ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В двух статьях Л.Н. сам занялся расшифровкой названий и имен, под которыми скрыты главные актеры драмы, разыгравшейся в VI в. в Каганате585. Поиск свой он изложил в виде спора с другими исследователями, но всегда уважительно к ним, и даже оправдывая их ошибки. В одной из упомянутых статей он приводит генеалогическую таблицу рода Ашины, добавляя, что ее создание — трудное дело. Трудное потому, что обозначенные там персонажи имели не одно имя, а по три и даже по четыре: 1) личное имя, которое не всегда известно; 2) княжеский титул; 3) ханский титул; 4) иногда еще и прозвище586. Поскольку наряду с китайским произношением имен обнаружены и тюркские имена (в персидских и греческих текстах основную часть имен составляют именно они), то каждый персонаж может носить до шестнадцати имен! Попробуй тут разберись. Л.Н. разбирался методично и основательно, чтобы не заблудиться в лабиринте имен и титулов. Гумилев составил оригинальнейшую таблицу, которую назвал «Разногласия исследователей». В одной колонке — имена и титулы по Фирдоуси, во второй — по французу Е. Шаванну, в третьей — согласно советскому историку Е. Мандельштаму, и, наконец, в четвертой дана интерпретация самого Л.Н.

Однако неясны были не только названия и имена. Спорными и непроясненными оставались и некоторые ключевые вопросы истории тюркютов, в частности причины распада каганата на Западный и Восточный. Замечу, что здесь и Л.Н. отчасти противоречил сам себе; в появившейся после его смерти в 1993 г. «выжимке» по истории Евразии он изложил привычное объяснение — «вмешалась природа»587. Но в жизни все сложнее, и такая формула сильно упрощала дело. Более того, она зачеркивала сделанное ранее самим Л.Н. Одна из его статей 60-х гг. была посвящена источнику, освещавшему наиболее темную страницу истории первого Каганата. Речь идет о самом раннем произведении тюркской литературы, дошедшему до нас пусть не в подлиннике и не полностью — в «Истории» Феофилакта Симокатты588.

Автор «Истории» — египетский грек, живший в период правления в Византии Ираклия (610–641 гг. н. э.), по характеристике Г. Вернадского «добросовестный ученый, но немного слабее подготовленный как историк... чаще, чем следовало... неверно оценивающий значимость описываемых событий, а временами тонущий в незначительных подробностях»589. Однако минусы «Истории» были не так уж значимы для Л.Н.

Каган, имени которого Л.Н. поначалу не раскрывает, рассказывал византийскому императору в своих письмах о победах над неизвестными нам племенами абдегов и абаров. В одной из этих битв на Кавказе было якобы убито 300 тыс. врагов. Л.Н. предположил, что это похоже на убийство пленных, которых отступающая армия не смогла увести с собой.

Но это не главный сюжет «расследования» Л.Н. После Крымской и Кавказской кампаний (успешных лишь поначалу) началась междоусобная война тюркютов — «великая распря 581–593 гг.». На основе анализа текста и его сопоставления с работами предшественников Л.Н. отвечает на ключевые вопросы: кто? где? когда? Письма в тексте «Истории» Феофилакта Симокатты являются здесь ценнейшим источником. Был ли их автор великим каганом? Нет, — вслед за Е. Шаванном отвечает Л.Н., потому что он сам в письмах к императору упоминал имена трех других великих каганов. На основе большой работы Л.Н. было установлено, что анонимный автор письма — Дяньчу-Дату-хан (по-китайски; по-тюркски — Кара-Чурин, по-персидски — Кара-Джурин), что переводится как «черная напасть». Он действительно победил «аборигенов Памира» эфталитов590, но тюркютам досталась лишь Согдиана; собственные же земли эфталитов еще раньше отошли к Ирану. Дяньчу-Дату-хан подчинил себе Южную Джунгарию, где и основал свое княжество.

В 576 г. после смерти его отца — Истеми-хана, он унаследовал верховную власть на западе и титул Тардуш-хана. В 582–583 гг. тюркюты пытались проникнуть в Византию через Кавказ, но были отбиты. Сам Тардуш-хан не участвовал в Крымской и Кавказской кампаниях, он был занят на Востоке войной с Китаем. Л.Н. считал, что рассказ о победах тюркютов над византийцами в письме, адресованном императору Маврикию, естественно, опущен. Акцент перенесен на лазов (колхов), хотя и бывших подданных Восточно-Римской империи, но сохранивших во II в. автономию591. Именно там было уничтожено 300 тыс. врагов, а трупы их будто бы лежали вдоль дороги длиной около 160 км...

