ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Противоречил ли метод Л.Н. традициям русской исторической науки? Думается, нет. И вот почему. Вспомним эпизод у реки Орхон, загадочную фразу того же Джамухи, сказанную им Темучину, будущему Чингисхану988. Где и кто сможет точно интерпретировать ее смысл? Да и вообще определить, «а был ли мальчик?» Даже, Я. С. Лурье, вероятно, спасовал бы.

Академик В. В. Бартольд как-то говорил в лекции: «На наш взгляд, смысл пророчества, приписываемого Чамухе, ясен»989. Заметим, «на наш взгляд»! Почему же Льву Гумилеву не позволено иногда думать и делать так же? Или — что позволено Юпитеру, не позволено быку?

Дело в том, что В. В. Бартольд тоже был не за сухое, протоколированное по каждому слову изложение. В одной из статей П. Савицкий отмечал, что «В. В. умел писать увлекательно»990. Вот и Л.Н. хотел того же; но классика за это хвалили, а Л.Н. секли. Впрочем, не все. Строгий автор предисловия к «Этногенезу» профессор Р. Итс писал: «Удивительно! Читаешь текст и не хочется перепроверять факты, хочется верить, верить автору безусловно»991. Российским историкам и этнографам стоило бы ценить Л. Гумилева хотя бы за то, что он вывел их науку из элитного захолустья малотиражных и сухих статей к самому широкому читателю и сделал это в трудную эпоху «выживания».

12. Свет и тени теории этногенеза

Греки обнаружили куда большее число людей, на себя не похожих, и назвали их «этносы»; это слово означает «порода». Вне этноса нет ни одного человека на земле, и каждый — я сейчас цитирую собственную книгу — на вопрос «Кто ты?» ответит: «русский», «француз», «перс», «масаи» и т. д., не задумавшись ни на минуту.

Л. Гумилев
Лев Гумилев: Судьба и идеи - image013.jpg

Написать этот кусок было труднее всего. Чтобы получилось убедительно, надо верить в теорию этногенеза безоговорочно. А этого нет...

Помню, как часто мы сидели с Л.Н. на защитах дипломов и тихо беседовали. Если был его «подзащитный» — какой-нибудь энтузиаст, как будто посвященный в некое таинство, с придыханием выговаривающий такие слова, как «пассионарность», «надлом», то Л.Н. умиленно слушал — идеи «становились материальной силой». Если не его и не мой дипломант, то мы перешептывались «за науку». Удивительно, но он никогда на меня не обижался, хотя именно во время таких неторопливых бесед я иногда подкалывал его. И касалось это обычно этногенеза. Мои вопросы состояли в следующем: можно ли предсказать примерное время, место будущего «взрыва», можно ли видеть хотя бы проекцию будущего «шрама» на теле Земли? Когда Л.Н. признавался, что нет, тогда следовал финальный «удар» по концепции — если нет даже выхода на прогноз, то какова же тогда значимость этой концепции? Я говорил, конечно, гораздо мягче, а здесь передаю самую суть. Он почему-то не обижался, а терпеливо пытался разъяснять мне, почему — так и почему не может быть иначе. Хорошее было время.

12.1. Этногенез: шанхайский вариант

Надо заново перечитать и Сергея Михайловича Широкогорова, обосновавшего первую общую концепцию этноса, и труды теоретиков культурно-исторической школы Фридриха Ратцеля, Николая Яковлевича Данилевского, Константина Николаевича Леонтьева, Освальда Шпенглера...

Л. Гумилев

Перечитать Л.Н. пришлось многое. Но почему-то в «Этногенезе» первому из ученых, который был упомянут — С. М. Широкогорову — уделена от силы пара страниц. Одна-две похвалы, легкая критика: «импульсы от соседей», которые показались Л.Н. вариантом концепции А. Дж. Тойнби «вызов — ответ», и кисловатое резюме: «все-таки книга С. М. Широкогорова для своего времени была шагом вперед»992. Гораздо резче Л.Н. сказал о ней в автореферате докторской: «Попытка создать научную дефиницию успеха не имела»993. Между тем мне кажется «шанхайский автор» заслуживал куда большего, а его книга «Этнос» читается с огромным интересом даже сейчас994.

