ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Брентон повернулся к камере и объявил рекламную паузу.

По проходу между рядами к сцене подошел распорядитель и обратился к нему:

– Надень наушник. Теду нужно поговорить с тобой.

Брентон протянул руку за голову и нащупал радиоприемник, который висел у него за воротником.

– Ты имеешь в виду это? – Он оторвал радиоприемник и, наклонившись, передал его распорядителю. После этого он снова занял место на середине сцены. Рекламная пауза кончилась.

– Мы снова в Де-Мойне, штата Айова, в «Пасифик конвеншн-сентер» на предвыборных дебатах Демократической партии, – объявил Брентон. Затем он повернулся к сенатору Дехэвиленду и задал ему неприятный вопрос о том, как бороться с нелегальными иммигрантами в приграничных штатах.

Эй-Джей Тигарден вперился в экран монитора.

– Хейз, давай, врежь ему. – Он был так оживлен, что Райан не знал, наблюдать ему за дебатами или за этим перпетум мобиле, который, казалось, один способен сжечь весь кислород в гримерной.

Хейз уже обращался к аудитории:

– Сомневаюсь, что многие из вас, сидящих в этом зале, получили персональные приглашения приехать в Америку. По крайней мере, мои родители такого приглашения не получали.

– Пони! – воскликнул Эй-Джей.

– Повторяю, мы не о том говорим. Иммиграция? Полноте. Я далек от мысли подвергать нападкам людей, которые, рискуя жизнью, на утлых худых суденышках плывут к нам в надежде начать новую жизнь. Не так ли попала сюда каждая семья, за исключением коренного индейского населения? Настоящая проблема – это целая генерация детей, лишенных надежды и знаний, лишенных мечты. Миллионы душ, которые потеряны для общества, потому что страна не может научить их быть полезными для общества. Иммиграция? Я не собираюсь пугать вас – это было бы демагогией. Но я скажу вам то, чего вам никогда не скажут некоторые конгрессмены… они ничего не расскажут о людях, которые действительно убивают нашу страну. О юристах с Уолл-стрит или могущественном лобби, о тех, кто кормит их бесплатными обедами или устраивает для них увеселительные прогулки по Флориде, чтобы купить влияние Конгресса, кто может платить по пятьдесят – сто тысяч долларов из средств так называемых комитетов политических действий,[32] чтобы купить голоса избирателей – ваши голоса. Отдаете ли вы себе отчет в том, что в то время, как каждый американец вынужден урезать свой семейный бюджет, правительство выбрасывает миллиарды долларов на бесполезные, ничтожные программы? Мы действительно тратим сто миллионов долларов ежегодно только на то, чтобы во Флориде, родном штате сенатора Дехэвиленда, всегда имелся резерв бензина. Двести миллионов – чтобы приобрести новую мебель для здания Конгресса; полмиллиона на строительство точной копии египетских пирамид… сто пятьдесят тысяч на изучение истории вендетты Хэтфилдов-Маккоев. Глупости нет предела. Сто сорок четыре тысячи долларов выделяется на то, чтобы проверить, подчиняются ли голуби экономическим законам… В то время, как вы затягиваете пояса, Конгресс финансирует всю эту дичь, а потом, перед самым окончанием своих полномочий, собирается на секретную сессию, чтобы проголосовать за увеличение заработной платы депутатам Конгресса. Я этого не понимаю. Возможно, потому, что я чужой человек в Вашингтоне. Я никому ничего не должен. Я всего лишь губернатор самого маленького штата, и я сыт по горло этой коррупцией. Я хочу заставить Америку работать для вас.

Эй-Джей Тигарден физически чувствовал свою связь с Хейзом. Он чувствовал ее даже через восемнадцатидюймовый экран монитора.

– Вот дьявол… я обожаю этого парня, – произнес он, возбужденно расхаживая по комнате.

После коммерческой вставки вернулись к обсуждению аграрной политики. Четверка вашингтонских кандидатов, как и ожидалось, пошла проторенным путем. Даешь субсидии фермерам, поддержим фермера в фермерском штате! Хейз избрал другую тактику. Речь его была проникнута искренним сопереживанием.

