ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Примерила?! – Реми в ужасе пошатнулся, но потом озадаченно посмотрел на Габриэль. – Значит, я ошибался? Перчатки не были отравлены?

– О, еще как были, – поморщилась Габриэль. – Проклятье, я чуть было не умерла.

– Габриэль!

Реми побледнел от ужаса настолько, что Габриэль пожалела о своем признании. Он рванулся к ней и, наклонившись, с чувством сжал ее руки. На его лице отразилось столько неподдельной тревоги, что сердце любой женщины не устояло бы, и Габриэль пришлось нелегко. Ее пальцы невольно переплелись с его пальцами в ответном порыве.

– Мой Бог! Прости меня, – хрипло выдавил он. – Мне следовало и тебе рассказать правду о Екатерине и ее перчатках. Если бы что-нибудь случилось с тобой, я не выдержал бы… я не смог бы дальше…

Он замолчал, не в силах продолжать от переполнявшего его чувства вины, и она едва удержалась, чтобы не кинуться ему на шею. Единственный способ оказать достойное сопротивление нахлынувшему чувству – высвободить руки и покинуть место у окна.

– Ну зачем вам столько эмоций. – Ее голос звучал не так спокойно, как ей хотелось бы. – Вполне очевидно, что я выжила. Ренар подоспел вовремя. Он сумел приготовить противоядие. Так уж вышло, но граф намного больше осведомлен о практической стороне темного волшебства, чем кажется. Если бы мы догадались об этом раньше, вы могли бы передать перчатки прямо ему. К сожалению, у нас их даже больше нет. После того как все мы поверили в вашу гибель, нам пришлось помимо своей воли приложить все усилия, чтобы помириться с Темной Королевой.

Габриэль сжала губы, вспомнив, чего ей это стоило. Как она вся извелась, как кипела в ней желчь, когда ей пришлось заключить перемирие с женщиной, которая угрожала ее семье, мерзкой ведьме, которую она ожесточенно винила в смерти Реми. «Когда-нибудь Екатерина дорого заплатит за все», – поклялась тогда Габриэль. Но ту клятву ей не удалось сдержать, и сейчас, не спуская глаз с капитана, девушка все больше ощущала, что она предала его.

– Мне… мне так жаль, Реми. Мы не видели иного выхода. Темная Королева захватила Ренара. Нам пришлось отдать перчатки назад Екатерине, лишь бы спасти его жизнь.

– Да черт с ними, с этими перчатками! Как будто я когда-либо мог надеяться привлечь эту дьяволицу к ответу! Глупейший порыв. В итоге я чуть не угробил тебя!

Реми резко наклонился вперед, опустив руки между колен. Весь его вид свидетельствовал о том, что он потерпел одно из жесточайших поражений в своей жизни.

Пальцы Габриэль сводило судорогой от желания разгладить его морщины, образовавшиеся от переживаний, смахнуть мрачную тень, накрывшую его лицо. Ей приходилось прятать руки в складках платья, чтобы унять свое смятение.

– Это сейчас вы глупите. Если бы я погибла, виной тому было бы скорее мое собственное любопытство и импульсивность, нежели любая из ваших ошибок. Вы, возможно, заметили, – добавила она с озорной улыбкой, – время от времени я склонна совершать несколько опрометчивые поступки.

Ее слова не вызвали ответной улыбки у Реми, хотя она и надеялась на это. Он продолжал сидеть, стиснув зубы, погруженный в себя.

– Тебе бы вообще ничего не грозило, если бы я не принес эти перчатки в ваш дом, – наконец заговорил Реми, тяжело вздохнув. Его переполняло отвращение к самому себе. – И вот я опять здесь… чтобы… Мне не следовало появляться здесь. Прости меня, девочка.

Он встал и пошел к двери. Словно не доверяя себе, Реми избегал смотреть на нее. На мгновение Габриэль остолбенела. Потом опомнилась и бросилась за ним. Реми уже приоткрыл дверь, но Габриэль оттолкнула его, вцепившись в дверной косяк, чтобы предотвратить любую его попытку открыть дверь.

– Как вас понимать, что вы делаете?

– Ухожу.

– Вот так запросто? Не сказав последнего прости?

Реми молчал, но ответ легко читался в его глазах. Он готов был улизнуть назад в ночь, исчезнуть из ее жизни, как если бы никогда и не возвращался. И на сей раз она, вернее всего, никогда больше не увидит его.