Почему она вышла в Шанхае, не знаю, но в предисловии говорится, что «это исследование было написано в условиях наименее благоприятных для научной работы»995. Безусловно, это означало рождение труда в эмиграции. Поиски биографических данных о С. М. Широкогорове в зарубежных библиотеках пока ничего не дали. По-видимому, «Этнос» — единственная «русскоязычная» книга

С. М. Широкогорова. Остальные написаны им по-английски и вышли в Пекине и Шанхае примерно в эти же годы. Их переиздало в 70-х гг. одно нью-йоркское издательство.

Кажется, впервые в русской литературе автор попытался раскрыть понятие «этнос». Если верить специалистам, то впервые оно было применено в начале XX в. профессором Н. М. Могилянским в работе «Этнография и ее задачи»996.

С. М. Широкогоров говорил о ритмике. Этнос, по его мнению, является формой, в которой происходит процесс создания, развития и смерти элементов, дающих возможность человечеству как виду существовать997. Чем не циклы по Л. Гумилеву? Я не намекаю на заимствование; идеи всегда носятся в воздухе...

Интересно и довольно жесткое разделение С. М. Широкогоровым «этнография» и «этнология»998. Первая скатилась к народоописанию. Автор приводит любопытные и остроумные примеры. Так, этнографию он описывает следующим образом: «До сих пор по торжественным случаям в Сорбонне в Париже профессора появляются в мантиях, а немецкий бурш должен иметь порезанную на дуэлях физиономию, и русский студент должен быть нечесан, обязательно груб в обращении и либерален. Все это и есть наша этнография, которую мы любим, понимаем и без которой жить не можем в наших университетах»999. «Этнология», согласно Широкогорову, — «молодая наука» и «венец знаний о человеке»; она объединяет три науки: антропологию, этнографию и языкознание1000.

Мы ищем не столько параллелей с Л. Гумилевым и другими, сколько отличий от его концепции этногенеза. Мне кажется, что у С. М. Широкогорова — это свое понимание этноса. Он пишет: «Этнос — есть группа людей, говорящих на одном языке, признающих свое единое происхождение, обладающих комплексом обычаев, укладом жизни, хранимых и освященных традиций и отличающих его от таковых других групп»1001.

Широкогоров, по-видимому, считал, что этнос — не биологическое понятие. В одном месте он пишет, что «социальные единицы образуют этнос», а в другом — что «новая форма приспособления этноса — социальная организация»1002. Если этнос состоит из социальных единиц, то не может же он трактоваться как чисто биологическое явление! Почему этого — может быть, самого важного для конструирования его концепции этногенеза — не уловил Л.Н., совершенно непонятно.

У «шанхайского автора» есть и другие находки, побуждающие к раздумью. Например, такая: «Каждый жизнеспособный этнос должен иметь специальный орган самозащиты и нападения, и этим органом в дифференцированном этносе является армия, в недифференцированном — все население, способное носить оружие»1003. Видимо, примером могла бы служить империя Чингисхана. Еще сильнее и, может быть, актуальнее звучит следующее его утверждение: «Развитие антимилитаристских идей порождается обычно гибнущими этносами»1004.

вернуться

988

См. главу 9.4.

вернуться

989

Бартольд В. В. Образование империи Чингисхана. — Записки Восточного отделения Императорского Русского археологического общества. Том X. 1896, СПб., 1897, с. 111.

вернуться

990

Савицкий П. Н. Континент Евразия. М., 1997, с. 429.

вернуться

991

Предисловие к книге: Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. Л., 1990, с. 8.

вернуться

992

Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. Л., 1990, с. 71.

вернуться

993

Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера Земли. Автореферат докторской диссертации. ЛГУ, 1973, с. 5.

вернуться

994

Широкогоров С. М. Этнос. Шанхай, 1923.

вернуться

995

Там же, с. 3.

вернуться

996

Крюков М. Мы, вы, они... — «Знание—сила», 1985, № 3, с. 33.

вернуться

997

Широкогоров С. М. Этнос. Шанхай, 1923, с. 28, 88.

вернуться

998

Если руководствоваться «Географическим энциклопедическим словарем» (М., 1988), то этнография и этнология — синонимы, что вряд ли верно.

вернуться

999

Там же, с. 20.

вернуться

1000

Там же, с. 33.

вернуться

1001

Там же, с. 13.

вернуться

1002

Там же, с. 76, 124.

вернуться

1003

Там же, с. 119.

вернуться

1004

Там же, с. 121.

92
{"b":"133582","o":1}