ЛитМир - Электронная Библиотека

Устройство для запуска моего спутника напоминает толстенькую мортиру сантиметров тридцати в высоту с раздутым основанием. Вставляем снаряженный патрон внутрь, на откидной панели набираем пусковую команду и отбегаем подальше. Я задал минутный интервал, за который успел вернуться за руль и отъехать метров на двести. От греха. Говорят, порой эти штуки взрываются. И вообще у них очень неблагоприятное воздействие на экологию. Экологию человека, в первую очередь. А я ее стараюсь беречь, поплевывая при этом на то, что в уставе прописано про стойкое перенесение всех тягот и лишений нашей нелегкой службы, а еще у меня имеется персональная страховка. Знаете, один умный человек сказал, имея в виду пропаганду собственного здорового образа жизни, что лучше вкладываться в спорт, чем во врачей.

На мою беду я в запале служебного рвения как-то забыл про включенные наружные микрофоны. Дверцу захлопнул, боковое стекло поднял, а про микрофоны ни одной мысли. Нет, точно тут какая-то дрянь, на территории этой. Если все получится, то уже сегодня к вечеру могу ложиться на обратный курс. По дорогам, даже прилично убитым, я уже к утру выберусь на границу. И при этом не буду жалеть подвеску и экономить горючку.

Так вот, докладываю. Ахнуло совсем не слабо. И ахнуло, и бухнуло, и стукнуло. Последнее аккурат по моим ушам. Мое послание улетело в небеса, на орбиту, а то и дальше, я же остался на грешной Земле оглушенным и крепко обалдевшим. Мне даже показалось, что я оглох. Я не слышал ничего. Совсем! Ничего себе погулял.

За эти секунды чего я только не передумал. И что профессию придется менять, и вообще образ жизни, и лечиться, и как выбираться отсюда, и где учат азбуке Брайля, и… Короче, много чего. Те картинки ужасов, которые в секунды возникают в голове перепуганного насмерть человека, здоровой особи за час не придумать. А то и за сутки. Да ему, то есть ей, особи то есть, подобное даже в голову не придет. Во-первых, зачем, во-вторых, с какой стати? Такое только в воспаленном мозгу происходит.

Потом я, морщась не столько от боли, которой, как вскоре оказалось, вообще уже не было, сколько от уготованной мне участи, выключил наружку и врубил проигрыватель, от отчаяния и страха крутнув верньер до отказа вправо.

За что получил по ушам еще раз. Я не большой любитель звуковых эффектов, но, полагаю, наши техники к своей работе относятся более трепетно. Возможно, они ее даже любят. Все эти понятия — стереофоническая база, частотная характеристика, подавление шумов, пороговые фильтры, сабвуфер — немного не из моего репертуара, который остался в юности. Как раз тогда, когда я начал серьезно готовиться к профессии. То есть некоторые рецидивы происходили, но они отнюдь не носили характера скрытого хронического заболевания. А кое у кого детство в одном месте все еще играет. Я даже знаю у кого. Вернусь, выражу ему свою благодарность. Впрочем, ребят понять можно, ведь распоряжение подготовить технику шло с самого-самого верха. Вот они и расстарались.

Но на тот момент я был счастлив. Что такое счастье? Это короткий миг. Точнее, приступ острого счастья длится от нескольких минут до часов. Суточную границу он, насколько мне известно, не переступает никогда. У меня на глубокие душевные переживания не было ни суток, ни часов. Даже с минутами наблюдалась напряженка. Но шестьдесят секунд хорошей музыки я себе позволил. В отчет я эту паузу, естественно, включать не стану, но уверяю, это была одна из самых приятных, самых счастливых, самых запоминающихся минут в моей жизни. Я эти секунды — каждую! — использовал так, как никогда в своей жизни не использовал. Позже, по критическому осмыслению, это, возможно, будет выглядеть не так, несколько иначе. Случались у меня моменты и похлеще, но этот внезапный, водопадом, переход от глубокого каньонного уныния к пиковой радости дорогого стоит. Да и песня была хороша.

Я даже не стал ее выключать, когда двинулся вперед. Я люблю ездить под музыку. Она очень скрашивает одиночество, особенно в пути.

