ЛитМир - Электронная Библиотека

– О нет, я все понимаю. Ирландцы на протяжении столетий убивали друг друга, и началось это много раньше, нежели во Франции. Именно так я потеряла отца.

Мартин окинул ее любопытным взглядом.

– Мег сказала мне, что ваш отец погиб в сражении, когда вы были совсем маленькой девочкой, но я решил, что это случилось в схватке с англичанами…

– Нет, – Кэт грустно покачала головой, – все произошло в столкновении с Даннами. – Два ирландских клана несколько поколений враждовали по причине, которая давно забылась. – Она пожала плечами и слабо улыбнулась. – Я знаю только, что в конце того дня мой папа так и не вернулся домой, – охрипшим от нахлынувших чувств голосом докончила она.

Катриона поспешила отвернуться от Мартина, но он поймал ее за руку. Другой мужчина на его месте взбесил бы ее, пытаясь сказать какую-нибудь утешительную банальность.

Но Мартин только поднес ее руку к губам. Она вздрогнула от его прикосновения. Этот миг сочувствия оказалось гораздо труднее преодолеть, чем горячечную вспышку, воспылавшую между ними. Со страстью она легко справлялась. Но нежность сломила ее.

Она выдернула руку и проговорила с фальшивой бойкостью:

– Я лучше вернусь в дом. Мег так же упорно занимается музыкой, как вы своим луком. Кто-то должен спасти бедную девочку.

«Или, если точнее, спасти мистера Найсмита и остальной дом», – мелькнуло у нее в голове, но Мартин не понял бы подобной шутки. Он совершенно не принимал критики, когда дело касалось музыкальных способностей Мег, впрочем, как и всего остального, связанного с дочерью.

Шагая назад через сад, Кэт нагнулась, чтобы поднять чепец, который она сбросила с себя. Она удивилась, когда Мартин догнал ее и выхватил чепец из ее рук.

– Не надевайте это безобразие. Я дал вам его только в насмешку, чтобы потрепыхать ваши перья, и посмотреть, как вы станете сердиться. Я вовсе не собирался заставлять вас носить этот ужас.

– Я подумала, что это необходимо, чтобы представить меня уважаемой прислугой в вашем доме. В качестве маскировки.

И в подтверждение ее слов прядь ее неукротимых огненно-красных волос упала ей на лицо. Мартин завернул прядь ей за ухо.

– Чепец совершенно вам не идет. – Он насмешливо скривил губы. – Чтобы выглядеть добропорядочно, мисс О'Хэнлон, надо слишком долго практиковаться.

Кэт попыталась придумать достойный ответ, но любые слова, казалось, застревали в ее горле, а грудь сжимала странная боль. Возможно, потому, что ей очень хотелось, чтобы она могла бы убедить его в том же самом.

Мег согнула измученные пальцы и подавила унылый вздох. Ее наставник говорил, что со временем кожа на кончиках ее пальцев огрубеет и привыкнет к струнам лютни. Возможно, он был прав. Но вот таланта от этого у нее не прибавится. В тон или не в тон, та нота или другая… Она просто не слышала этого. Она подавленно ощущала себя неудачницей, обманувшей надежды. Не только отца, но и золотоволосого юноши, который сидел на скамье у окна подле нее.

Солнечный свет проникал через окно, окружая сиянием гладкое красивое лицо Александра Найсмита и его вьющиеся белокурые волосы. Обхватив рукой Мег, он уже в который раз терпеливо устанавливал ее пальцы на струнах лютни.

– Вот так, мисс Маргарет. Попробуйте еще раз. Только первые несколько куплетов песни.

Мег кивнула, не в силах смотреть на него. Одного присутствия Сандера, уже не говоря о его прикосновениях, было достаточно, чтобы она начинала трепетать.

Глубоко вздохнув, она сжала лад лютни и снова атаковала инструмент. Но как бы старательно она ни пыталась подражать тому, что Сандер показал, ей удалось извлечь только жалкое бренчание.

Ее рука замерла, позволив последней ужасной ноте вибрировать в тишине. Слеза выкатилась из уголка ее глаза и потекла по щеке.

– Ну вот. Что такое?

– Я… я безнадежна, Сандер.

– Чепуха, моя госпожа. Вы делаете успехи. – Сандер наклонился, раздвинув водопад ее волос, чтобы поглядеть на нее. – Ну же, вы же не порвали ни одной струны за сегодня.

