ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Арианн подавила дрожь, представив, как Темная Королева, подобно злой фее, склоняется над ее колыбелью. Она попыталась освободить руку, но Екатерина сжала ее еще сильнее.

Вот тогда Арианн открыла подлинную силу Темной Королевы. Она была в ее глазах, холодных и темных, как бесконечная ночь. Арианн никогда не встречала такого пронзительного взгляда.

Арианн хотелось отвести взгляд, но она заставила себя посмотреть Екатерине в глаза. Прежде чем отпустить руку, королева долго пристально смотрела на нее.

– Да, – тихо промолвила она. – Ты очень похожа на мою дорогую Евангелину.

Эти сердечные упоминания о женщине, дружбу с которой Екатерина так бессердечно предала, вызвали у Арианн негодование.

– Моя мать никогда не была вашей дорогой Евангелиной, – возразила она. – Нельзя ли покончить с этими милыми шутками и перейти к делу? Вам известно, зачем я здесь. Я пришла договориться об освобождении графа Ренара.

Екатерина надменно подняла брови:

– Откуда ты знаешь, что я его просто не убила?

У Арианн тревожно сжалось сердце, но потом она поняла, что королева просто с ней играет, и поглядела на нее долгим неприязненным взглядом.

– Знаю, что он еще жив. Я… я это чувствую.

– Как удивительно нежно и романтично, – с манерной медлительностью проговорила Екатерина. – Да, получается, что ваш граф пока еще жив. Благодарите за это меня.

– Вас?! Это вы заманили его в Париж.

– К сожалению, его приезд был несколько более несвоевременным, нежели ваш. Он прибыл в город в разгар… э-э… празднования Дня святого Варфоломея. Зная, что от него мертвого мне мало пользы, я постаралась воспользоваться силой кольца, чтобы убедить его прибыть прямо во дворец. – Екатерина пожала плечами. – Но он, в конце концов, разобрался в моих хитростях или решил, что интереснее спасать гугенотов.

– Граф не из тех, кто может стоять в стороне, когда убивают невинных людей, – с гордостью заметила Арианн.

– Тем глупее с его стороны рисковать жизнью, влезая в дела, которые его не касаются. Его покойный дед никогда бы так не поступил. В общем и целом твой Ренар многим насолил. По счастью, мне пришлось послать отряд швейцарских гвардейцев, чтобы его арестовали. Граф сильно возражал против помещения его в Бастилию. Боюсь, что ты найдешь его в довольно жалком виде. – Арианн с трудом держала себя в руках. А Екатерина продолжала: – Месье де Виз жаждет ему помочь, и мне сказали, что в Бастилии замечательный набор орудий пыток.

Арианн побледнела.

– Вы… вы передали Ренара в лапы этого безумца?

– Пока еще нет. В данный момент он удобно помещен в одной из башен, как и подобает лицу его звания. Но в Бастилии есть и менее приятные покои – сырые подземные темницы, никогда не видавшие дневного света. Глубокие ямы, куда можно бросить человека и полностью забыть о нем, пока он не сойдет с ума или не умрет голодной смертью. Судьба твоего возлюбленного, Арианн, полностью в твоих руках. Ты принесла предметы, о которых я просила?

Арианн одеревеневшими неуклюжими пальцами пощупала висевшую у пояса сумочку.

– То, чего вы добиваетесь, вот здесь.

Не в состоянии удержать дрожь в руках, подняла сумочку. Но когда Екатерина потянулась за ней, Арианн отвела руку назад:

– Нет. Пока не получу от вас ордер на освобождение Ренара.

Екатерина фыркнула:

– Моя дорогая Арианн, я замечаю явное недоверие. Ухмыляясь, Екатерина проплыла по покоям и уселась за большим витиевато украшенным письменным столом. Достала пергамент, чернила, гусиное перо и принялась писать. Арианн, как ни сдерживала себя, нервно расхаживала взад-вперед. Трудно было поверить, что окажется так легко освободить Ренара.

Глядя, как королева выписывает ордер, Арианн еле сдерживала негодование: как может эта женщина, после всего что натворила, оставаться хладнокровной и невозмутимой? Ни малейших признаков сожаления о том, что прибегала к услугам охотников на ведьм, что организовала нападение на дочерей женщины, которую упорно продолжала называть своей подругой. Никаких угрызений совести, никаких раскаяний в связи с убийством мужчин, женщин и детей, чьи трупы, как мусор, свалены в кучи на берегах Сены.