– Я знаю, то, что я собираюсь сказать, может показаться ересью, но – черт побери! – кто-то должен положить конец порочной практике заискивания перед избирателями. Программа поддержки фермеров – и все вы здесь, в Айове, с этим согласитесь… программа поддержки фермеров – это замечательно, потому что она помогает фермерам вырастить урожай. Субсидии же, за которые выступают мои коллеги-кандидаты, не что иное как лицемерие, возведенное в ранг государственной политики. Мы платим пчеловодам миллиарды, чтобы закупить мед, который никому не нужен. Фермеры, специализирующиеся на арахисе, получают субсидии, чтобы потом выбросить свою продукцию. Федеральное правительство выделяет миллиарды калифорнийским фермерам, поощряя их выращивать хлопок в подверженном засухам пустынном штате, где без интенсивного орошения не обойтись. Все это приводит лишь к удорожанию продукции. Мы становимся неконкурентоспособны. Не лучше ли искать новые рынки сбыта… заставить японцев снять торговые ограничения… стимулировать спрос на американскую продукцию за рубежом, что сыграло бы на руку нашим фермерам. Я против субсидий. И если после этого вы не будете голосовать за меня, что ж – пусть, – но я здесь для того, чтобы сказать вам правду, как я ее понимаю. Я хочу, чтобы система работала на вас. Я хочу покончить с делением нации. Пора усадить трудящихся и чиновников за стол переговоров. Нам надо научиться самим управлять своей судьбой. Я хочу заставить систему работать на благо всех и каждого.

В аппаратной Тед Миллер раздраженно швырнул карандаш на стол:

– Это превращается в шоу Хейза Ричардса. Пора бы Брентону осадить его.

– Усадить профсоюзы и чиновников за стол переговоров, говорите? – Брентон ухмыльнулся. – А как насчет забастовки «дальнобойщиков»? Может, вы подскажете решение?

– Забастовка «дальнобойщиков»… – машинально повторил Хейз – он был явно не готов говорить на эту тему.

– Вот именно, забастовка «дальнобойщиков»… слышали о такой у себя в Род-Айленде? Страна задыхается, потому что водители отказываются перевозить грузы. Вы говорите, что хотите заставить Америку работать, хотите всех примирить… А что вы скажите об Ассоциации водителей грузовых автомобилей? Интересно было бы узнать, каковы ваши соображения на сей счет.

– Вот что я вам скажу, мистер Спенсер… Я наблюдаю за вами весь вечер. Вы расхаживаете здесь гоголем, поносите моих коллег. Полагаю, вы должны извиниться перед всеми, кто сейчас находится на этой сцене.

«Вот оно, – подумал Брентон, – …конец карьере». У него зашумело в висках.

– Вы находите, что я должен принести извинения?

– А кто вообще дал вам право так себя вести? – огрызнулся Хейз. – Вы должны организовать дискуссию, а не принимать в ней участие. Если вы считаете, что знаете все ответы, садитесь в одно из этих кресел и расскажите нам, что бы сделали вы.

– Я же не кандидат в президенты, – растерянно пробормотал Брентон.

– Эти люди готовы взять на себя огромную ответственность, и мне кажется, вы должны извиниться перед ними за ваше высокомерие, за неуважение к принципам, которые они исповедуют. Вы являете собой живое доказательство того, что весь этот процесс порочен. Вы считаете, что выяснить рейтинг каждого из нас можно, лишь внеся раскол в наши ряды. На мой взгляд, мистер Спенсер, вы олицетворяете худшее из того, что есть в этой стране. Вы сеете раздор, чтобы извлечь выгоду для себя.

Спенсер стоял в центре сцены, задыхаясь от негодования и судорожно хватая ртом воздух.

В аппаратной Тед орал операторам:

– Уберите крупный план. Этот бедолага похож на форель в ведерке.

Операторы взяли зал общим планом.

– Я не собираюсь терпеть подобные выходки, – сказал Брентон, повернулся и пошел со сцены.

Ошеломленные кандидаты сидели, разинув рты. Хейз мгновенно вскочил и вышел на подиум.

– Так какой был последний вопрос? – обратился он к залу, по которому прокатился сдавленный смешок. – Ах да, забастовка «дальнобойщиков». Что ж, имей я возможность переговорить с участниками этого конфликта в Нью-Йорке, в родном городе мистера Скатини, уверен, я бы нашел приемлемый компромисс, потому что американцам пора прекратить враждовать с американцами. Самая сильная, самая могущественная страна в мире сдает свои позиции – не потому, что мы не в состоянии конкурировать… но потому, что мы не можем сосредоточить усилия на главном. Я хочу изменить существующее положение. Вчера вечером я не стал останавливаться в отеле «Савой», как это сделали остальные кандидаты, я отправился к Баду и Саре Колфилдам на их ферму в Гриннелл. Их ферму того гляди приберет к рукам банк. И дело не в том, что они недостаточно трудолюбивы или не умеют планировать. Они, как и многие другие, вложили в свою ферму всю душу. Просто федеральное правительство предпочло не обращать внимания на их бедственное положение – оно занято повышением собственного жалованья в то время, как два человека здесь, в Гриннелле, штат Айова, теряют последнюю надежду. Больше всего в жизни я хочу заставить эту страну работать, заставить Америку работать на благо Бада и Сары – на благо всех вас.

вернуться

32

Комитеты, создаваемые партией, профсоюзом, общественной или профессиональной организацией или группировкой с целью оказания политической, моральной и финансовой поддержки кандидатам своей партии в предвыборной борьбе.

28
{"b":"133558","o":1}