ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Наверное, да, – безучастно проговорила Энн.

– Она хочет, – сияя, подтвердила Шерил. – Правда?

Энн пожала плечами и снова повторила:

– Наверное, да.

Я подумала, что Энн заставили согласиться на переезд.

– Энн, – сказала я, – а ты видела соседку Шерил, Карлу? Ты знаешь, что она… любит черный цвет?

– А… – догадалась Энн, – да, конечно. Она помешана на всем готическом. Я в курсе. Все в порядке.

– А… – попыталась я найти правильное слово, – змея?

– Все, что угодно. – Она посмотрела на Шерил. – Не обижайся, но лучше уж жить со змеей, чем с членом команды поддержки.

Шерил, ничуть не обидевшись, подмигнула мне.

– Видите? – сказала она. – Мы можем оформить наш переезд прямо сейчас? Потому что мой папа приехал специально, чтобы мне помочь, он хочет вернуться в Нью-Джерси до того, как начнется буран.

Я достала бланки и невольно пожала плечами, совсем как Энн. Наверное, это заразно.

– Хорошо. – Я протянула им бланки, которые следовало заполнить.

Когда девочки – Шерил, подпрыгивающая от возбуждения, и куда более спокойная Энн – заполнили бланки и ушли, я просмотрела отчеты за прошедшую ночь. В Фишер-холле круглосуточно работает охрана, студенты в приемной, лаборанты, которые отрабатывают жилье и бесплатное питание, дежуря в холлах. Все они обязаны составлять отчеты после дежурства, а моя обязанность – читать и принимать к сведению. Это всегда скрашивает мои утренние часы на работе.

Отчеты бывают и очень смешные, и совсем банальные. Прошлой ночью, например, из окна верхнего этажа выкину ли шесть пол-литровых бутылок пива, которые попали в крышу проезжавшего мимо такси. Десять полицейских из шестого участка битый час бегали по общежитию, пытаясь выяснить, кто у нас такой меткий.

Было сообщение и о том, что в приемной потерян чей-то диск с записью самого популярного фильма этого месяца. Один из лаборантов мрачно докладывал, что какой-то студент несколько раз громко хлопнул дверью, выкрикивая: «Как я все здесь ненавижу!» Лаборант предлагал послать этого студента на консультацию в службу психологической помощи.

В другом отчете сообщалось о небольшом переполохе, который возник, когда работник столовой застукал студента, пытающегося разогреть замороженную пиццу в тостере.

Телефон зазвонил, и я радостно схватила трубку, благодаря Бога за то, что меня еще кто-то помнит. Я действительно люблю свою работу. Но должна признать, что она не слишком помогает развитию моего интеллекта.

– Фишер-холл, это – Хизер, чем могу помочь? – Моя бывшая начальница, Рейчел, очень строго относилась к форме ответа по телефону.

Теперь она здесь не работает, но привычка осталась.

– Хизер? – Я услышала в трубке сирену «скорой помощи» – Хизер, это Том.

– Привет, Том. – Я посмотрела на часы.

9. 20. Да! Я оказалась на работе, когда он позвонил! Не только вовремя, а даже на 10 минут раньше!

– Где ты?

– В больнице Святого Винсента. – Том говорил очень устало.

Должность директора общежития Нью-Йорк-колледжа чрезвычайно хлопотная. Нужно присматривать за семью сотнями студентов, большинство из которых раньше никогда не жили вне дома и уж ни в коем случае не делили ванную ни с одним из человеческих существ. Жильцы валом валили к Тому со всеми своими проблемами – конфликты с соседями по комнате, академические задолженности, кризисы сексуальной самоидентификации – в общем, с чем к Тому ни приди, он должен помочь.

Если обитатель общежития получит травму или заболеет, директор должен убедиться, что с ним или с ней все в порядке. Нужно ли говорить, что Том проводит долгие часы в отделениях «скорой помощи», в особенности по выходным, когда студенты устраивают пьянки. И все это двадцать четыре часа в сутки, триста сорок три дня в году (у всех служащих Нью-Йорк-колледжа отпуск – 22 дня) он делает за бесплатную комнату, еду и зарплату не намного больше моей.

Кому-нибудь интересно, почему моя бывшая начальница проработала здесь лишь несколько месяцев?