– Как вы могли такое? – спросила Арианн.

Королева, оторвавшись от письма, подняла голову:

– Что я могла?

– Безжалостно убивать всех этих неповинных людей.

– Не все они неповинные. Я всего лишь пыталась положить конец опустошавшей страну гражданской войне.

– Зверски убивая женщин и детей?! – воскликнула Арианн.

– Достойное сожаления следствие войны. Здесь я ничем не могла помочь.

– Ничем не могли помочь? Это вы породили безумие, вы пустили миазмы.

Перо Екатерины остановилось на полуслове, ледяное лицо дрогнуло.

– Тебе… тебе это известно? Значит, бежавшая Луиза Лаваль добралась до тебя?

– Луиза бежала? – Арианн осуждающе посмотрела на Екатерину. – Вы же писали нам, что ее нет в живых.

Екатерина нахмурилась, явно раздраженная тем, что проговорилась о том, чего Арианн лучше бы не знать.

– Луизу и мадам Пешар надо было задушить и без шума отправить на дно Сены. Но в последний момент Луизе удалось охмурить своими прелестями стражу и устроить себе и Эрмуан побег. Никогда не недооценивай другую ведьму только потому, что у той веснушки, – сухо добавила Екатерина.

Арианн стиснула руки, не в силах сдержать радость от этого известия. Она ранее осуждала себя за то, что воспользовалась помощью Луизы и мадам Пешар, заставила их рисковать жизнью. Узнать, что они спаслись, было для нее огромным облегчением.

Екатерина снова остановилась.

– Но если не Луиза рассказала тебе о моих миазмах, тогда кто?

Арианн опустила ресницы, чтобы скрыть мысли. У нее не было никакого желания поведать Екатерине о пророческих сновидениях Мири. Почему-то подумалось, что это сделает сестренку более уязвимой для Темной Королевы. Кроме того, если бы удалось мистифицировать Екатерину, это могло бы дать Арианн определенное преимущество.

Девушка никогда не была сильна на выдумки или лицедейство, но теперь, круто повернувшись, приняла высокомерную позу:

– Мне известно о вас больше, чем вы думаете, ваше величество. В конечном счете, я – Хозяйка острова Фэр. И я могущественнее, чем вы можете представить. – Екатерина издала звук, опасно близкий к презрительному фырканью. Не обращая внимания на этот насмешливый жест, Арианн продолжала: – Я, например, знаю все, что было на заседании вашего тайного совета. Как вы довели до безумия своего сына. Как уронили из окна склянку. Вам не следовало бы брать на себя смелость заниматься черным ремеслом, коль вы так неаккуратны.

У Екатерины отвисла челюсть, на лице появилось выражение изумления, смешанного с тревогой.

– Откуда вообще ты… – И она осеклась, силясь прийти в себя. – Мое снадобье, возможно, немного этому способствовало, но если ты думаешь, что требуется много усилий, чтобы люди превратились в зверей, то плохо знаешь их натуру. Я сомневаюсь, была ли вообще нужна моя жалкая стряпня. Приведи ораву гугенотов в центр Парижа, сведи их с их ярыми врагами – и обстановка для кровопролития будет налицо.

– Вы могли это предотвратить. Могли использовать свои таланты и способности для того, чтобы положить конец этому ужасному расколу, а не толкать людей на убийства и разрушения.

У Екатерины чуть порозовели щеки.

– Не бери на себя смелость читать мне лекции, дерзкая девчонка. Ты ничего не смыслишь в том, что значит править страной, выжить среди массы предательства и интриг. Ты, со своей спокойной жизнью без тревог и забот у себя на острове. Почти всю свою жизнь я ходила по острию ножа. С тех пор, когда была ребенком, и революционеры пронеслись по моей стране. Я оказалась пленницей и погибла бы, если бы быстро не научилась манипулировать и управлять другими. Прибегать к любым средствам, необходимым для того, чтобы выжить, даже к черному ремеслу, которое ты так презираешь. Почему к пятнадцати годам…

Екатерина оборвала страстную вспышку, вернув на лицо ледяную маску. Поджав губы, поставила королевскую печать. Поднялась, протягивая пергамент Арианн.

99
{"b":"133564","o":1}