ЛитМир - Электронная Библиотека

Теола обогнула Джерри и чмокнула его в макушку.

– Думаю, нам пора наведаться в ночной клуб, где я когда-то работала. Был там раньше один вышибала по имени Джо – вдруг присоветует, как нам лодку поджечь.

Мне стало дурно, но надо было смотреть. Вот и сцена в ночном клубе, увидеть которую я мечтала всю жизнь. Тесно заставленная и задымленная комната, кишащая мордастыми типами в кричащих костюмах. Музыка становилась все громче, увлекая меня к круглой вращающейся сцене, где приплясывали длинноногие хористки с перьями в волосах. Третья справа – та, что все время спотыкалась, раскидывая руки, как в "Лебедином озере", – и была моя милая мамочка.

Я не могла поверить, что снова ее вижу. Ах, если бы она посмотрела на меня! Мне хотелось сказать ей, что сбиваться с шага – это очень даже мило, но она уже уехала на крутящейся сцене. А я не знала, как застопорить это чертово видео… Внезапно я почувствовала, как внутри меня что-то шевельнулось.

– Мама! – заорала я что есть духу. – Малыш зашевелился! Я уверена, хотя это совсем не так, как я ожидала. Так нежно, так мило. Словно трепетание крыльев, как будто бабочка бьется в ладошке.

Мама не появилась, но всплыло нечто иное – воспоминание о чьих-то словах. Но неужели я ошибалась… если только гадалка Шанталь не была права от первого до последнего слова. Усевшись в постели, я не сводила глаз с экрана, и мама наконец-то посмотрела прямо на меня – но тут сменилась мизансцена. Правда обрушилась на меня вместе с бурной оркестровой музыкой, в то время как дождь и ветер атаковали стены Печального дома. Восторг обуял меня; казалось, тело мое наполнили гелием и я вот-вот взлечу к потолку, – но я быстро протрезвела. Это вам не кроссворд решить. Надо подумать, как лучше поступить.

Я снова прилегла; в мозгу моем точно прокручивался фильм: от сцены к сцене, затем обратно… я уже почти ничего не соображала, как вдруг на телевизор уселся голубь. Он вперил в меня свой круглый глаз, я же уставилась на маленький цилиндрик, привязанный к его лапке. Почтовый голубь! Я вдруг на все пятьдесят процентов преисполнилась уверенности, что лучше всего будет послать весточку Теоле Фейт. Черт! Вряд ли наш пернатый друг сумеет разыскать ее в полицейском участке. Что ж, ладно! Будем надеяться на лучшее – что Лаверна или барменша Джимми заметят голубя, проверят его лапку на предмет почты и доставят письмо по назначению. Учитывая все сложности, надо написать так, чтобы только Теола Фейт сумела понять скрытый смысл. Достав ручку и бумагу, я вдруг засомневалась, не слишком ли все усложняю, – но ничего иного придумать не смогла. Как сказала Теола, память – ее главный капитал.

Беготня за голубем по комнате – отличная разминка для беременной женщины. Я вмиг забыла о боли в спине, когда шмякнулась коленом об туалетный столик и ободрала ногу о ручку ящика. Наконец-то! И вот его пузатое перистое тельце у меня в ладонях. Так, записочку быстренько в цилиндр – и вперед к окну.

– До свидания! – я помахала ему вслед. Что ни говорите, это почти так же волнительно, как швырнуть бутылку с посланием в бушующий океан.

Втянув голову в плечи, я захлопнула окно. Я и без того была несколько на взводе, но жара окончательно меня добила. Руки мои прожарились до полуготовности (и это за несколько секунд пребывания на солнце!), волосы у лба закучерявились. В спальне вдруг стало душно. Неужели напряжение, изводившее меня последние часы, объяснялось банальными скачками атмосферного давления, и на нас снова надвигается гроза?

Ох уж эта зацикленность англичан на погоде! Убийства мы тоже любим – на страницах книг или на сцене, но об этом я сейчас думать не буду. Близится час прощального обеда. Если надеть красный костюмчик, не выражу ли я тем самым излишний оптимизм по поводу шансов Бена? Может, черное платье… Нет! Нельзя давать понять, что ожидаешь худшего.