Том, на первый взгляд, казался более постоянным. Если судить по его росту в 153 см и девяностокилограммовой фигуре болельщика техасского клуба «А&М», он до смерти рад был переехать из своей дыры в Нью-Йорк.

– Слушай, Хизер, – устало сказал Том, – мне придется проторчать здесь еще несколько часов. Вчера вечером у нас был двадцать первый день рождения.

– Хо-хо. – Двадцать первый день рождения считался самым плохим.

Именинник в обязательном порядке должен был выпить с гостями двадцать одну порцию алкоголя. А поскольку человеческий организм не в состоянии усвоить та кое количество спиртного за такой короткий промежуток времени, в большинстве случаев празднование этого великого дня заканчивалось в отделении «скорой помощи» местной больницы. Здорово, правда?

– Да, – сказал Том. – Мне стыдно тебя об этом просить, но не могла бы ты переделать мое расписание на первую половину дня? Я еще не знаю, положат его в больницу или нет, а он не желает, чтобы я сообщал обо всем его родителям…

– Нет проблем, – ответила я. – Ты уже давно там?

Том тяжело вздохнул.

– Было около семи вечера, когда он вырубился. Так что я здесь с полуночи или около того. Кучу времени с ним потерял.

– Хочешь, я тебя сменю? – Когда наш студент находится в отделении «скорой помощи», но еще не госпитализирован, представитель колледжа обязан находиться рядом с ним все время.

Нельзя даже сходить домой и по-быстрому принять душ, не оставив кого-то вместо себя. Нью-Йорк-колледж не оставляет своих студентов в отделении «скорой помощи». Даже если эти студенты имеют обыкновение самовольно вы писываться и не ставить вас об этом в известность. Вы можете просидеть там битый час, просматривая испанские сериалы, а потом вдруг узнать, что ваш подопечный уже сбежал.

– А ты позавтракаешь.

– Знаешь, Хизер, – ответил Том, – пожалуй, я воспользуюсь твоим предложением.

Я открыла коробочку с деньгами на текущие расходы, даже не успев повесить трубку. Как хорошо, что у нас есть такая коробочка. Это как иметь собственный банк у себя на работе. К несчастью, Джастин, девушка, работавшая до меня, считала так же и потратила всю кассу на покупку керамических обогревателей для всех своих друзей и знакомых. Бюджетный отдел до сих пор всякий раз тщательно проверяет наши расходные ордера, несмотря на то, что все наши траты абсолютно законны.

Забежав в столовую за байтом, я почувствовала, что готова. Кофе-мокко – это прекрасно, но он не может в полной мере восполнить энергетические затраты моего организма. Багет – совсем другое дело. Особенно, если он промазан сливочным сыром (молочный продукт) и в нем присутствуют несколько кусочков бекона (протеины).

Я схватила куртку и протянула руку к багету, но тут увидела Магду, мою самую близкую на работе подругу, старшего кассира столовой. Она стояла в дверях моего кабинетам выглядела очень странно.

– Доброе утро, Магда, – улыбнулась я. – Ты ни за что не догадаешься, что сказал мне юноша-бармен.

Но Магда, обычно очень любопытная, к тому же большая поклонница юноши-бармена, не проявила к моим словам никакого интереса.

– Хизер, – проговорила она. – Мне нужно кое-что тебе показать.

– Если это первая страница «Пост», то Реджи тебя уже опередил. Поверь мне, Мэг, со мной все в порядке. Не могу поверить, что она простила ему похождения с парижскими «кошечками». Хотя, дело, видимо, в его папочке, который владеет звукозаписывающей компанией. Что ей оставалось?

Магда покачала головой.

– Нет, – сказала она. – Это не «Пост». Пойдем со мной. Хизер, пойдем.

Больше заинтригованная тем, что Магда мне ни разу не улыбнулась, чем поверившая, что ей нужно показать мне что-то действительно из ряда вон выходящее, я пошла по коридору, мимо кабинета комитета студенческого самоуправления, закрытого в столь ранний час, мимо кабинета начальника Магды. Обычно в офисе заведующего столовой не протолкнуться от служащих и не продышаться от сигаретного дыма. Джеральд Экхарт, заведующий столовой, завзятый курильщик. По идее, он должен курить на улице, но я неизменно заставала его курящим за рабочим столом, а потом проветривающим комнату. Наверное, он надеется, что никто ничего не замечает.

3
{"b":"133547","o":1}