К моему немалому удивлению — и удовлетворению! — трасса оказалась во вполне приличном состоянии. Некоторые погрешности полотна я легко объезжал, пользуясь тем, что ни «волшебников полосатой палочки», ни движения на дорожном полотне не имелось. Готовясь к этой командировке, а это у нас чуть не всегда «аллюр три креста, поднять хвоста для принятия перста», я успел чуть заглянуть в здешнюю историю. Еще при Сталине эту дорогу зеки строили, под бдительное поблескивание пенсне Лаврентия незабвенного нашего Палыча. За страх и паек люди старались. А получилось как будто на совесть. Уж цемент-то точно не воровали. Впрочем, знаю я про это пару историй, будет место, расскажу.

Большее опасение внушали время от времени встречающиеся продукты жизнедеятельности животных — лошадей и коров, — тут уж не спутаешь. Поскользнуться на таком мне не улыбалось никак, поэтому я дисциплинированно держал скорость в разумном пределе. Это позволяло мне посматривать по сторонам. Заросшие поля, тронутые осенью леса. Почти идиллия. Я вспомнил моих… мм… девушек. Те идеально со своими подружками вписывались в такой же пейзаж. Я невольно напрягся. И правильно. Пора переходить в рабочее состояние.

Слева начали мелькать солнечные зайчики. Озеро. Я у цели. Вздохнул поглубже и сбавил скорость. Начинается работа.

Мама моя дорогая! Если б я мог предположить какая!

Некоторое время вода мелькала за деревьями, не давая себя рассмотреть, как невеста за фатой, а потом вдруг открылась. На сантименты меня пробивает редко. Я себя вообще считаю не сильно романтическим человеком. Профессия такая и вообще характер. А тут — красота. На самом деле очень красиво. Солнце, не успевшее высоко подняться, будто скользит по гладкой воде, заигрывая с ее легкими изгибами. Покрытый зеленью остров. Тишина. Легкий челн скользит…

Так! Лодка, в ней трое. Я остановился и взял бинокль. «Казанка» без мотора. Мужчины. Все сидят. Двое усиленно гребут. Правда, чуть вразнобой. И все смотрят в мою сторону. Спасибо спутнику. Сработал? Нет? Вот бы знать.

Ясно теперь, что меня ждут. Что ж, буду готовиться к объятиям. Успокаивает, что тут люди. Честно, я уже нафантазировал себе. Вся атмосфера территории, население с его перевернутым сознанием, здорово все это давит на психику. Еще немного, и я начну верить в заговоры, колдовство и наведение порчи. А, может, оно того стоит? Тогда сразу все просто так становится, кристально прозрачно, просто душу радует.

Но Лось-то существует. Восклицание или знак вопроса? Этого я пока не знаю. За этим, собственно, я сюда и прибыл, чтобы выяснить.

Перед отправкой прокурор наш вызвал меня для краткого напутствия. Вроде как по-отечески. У нас с ним как бы дружба. Такой папочка и сынок при нем. Многих это злит. Еще больше завидуют. Кто в курсе — хихикают. Втихаря, в рукав. Но мы с ним роли играем на все сто, как на последнем прогоне. На разрыв аорты, что называется. Работаем!

«Ты там поаккуратнее. Но и повнимательнее».

«Спасибо. Я понимаю».

«Не все так однозначно. Знаешь, есть разные мнения…»

«Какие?».

«Разные. Очень разные. Бесовщина, конечно. Но ты приглядись. Сам понимаешь. Мало ли что. Мы не вправе упустить ничего».

«Я постараюсь».

«Вот-вот. Именно так. Постарайся. Кстати, у тебя, кажется, срок на классный чин подходит?» «Через год почти».

«Ну-ну! Не надо. У кого почти, а кому и мигом. Только ты!..»

«Естественно».

«Так вот, я на тебя рассчитываю. Могу?» «Ну о чем разговор!»

А что я еще мог ответить? «Так точно!», что ли? Или «Не можете»?

«Хорошо. Там это… Все тебе подготовили. По самому, понимаешь, классу. По высокому. Я лично, сам понимаешь. Дело не такое простое, как кажется. Ну что тебе-то объяснять? Не мальчик. Короче, обеспечение с запроса, я распорядился. Но свой глаз!»

«А то!» — поддакнул я.

Чуял я, что валит он на меня все. Целый воз. Что порадовало, так это «с запроса». И я не постеснялся. А чего скромничать? Куда отправляюсь? На прогулку? Ой не похоже. От одних уколов задница моя раздулась так, что в штаны еле влез. А уж когда к помощнику генеральный направил — он все тебе в подробностях, — я уже совсем задумался.

49
{"b":"133509","o":1}