ЛитМир - Электронная Библиотека

Хотя кое в чем хор был и не плох, потому что это было своего рода прибежище для артистических натур, где они могли чувствовать себя в безопасности. «Трубадуры» ели ланч в комнате хора, и таким образом могли не встречаться лицом к лицу с Куртом Шрэдером, обедавшим в кафе.

Но Трина всегда ела ланч в комнате хора еще и по другой причине. Она желала быть уверенной, что мистер Холл, который всегда проводил ланч в своем офисе, а не в учительской, не отдаст сольную партию другому сопрано только потому, что Трина в этот момент отсутствует.

Я сказала Трине, что только через мой труп ей удастся посоревноваться в выборе еды с Карен Сью Уолтерс, так что мы все-таки отправимся на ланч в кафе.

Однако Люк ничего этого не знал. Он посмотрел на Карен Сью и на других, которые вытаскивали свои завтраки, когда мы выходили из комнаты хора, и спросил:

— Урок закончен? Почему они там стали есть?

— О, ты хочешь узнать, что происходит с этими трусишками? — И Трина стала долго и громко смеяться своей шутке, хотя она не так давно сама была рядом с подругами.

Я должна была все объяснить.

— Они тут едят, потому что боятся.

— Боятся чего? — удивился Люк. И тут мы вошли в кафе.

И второй раз за день Люк воскликнул:

— Господи!..

Только на этот раз причина была в другом.

Спросите Энни

Задайте Энни самый сложный вопрос, который касается сугубо личных отношений. Вперед, дерзайте!

В «Журнале» средней школы Клэйтона публикуются все письма. Тайна имени и адреса электронной почты корреспондента гарантируется.

Дорогая Энни!

Мой парень жует с открытым ртом и при этом с набитым ртом разговаривает. Это так неприлично! Я говорила ему об этом миллион раз, но он ничего не слышит. Как мне привить ему хорошие манеры?

Скажи да укажи

Дорогая Укажи!

Отказывайся сидеть с ним за одним столом, пока он не научится есть, как джентльмен. Несколько раз поест в одиночестве, и гарантирую, что все будет проглатывать, прежде чем заговорит.

Энни

Пятая глава

Полагаю, что новичка кафетерий средней школы Клэйтона может испугать. Потому что, когда во все комнаты набивается шестьсот подростков (мы едим в две смены), там становится довольно шумно.

Но, полагаю, что от этих децибелов у Люка не лопнули барабанные перепонки.

Дело в том, что кроме как в «Гленвуд Роуд» — главной закусочной в деловой части Клэйтона — ни в одном другом месте вы не увидите представления, подобного тому, что происходит в кафетерии клэйтонской средней школы.

Вы не можете просто схватить свой поднос, сесть за стол и поесть.

Нет, вы должны пройти вдоль длинного ряда столов, чтобы дойти до места, где подается пища — даже если вам нужно только молоко или кола.

И пока вы идете вдоль ряда столов, на вас устремлены все глаза. Серьезно. Именно в кафешке создаются или разбиваются репутации, и это зависит от того, насколько клево ты выглядишь.

Разумеется, это не касается меня. Я, честно, вне этих оценок.

Однако Люк этого не знал. Он остановился в дверях и в ужасе уставился на проход между столами, по которому шествовала Кортни Деккард со своим отрядом.

— Боже мой! — выдохнул Люк, в этом шуме его было трудно расслышать. — Это хуже, чем «Небесный бар».

Тут вмешалась Трина:

— Мы называем это — подиум. Ты готов пройти по нему гордой поступью?

Все еще ошеломленный Люк пошел за нами по подиуму к концу очереди. Я не заметила, что, пока мы шли, шум уменьшился, но отчетливо сознавала, что мы привлекаем взгляды всех женщин в помещении — начиная от крошечной девчушки, кончая пожилой раздатчицей.

Люк будто и не замечал жужжания, которым сопровождалось его появление. Похоже, он был просто в шоке. Когда я протянула ему поднос, он взял его, не сказав ни слова. Когда раздатчица спросила его, что он хочет — кукурузу или бобы, он, казалось, никак не мог решить. Я сказала ей, что кукурузу, поскольку полагала, что раз Люк посетил наш штат, он должен попробовать то, что все здесь едят.

