ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Верно. Как и Палмер. — Сильвия смотрела на восток, на горы Сандиа. Солнце освещало выщербленные вершины. — Я постараюсь вернуться вечером.

— Нет, — он уже повернулся к дверям. — Ты свою работу выполнила. Даже перевыполнила. Ты помогла мне создать профиль. Благодаря тебе у нас появилась возможность. Теперь моя очередь действовать.

Остаток дня прошел как в тумане.

Когда Сильвия подъехала к дому, то увидела машину Мэтта. Он собирался на последнюю встречу в Лас-Крусес.

Посмотрев на невесту, он произнес:

— Я все отменю.

Но она убедила его поехать.

— Я сейчас съем тарелку супа и лягу спать.

— Ты никак не отойдешь после Лондона.

Не только, подумала она. Хорошо бы проспать целую неделю, это дело совершенно вымотало меня. Как и в тот раз, дело Райкера.

Было почти десять вечера, когда позвонил Свитхарт.

— Палмер все еще под арестом, она придерживается своей версии.

В воскресенье Сильвия проснулась с сильнейшей мигренью.

Она не вышла на утреннюю пробежку. Собаки страдальчески посмотрели на нее, но голова настолько болела, что ей даже стыдно не стало.

Она посмотрела на еду в буфете и закрыла дверцу. Обожгла себе рот горячим кофе. Ожог никак не проходил. От одной мысли о еде мутило.

На автоответчике оказалось несколько сообщений. Рози хотела узнать, когда лучше арендовать столы и стулья — в пятницу или субботу, какие скатерти лучше — льняные или кружевные, и не забыла ли она забрать кольца? Мэтт звонил несколько раз, просил позвонить, он очень беспокоился. Кратко просил перезвонить Свитхарт.

Сильвия не стала никому отвечать.

Вместо этого позвонила врачу, попросила выписать рецепт на таблетки от мигрени, взяла сумочку и поехала в аптеку. На пороге аптеки головная боль отдавалась даже в животе. «Аура» перед глазами сияла гораздо ярче обычного.

Она поехала домой. Хотела заехать в супермаркет за фруктами, молоком и хлебом, но боль становилась все сильнее. Через пару миль шея онемела, в пальцах кололо. Жуткое ощущение.

Все в порядке, я просто немного простудилась.

Она почти поверила в это, пока не доехала до перекрестка. Впереди мигал желтым светом светофор. Изображение раздвоилось, затем расстроилось. Она перевела взгляд на свои ноги.

Тормози, тормози.

Но тело не слушалось, и Сильвия проехала на красный свет. На трех встречных полосах резко затормозили машины. Один автомобиль дернулся влево, чтобы не врезаться. Раздались гудки.

Сильвия нажала на газ.

Сухость во рту, тошнота, рвота, понос — все это легко объясняется безо всяких экзотических нейротоксинов. Грипп ходит по округе, отсюда проблемы с желудком, кишечником, головные боли, повышенная чувствительность к свету и звуку.

Сильвия всматривалась в дорогу — мир покрылся серой пылью, тонкой паутиной. Она поморгала, сняла солнцезащитные очки, протерла стекла.

Водитель позади нее засигналил. Она увидела, что стрелка спидометра замерла на отметке пятнадцать миль в час.

Казалось, ее уносит из машины, с дороги.

Дезориентация, бред, чувство парения, отделения от телесной оболочки.

Тут она внезапно вернулась в тело.

Мир двигался со скоростью тысяча миль в минуту. Она охнула, вцепилась в руль, нога давила на акселератор. Мимо проносились дорожные знаки и указатели — она ехала так быстро, что не узнавала мест и улиц, по которым ездила несчетное количество раз.

То же самое происходило с другими.

Но мысль испарилась, прежде чем она успела понять, что это значит.

Пульс участился, потом замедлился. Сильвия глубоко вздохнула, пытаясь не обращать внимания на колотящееся сердце — оно билось так сильно, что каждый удар причинял боль.

Мир снова изменился, снова стал нормальным.

Если это яд, то скоро наступит паралич, я не смогу дышать.

Она посмотрела на дорогу впереди. Как раз вовремя. Сбросив скорость, притормозила и успешно вписалась в поворот. Она почувствовала огромное облегчение, что снова стала собой, и даже заплакала.