Он улыбнулся насмешливо, но и ласково одновременно, заставив Мег засмеяться помимо ее воли. Она вздрогнула от храпа, донесшегося из другого конца комнаты.

Иногда она забывала, что они с Сандером были не одни. Агата садилась на стуле, склонившись над своим рукоделием, якобы для соблюдения приличий для ее молодой мисс во время урока музыки. Но обычно она засыпала время от времени, уронив голову на грудь.

Сандер наклонился ближе, чтобы прошептать на ухо Мег:

– Иногда я жду, что голова мисс Баттеридор совсем опустится и покатится по полу. – Мег резко зажала рукой рот, чтобы задушить хихиканье.

– Я не в силах даже понять, как она может спать таким образом, – добавил Сандер.

– Особенно при таких ужасных звуках, которые я издаю, – тихо ответила Мег. – Возможно, она затыкает уши ватой, как Мод и Джем. Я подслушала, как Джем смеялся и говорил Мод, что вы гораздо лучше слышите мелодию с одним ухом, чем я когда-нибудь смогу с двумя…

– Нет, даже не переживайте из-за шуток этого бездельника. Клянусь, я оттаскаю его за оба уха, если он посмеет снова говорить так непочтительно о моей юной даме.

Его даме? Щеки Мег пылали, и она не поднимала глаз от лютни.

– Что касается меня, я не обращаю на такие глупые шутки внимания. Я привык к ним. – В голосе Сандера не слышалось никакой горечи, но Мег почувствовала, как дрогнула его рука, и, даже не глядя, поняла, что он пригладил волосы над отрезанным ухом.

Это был привычный жест для него. Мег попыталась не думать об этом, но иногда перед ее мысленным взором все же возникали жуткие картины, где Сандера тащили к колоде, его красивую голову прижимали к шершавому дереву, и острое лезвие сверкало в руках тюремщика.

– Как они могли так жестоко поступить с вами. – Она задрожала и робко посмотрела на него.

– Мир жесток, юная мисс. – Он тихонько постучал худыми изящными пальцами по ладу лютни. – Но музыка делает его намного более приятным местом.

– Только не та музыка, которую я играю, – нахмурилась Мег.

Какое-то мгновение Сандер изучал ее, потом медленно покачал головой.

– Вы – очень смышленая и начитанная девочка, Мег. – Он игриво постучал ее по носу. – Так почему вы не можете удержать все музыкальные ноты в этой умной маленькой голове?

– Потому что я не понимаю нот. Они не имеют для меня никакого смысла.

– Ладно, только не расстраивайтесь. Возможно, вы окажетесь много одареннее в других областях. – Сандер вытянул шею в направлении Агаты, желая удостовериться, что старуха действительно спала. Наклонившись ближе к Мег, он пробормотал: – Я принес вам то, что вы попросили меня купить.

Мег напряглась и кинула взволнованный взгляд на Агги. Но та продолжала тихо похрапывать, пока Сандер рылся в пакете, в котором он принес ноты.

Он вытащил хрустальный шар размером с маленькую дыню. Прежде чем вручить ей шар, он сказал:

– Но сначала вы должны пообещать мне, что вы не расскажете вашему отцу об этом. Я не вижу в гадании по магическому хрусталю ничего предосудительного, но я знаю, что мистер Вулф не терпит никакой магии. Я не хотел бы с ним поссориться.

– Ой, я обещаю, – прошептала Мег, откладывая лютню в сторону.

Ее пальцы дрожали, когда она забирала у него шар. Она многое слышала о таком гадании, но никогда сама не видела ни одного стеклянного шара. На ощупь шар был холодным и тяжелым, стекло искрилось в лучах солнечного света, проникавшего из окна.

Из-за своей слепоты Кассандра Лассель никогда не гадала ни на магическом кристалле, ни на хрустальном шаре, хотя и не презирала это средство.

«Магический шар может оказаться полезен, если ты обладаешь естественной способностью провидицы, – как-то сказала она дочери. – Может случиться, в свое время мы проверим, обладаешь ли ты ими. Но пока я хочу, чтобы ты посвятила всю себя переводу «Книги теней».

Воспоминаний о голосе матери было достаточно, Мег вся похолодела. Ее заставляли расшифровывать книгу, и она боялась, что мать однажды станет учить ее тайнам воскрешения мертвых. Даже перспектива читать по магическому шару казалась немного страшной. Она никогда не думала приобретать шар, пока…

46
{"b":"133566","o":1}