Но разве не этого она хотела?! Возвращение Реми только внесло сумятицу в ее жизнь, снова сделало ее ранимой и пробудило в ней нежные чувства, которые она не могла себе позволить. Но снова потерять его навсегда? При этой мысли ее охватила паника.

– Как ты смеешь! – воскликнула Габриэль. – Сначала заставляешь меня в течение трех лет считать тебя погибшим, затем однажды ночью снова, как бы между прочим, возвращаешься в мою жизнь. При этом до смерти пугаешь меня. После этого намекаешь на некоторую таинственную причину своего возвращения, на какую-то помощь, которую ждешь от меня. А теперь неожиданно меняешь свое решение и намереваешься опять исчезнуть?

– Будет гораздо лучше для тебя, Габриэль, если я сейчас уйду.

– Черт бы вас побрал, Николя Реми. – Габриэль постаралась отпихнуть его подальше от двери. Но это больше напоминало попытку сдвинуть каменную стену. Она свирепо взглянула на него. – Прекрати обращаться со мною, будто я какая-то наивная кисейная барышня, которая нуждается в защите. Я прекрасно могу позаботиться о себе. Просто скажи мне, что тебе надо, а я уж сама решу, стоит ли твое дело моих жертв.

Реми наклонил голову, крепко сжав зубы. В любой другой ситуации он легко отодвинул бы ее в сторону и прошел бы в дверь. Стараясь преодолеть навалившееся на нее отчаяние, она настаивала:

– Ну скажи мне, в чем твоя нужда. Тебя надо спрятать? Тебе нужны деньги?

– Разрази вас гром, Габриэль! – густо покраснев, воскликнул Реми. – Неужели я похож на человека, который пришел просить милостыню?

Он выпрямился в полный рост, в его глазах мелькнул тусклый отблеск гнева. Обида, переполнившая его, заставила его отступить от двери. Габриэль поторопилась ее тут же закрыть.

– Прекрати же упрямиться, как осел, капитан Реми. – Габриэль ухватилась за его руку и потащила его и глубь комнаты, – и признайся, зачем возвратился и Париж. Ты достаточно хорошо меня знаешь, чтобы попять, что я не оставлю тебя в покое, пока ты не расскажешь все.

– Да, я прекрасно это знаю. – Он еще чуть-чуть подумал, затем сдался с утомленным вздохом. – Ладно. Я вернулся из-за своего короля. Он узник Темной Королевы с той самой ночи в канун Дня святого Варфоломея, И мой долг спасти его.

– Вот те на!

Габриэль оттолкнула руку Реми, как будто это была горячая головешка. Ей удалось справиться с собой и не показать ему, что во рту у нее пересохло не то от страха, не то от горечи. Она вернулась к столику у кровати, чтобы подкрепить свои силы бокалом вина.

Итак, Реми возвратился в Париж, чтобы воплотить и жизнь безумную затею – освободить своего короля. По той же самой причине, по которой рисковал своей головой три года назад. Габриэль с горечью осознала, что ей не составляло никакого труда самой догадаться об этом. Глупец. Несносный глупец. Благородный, бесстрашный, но глупец.

– Мои сведения верны, не так ли? – неуверенно спросил Реми. – Темная Королева все еще держит его в качестве своего пленника?

– Наварра не томится в Бастилии, если вас это интересует. Он все-таки зять самой Екатерины. У него собственные покои в Лувре, хотя он и находится под неусыпным присмотром надежной охраны. Весьма надежной охраны.

– Тем не менее, мой долг освободить его.

Габриэль выругалась про себя. Черт бы побрал этого капитана Реми с его проклятым чувством долга. Она поднесла бокал к губам и, не отпив ни глотка, опустила. Потом повернулась и встретилась взглядом с Николя.

– Понятно. Вам не удалось покончить счеты с жизнью в канун Дня святого Варфоломея, и теперь вы полны решимости воспользоваться еще одной попыткой обрести вечный покой.

– Надеюсь, все не так мрачно… С вашей помощью…

– И что же, по-вашему, я могу сделать для вас?

– Я слышал, вы приняты при дворе, и если вы не против, то могли ли бы изловчиться передать моему королю, что я жив и вернулся освободить его. Но мне нужно знать все о расположении его комнат, численности его охраны…

Реми затих, проведя рукой по своим всклокоченным волосам. Не оставалось сомнения, что ему не хочется просить ее. Но было также ясно, что он отчаянно нуждается в ее помощи и надеется на ее согласие.

18
{"b":"133565","o":1}