— Все нормально, все нормально, — шептала она. Посмотрелась в зеркало заднего обзора и обругала себя: вот дурочка, напугалась до полусмерти.

Сильвия не спеша проехала мимо соседских домов в Ла-Синегилья.

Повернув на разбитую дорогу к дому, машина смяла ограду загона для скота. Сильвия пыталась сделать вдох, но легкие, казалось, не могли расшириться.

Черные зрачки растеклись, как пролитые чернила, затемняя радужку.

Чернота накрыла весь мир.

Сильвия начала безудержно смеяться — это показалось ей странным, но остановиться она не могла. Голова откинулась на сиденье.

Накатывали сокрушительные волны ослепительного света, оглушающих звуков, мучительных телесных ощущений. И все снова повторялось, только замедленно.

Мечта физика — плотная материя, в которой нет сопротивления, жидкость, которая становится твердым телом.

Донеслись какие-то голоса. Сильвия подумала, что вокруг люди, хотела позвать на помощь. Но сил не хватило, и она сдалась. Затем поняла, что голоса звучат у нее в голове.

Ремень безопасности удерживал ее. Частично удалось освободиться, нажать на какой-то рычаг — и она упала. Все исчезло, кроме голосов.

Краем сознания она понимала, что сходит с ума.

Попыталась позвать на помощь, но в следующий миг осознание полной тщетности этих попыток наполнило ее таким ужасом, какого она не испытывала никогда в жизни.

К счастью, черная дыра забвения наяву тоже миновала.

Внезапно она обнаружила, что ползет по неровному каменистому полю. Ярко светили звезды, вдали сверкали огни города. Она дрожала от холода, но мускулы у нее горели. Мучительная боль.

Прошел день.

Неистовая деятельность сменилась полным параличом.

Она лежала, вцепившись в землю, затерянная где-то в мире, неспособная пошевелиться, голова кружилась от вращения Земли. Мысли пролетали, будто ночные птицы. Некоторые из них задержались, и она подумала: Это ядовитый мир. Я коснулась яда. Никто не сможет выжить на этой планете.

Наконец она закрыла глаза, готовая отдаться в холодные руки смерти.

Она всегда знала, как это будет — как падение с моста, как полет. Этого не должно случиться, не со мной, не сейчас, я не готова.

Но это ощущение ей знакомо, она представляла себе его уже много раз. Только печаль казалась невыносимой. Ей так недоставало их всех, людей, которых она любит, ребенка, которого у нее никогда не будет. Горько и грустно.

Не дай мне умереть в одиночестве.

Но освобождение оказалось намного легче, чем она себе представляла.

Часть IV CHAMBRE ARDENTE[28]

23

Алхимик, я пытаюсь вас найти и не могу, это смерть???? ночная испарина, монстры приходят ко мне. они не пускают меня к вам. вчера приснился сон — повсюду мертвецы и умирающие, холокост. крики призраков. алхимик посвящает жизнь изучению грязи и несовершенства и поиску возможностей трансформации — транс-фор-ма-ции в чистоту и совершенство!!! поиск трансмутации неблагородных металлов в золото, алхимия создала науку химию. Трансмутация радиоактивных элементов не больше и не меньше чем алхимия — через смерть Алхимик нашел эликсир, высшая магия, алкахест. смерть — прощальный подарок в моем сне миллионы ослепленных мальчиков в форме, кровавая пена выступает в уголках их ртов, одни хромают, другие кричат, один из них тянет руку к Алхимику. он кричит я понимаю что Алхимик сотворен до жара и света и я знаю чем Алхимик станет в конце, страдание дает понимание, просветление, трансмутацию души — помоги мне помоги мне помоги мне помоги мне помоги мне помоги мне помоги мне помоги мне помоги мне помоги мне………………………………………………………………………………………

24

Пол Лэнг разглядывал коричневатое пятно на потолке номера в мотеле, которое напоминало карту Индонезии посреди моря отслоившейся штукатурки. Вторая достопримечательность грязной комнаты.

вернуться

28

Созданная во Франции в 1559 г. при Франциске II специальная судебная комиссия для разбора дел еретиков, впоследствии получившая название «Огненной палаты» (Chambre ardente) в связи с тем, что по ее приговорам было сожжено множество людей.

39
{"b":"133574","o":1}