Но не эти, столь любимые тюркютскими авторами сюжеты биографии каганов и блестящие перечни их побед над врагами привлекали внимание Л.Н. и стали главным объектом «расследования». Для него самым существенным эпизодом была гражданская война, ее истоки, запутанные интриги внутри каганата. Источник очень туманно говорил о междоусобной войне, о некоем «человеке по имени Турум, по роду близкому к кагану», который попытался совершить государственный переворот, проходивший поначалу успешно592. Тогда автор письма к императору Маврикию (теперь мы знаем, что это Тардуш-хан) обратился за помощью к трем великим каганам. Их имена были непонятны; например, одно из них означало в переводе «могучий». Упомянутые «анонимные» (до расшифровки их Львом Николаевичем) ханы помогли, и «путчист» был жестоко наказан: в Бухаре, Пайкенде (его резиденции) он был опущен в мешок с красными пчелами, «отчего он и умер».

Л.Н. исследовал все эти сюжеты «с позиций исторической критики» и сделал важные уточнения. Выяснилось, что в междоусобной борьбе сам Тардуш-хан был подстрекателем, движимым ненавистью к великому хану Шабо-лио. Л.Н. удалось установить имена трех ханов, пришедших на помощь Тардуш-хану, а также основные линии интриги, приведшей к междоусобным войнам.

Мятеж был подготовлен в 587 г., но война между западными и восточными тюркютами затянулась до 593 г. Почему? Л.Н. находит ответ; это было связано с походом одного из трех ханов на запад уже против Тардуш-хана. Этот эпизод опущен в письме по простой причине: оно писалось в 596 (или 597) г., когда западные и восточные тюркюты уже заключили мир между собой и дорожили им. Однако остался главный вопрос: почему и когда каганат распался на Западный и Восточный? Согласно мнению Л.Н., не было никаких экономических, политических, идеологических и социальных причин, которые стимулировали бы вражду между двумя частями одного племени; напротив, единство обеспечивало им господствующее положение и процветание. «А между тем вражда, и чрезвычайно жестокая, — пишет Гумилев, — разорвала каганат на две части. Возникла она в начале VII в.»593.

Опасностью для тех и других был усилившийся Китай (династия Сунь). Это отлично понимал великий хан, казнивший за связь с Китаем своего брата. Это понимал и Тардуш-хан, поддержавший китайских эмигрантов, но исключение составил Толис-хан — правитель восточного крыла державы. Междоусобные споры тюркютов искусно разжигались извне, в результате чего возникла своего рода прокитайская партия внутри Каганата.

Г. Е. Грумм-Гржимайло приводит обращение Бильге-хана к народу: «Только тогда, когда в Утуканской черни594 находится турецкий каган, не зараженный китайским образованием (но имеющий истинную мудрость), народ может считать себя обеспеченным... Китайцы, снабжающие нас золотом, серебром, крепкими напитками и шелком и ведущие обыкновенно сладкие речи, одаряют предметами, приучающими нас к роскоши. Этим они привлекают к себе даже самые отдаленные народы. Усвоившие, однако, их культуру обыкновенно гибнут, ибо только твердые характером, мудрые люди в состоянии противостоять соблазну, остальные же навсегда порывают с родиной, не устоял и ты, турецкий народ! Ты дал себя прельстить сладкими речами и богатыми дарами и жестоко поплатился за это. Ты внял уговорам: «Кто живет далеко, тот получает плохие дары, кто живет близко, тот получает хорошие дары», и переселился на китайские земли, послужившие могилой столь многим. Внемли же мне, турецкий народ! Только в Утуканской стране, где нет богатств, но нет и китайской опеки, ты можешь сохранить самостоятельность»595.

вернуться

585

Гумилев Л. Н. Великая распря в Первом Тюркском Каганате в свете византийских источников. — «Византийский временник», т. XX. М., 1961.

вернуться

586

Гумилев Л. Н. Биография тюркского хана в «Истории» Феофилакта Симокатты и в действительности. — «Византийский временник», т. XXVI, 1965, с. 68.

вернуться

587

Гумилев Л. Н. Из истории Евразии. М., 1993.

вернуться

588

Гумилев Л. Н. Биография тюркского хана в «Истории» Феофилакта Симокатты и в действительности. — «Византийский временник», т. XXVI, 1965.

вернуться

589

Вернадский Г. В. Древняя Русь. Тверь-Москва, 1996, с. 191.

вернуться

590

«Немногочисленный, но воинственный народ», как характеризует их Л.Н.

вернуться

591

Гумилев Л. Н. Биография тюркского хана..., с. 71, 72.

вернуться

592

Там же, с. 68.

вернуться

593

Там же, с. 75.

вернуться

594

Это северные склоны Хангая к западу от р. Орхон. В знаменитых орхонских надписях эта горная страна выставляется центром Турецкого ханства и резиденцией хана турок (Г. Е. Грумм-Гржимайло).

вернуться

595

Грумм-Гржимайло Г. Е. Западная Монголия Л., 1926, с. 218.

59
{"b":"133582","o":1}