* * *

Столовая празднично сияла. На столе, покрытом ослепительно белой скатертью, красовался фарфор и хрусталь, причем без всяких там гнусных потеков от посудомоечной машины. Столовое серебро разложено с геометрической точностью, приглушенный свет смягчал резковатые силуэты массивной мебели. Гардины отдернуты, и, глядя на темные облака, бегущие по небу, невольно проникаешься ощущением уюта и покоя. Шесть смертоносных ножей вновь поблескивали на стене. Что же до собравшихся – волосок к волоску, нацепив дежурные улыбки, мы чинно восседали на троноподобных стульях вокруг судейского стола и ожидали, когда Валисия Икс объявит открытым этот судьбоносный обед.

Приятная, как кондиционер в знойный день, она звякнула ложечкой о свой бокал и поднялась.

– Дамы и господа, коллеги Кулинары! – Ее улыбка охватила и Пипса с Джеффриз, которые примостились у буфета, напряженно следя за поведением супниц и электрокастрюль. Два свободных стула указывали, что вскоре эта парочка к нам присоединится. – Ряды наши, к сожалению, поредели. Трое из кандидатов покинули этот дом, а мистер Хоффман сегодня днем сообщил мне, что решил снять свою кандидатуру.

Бинго и Эрнестина, в одинаковых костюмах цвета морской волны, заулыбались в ответ. Правда, ее улыбка была слишком уж лучезарной, выдавая грусть.

Валисия поправила золотой браслет на запястье.

– Итак, лишь два оставшихся кандидата примут сегодня участие в финальном испытании. Давайте поприветствуем мисс Марджори Задсон и мистера Бентли Хаскелла заслуженными аплодисментами.

Эрнестина энергично захлопала, прочие вежливо последовали ее примеру, а кандидаты тем временем царственно восседали друг против друга. Бен в черном бархате был просто великолепен, Марджори тоже недурна в вечерней шляпке с плюмажем. В тон шляпе цвета электрик было и ее атласное платье, расшитое спереди жемчугом, – не иначе как с распродажи в Букингемском дворце.

– Суммы баллов, набранных каждым из кандидатов за истекшие дни, подсчитаны, – продолжала Валисия, – и у нас сложилась любопытная ситуация.

Не в силах взглянуть на Бена, я затаила дыхание. Да собственно, все в комнате перестали дышать.

– Пока что у нас ничья. Стало быть, именно это практическое состязание, – взмах ухоженной ручки в сторону серебряного прибора со специями и прочими атрибутами грядущего пиршества, – и решит, кто из этих милых людей станет следующим… – на секунду мне показалось, что сейчас она собьется и скажет "следующим Мистером или Мисс Америка", – следующим Кулинаром.

Кто-то испустил долгий трепетный вздох, и две свечи погасли. Джеффриз шагнула вперед и знаком велела Пипсу последовать ее примеру.

– Говорите что хотите, досточтимая начальница, но если мы не запустим сейчас шоу и не подадим еду на стол, то горячее станет холодным, а холодное – горячим. Специально для миссис Хаскелл и миссис Хоффман, не имеющих доступа к служебной информации, поясню, как будет проводиться состязание. Поскольку кулинарные изощрения – детская игра для всех кандидатов, другими словами, скука смертная для всех нас, – мы ловко всех надули. И велели кандидатам приготовить обед, используя только пищевые полуфабрикаты.

Эрнестина громко охнула. Я вспомнила, как Бен опасался, что если вдруг, разнервничавшись, оговорится и употребит это страшное слово, то будет тотчас же проклят навеки.

Нежно поглаживая половник, Пипс пояснил, что если бы все кандидаты продержались до конца, то каждому было бы поручено приготовить по одному блюду.

– Однако, коль скоро поваров поубавилось, мисс Задсон и мистер Хаскелл разделили все блюда между собой.

– Используя научно обоснованный метод вытягивания номеров из шляпы. – Джеффриз поправила свои локоны. – Мистер Хаскелл, если я правильно запомнила, вытянул номера два, три, четыре и семь – то есть суп, салат, хлеб и основное блюдо.

– А мне достались закуска, рыбное блюдо, овощное и десерт, – вступила мисс Задсон.

– Итак, – Валисия Икс села на место, – соревнование началось!

Со скоростью греческих гонцов, несущих весть, что Геркулес подсел на стероиды, Пипс и Джеффриз пришли в движение. Вино было умело налито в наши бокалы, блюдо с рулетами поставлено в центр стола, и перед каждым появились небольшие стеклянные тарелочки с фруктами. После чего, сопя от усердия, Пипс и Джеффриз заняли свои места и подняли ложки на изготовку.

65
{"b":"133559","o":1}