей фантазии.

Дарлен Моррис, разумеется, не устояла. Утвердительно кивнула.

— Спасибо.

Это большое умение — искренне благодарить за вещи, которые для тебя сами собой разумеются…

А Дарлен переключилась на Скалли, явно ощущая разницу в ее и Малдеровском восприятии происходящего.

— Знаете, я многим рассказывала эту историю, в газете, в полиции… И мои собеседники всегда смотрели на меня так же, как вы сейчас.

Это должно было бы прозвучать осуждающе. Но Скалли не слышала и не видела измученную женщину, пытаясь сквозь нее рассмотреть, что делает в комнате Малдер.

Фокс подходит к сидящему на полу мальчику. Сейчас спецагент — сама мягкость. Эдакое воплощение абсолютной спокойной отеческой силы.

— Привет. Не возражаешь, если я посижу? — малыш не отрывает неподвижного взгляда от телевизора, по которому — одни помехи, сплошной белый шум. Но Малдеру ответ и не нужен. — Спасибо. — Пауза. Поиск темы для беседы. — Мама говорит, что тебя мучают кошмары…

— Наверное… Отреагировал!

— А не хочешь рассказать мне о них? Молчаливое покачивание головой.

— Ладно. — Подход неудачен. Найдем другой. Обращает внимание на лист в его руках. — А что ты делаешь? Рисуешь? — Кивок. — Можно посмотреть? — Ручки доверчиво протягивают бумагу старшему. — Спасибо.

А на листе — неровными детскими каракулями странный, неуместный, непонятный, невозможный числовой ряд:

0011001010010010010011110010100

1001010010101010100101010101010

0001011110101010001110101001010

01001000101101110101001010101

И так далее — почти на треть страницы Видимо, недоумение Малдера достаточно красноречиво, потому что мальчик вдруг — впервые — заговаривает сам:

— Это идет оттуда.

И указывает пальчиком куда-то в верхний левый угол шумящего экрана.

— Из телевизора?

Еще один красноречивый кивок, но уже — как своему, как приобщенному.

Числовой ряд из телевизора, не настроенного ни на один канал?! Все страньше и страньше… Есть над чем задуматься.

Управление службы шерифа

Сну-Сити, штат Айова

5 октября 1992 года 14:10

Пока я выспрашиваю у местного шерифа подробности исчезновения и розысков Руби Моррис, Малдер уже договорился с секретаршей службы шерифа, заправил в ее факс эти непонятные числовые каракули Морриса-младшего и теперь отправляет их очередному своему приятелю то ли в ФБР, то ли в Пентагон — чокнутых везде хватает, — да еще и по параллельной голосовой линии комментирует передаваемое:

— …не знаю, что это. Может, двоичный код… или еще что-то. Я знаю, у тебя много дел… Послушан, у меня есть друг, у него есть приятель, у которого тоже есть приятель, который может достать тебе билеты на игру «Рэдкинс». Прекрасно, билеты твои!

Вот пройдоха! Да займись же ты делом наконец! Ой! Словно услышал мысль…

— Иду! Итак…

Шериф, как и положено шерифу, уверен в себе, нетороплив и обстоятелен.

— Я уже говорил вашей напарнице, что доказательств похищения нет — ни звонков, ни требовании о выкупе. И, поскольку не найдено тело…

— Вы решили, что она сбежала. Он что, обвиняет шерифа в чем-то?!

— Руби Моррис часто сбегала из дому, шерифа не так-то просто сбить с толку.

3
{"b":"13350","o":1}