Когда наши подносы были наполнены, мы двинулись к кассе, где Люк явно оказался в затруднении: у него в кармане не было двух долларов, чтобы расплатиться за ланч. Хорошо, что я такая опытная нянька — оттого, что у меня нет бойфренда, субботними вечерам я всегда бываю свободна, — но, с другой стороны, если мне придется всюду платить за Люка, я вылечу в трубу,

Трина и я поставили подносы на стол, за которым мы сидим каждый день начиная с первых классов — точно в центре комнаты, среди самых популярных ребят — тех, что задают моду — и среди тех, которые не настолько чувствительны, чтобы есть в комнате для хора.

Трина и я не единственные за центральным столом. Там сидит еще целая куча людей. Их состав, бывает, меняется, но в большинстве своем это грамотеи, умники, фанаты компьютера, школьные актеры, панки и штат «Журнала».

Джери Линн чуть не выплеснула свою диетическую колу, когда Люк сел рядом с ней и уставился на свою еду.

— О, привет, — сказала она. — Ты, должно быть, Лукас.

Видите? Видите, как быстро распространяются новости? Я в этот день даже не видела Джери Линн, а она уже услышала о новом парне. Можете представить, что произошло бы, если бы стало известно о «Спросите Энни»? За сколько минут это известие разлетелось бы по школе?

Люк даже не глянул на Джери. Он взял вилку и вонзил се в еду, лежавшую на тарелке.

— Это что? — спросил он.

— Рубленый бифштекс, — ответила я. Себе я взяла пиццу. Я, наверное, должна была предупредить Люка, чтобы он не ел в школе. Но, с другой стороны, при его желании попробовать все в Индиане, он должен съесть и наш бифштекс.

— Я вегетарианец, — сказал бифштексу Люк.

— Там есть салат-бар, — заботливо предложила Трина, которая выбирала между яичным и молочным, в зависимости от настроения.

Скотт, как всегда, принес свой собственный ланч. Обычно это было то, что он приготовил на ужин себе и отцу. Сегодня в его коробочке лежали жареные овощи и чесночный хлеб, которые Скотт разогрел в микроволновке, что стояла в кафе. Они так вкусно пахли!

— И ты собираешься это есть? — спросил Скотт у Джери, глядя на что-то коричневое в ее тарелке.

— Нет, миленький, — ответила Джери, все еще не отрывая взгляда от Люка. — Проехали.

Скотт отщипнул кусочек от ее коричневой еды. Затем сделал гримасу и положил этот кусочек обратно. Кулинарное искусство поваров кафетерия не могло сравниться с его искусством.

— Вы тут едите каждый день? — спросил Люк, внимательно изучая кусок бифштекса, наколотый на вилку,

— Это закрытая территория, — объяснила я, — только учителя могут покидать школу на ланч. И даже у них выбор небольшой — только «Пицца хат» и «Макдональдс». Все остальные места находятся слишком далеко, чтобы поспеть к шестому уроку.

Люк вздохнул и разломил вилкой бифштекс.

— Хочешь? — спросил Скотт, указывая на оставшиеся у него жареные овощи. — Там, правда, есть и мясо, но…

Люк, не дожидаясь повторного предложения, запустил свою вилку в коробочку Скотта. Наколол кусочек, пожевал и проглотил. Пока он это делал, я не могла не заметить, что все девочки по соседству — от Трины до Джери и японской ученицы по обмену — уставились на него.

— Мужик, — сказал Люк, закончив жевать. — Это вкусно. Это делала твоя мама или кто-то еще?

Скотт не очень-то скрывал, что ему нравится готовить. Не то что некоторые парни. И он не стал таиться.

— Не-а, я это сам приготовил, — сказал Скотт. — Давай-ка, приканчивай. Я пойду, возьму еще колы.

Люк с явным наслаждением доедал овощи с мясом, что могло бы удивить тех, кто не ест мяса, когда совершенно неожиданно кафетерий огласился мычанием. Серьезно. Будто мы внезапно оказались на сельской ярмарке.

10
{"b":"133541","o":1}