ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Самка увидела, что сделал её супруг, и сказала: «Их трое, и на всех — только одна маленькая птичка. Этого мало; я не могу допустить, чтобы поступок моего супруга оказался напрасным — отдам и я им своё тело». С этими словами она бросилась в огонь и тоже сгорела.

Тогда трое птенцов, видевших происшедшее и заметивших, что пищи для гостей всё-таки было мало, сказали: «Наши родители сделали, что смогли, и всё же этого недостаточно. Наш долг — продолжить дело наших родителей; отдадим и мы наши тела». И все они бросились в огонь.

Трое людей, изумлённые увиденным, не могли, разумеется, есть этих птиц. Они провели ночь без пищи, а утром царь и саньясин показали дорогу царевне, и она вернулась к отцу.

Когда они пустились в обратный путь, саньясин сказал царю: «Царь, ты видел, что каждый велик на своём месте. Если ты хочешь жить в мире, живи, как эти птички, и будь всегда готов пожертвовать собой для других. Если ты хочешь отречься от мира, будь подобен этому молодому человеку, для которого самая прекрасная женщина и целое царство — ничто. Если хочешь быть мирским человеком, пусть вся твоя жизнь будет жертвой для других. Каждый велик на своём месте, но долг одного не может быть долгом другого».

«Ты — лев»

Одна беременная львица, отправляясь за добычей, увидела стадо овец. Она бросилась на них, и это усилие стоило ей жизни. Родившийся при этом львёнок остался без матери. Овцы взяли его на своё попечение и выкормили. Он вырос среди них, питаясь травой, как они, и блея, как они, и хотя сделался взрослым львом, но по своим стремлениям и потребностям, а так же по уму был совершенной овцой. Прошло некоторое время, и другой лев подошёл к стаду; каково же было его удивление, когда он увидел собрата-льва, убегавшего, подобно овцам, при приближении опасности. Он хотел подойти ближе, но, как только немного приблизился, овцы убежали, а с ними и лев-овца. Второй лев стал следить за ним и однажды, увидев его спящим, прыгнул на него и сказал: «Проснись, ведь ты — лев!» — «Не-ет, — заблеял тот в страхе, — я овца!» Тогда пришедший лев потащил его к озеру и сказал: «Смотри! Бот наши отражения — моё и твоё». Лев-овца взглянул прежде на льва, потом на своё отражение в воде, и в тот же момент у него явилась мысль, что он сам — лев. Он перестал блеять, и раздалось его рыканье.

Действительность

При дороге стоял ствол засохшего дерева. Ночью прошёл вор и испугался: он подумал, что это стоит, поджидая его, полицейский. Прошёл влюблённый юноша, и сердце его радостно забилось: он принял дерево за свою возлюбленную. Ребёнок, напуганный страшными сказками, увидев дерево, расплакался: он подумал, что это привидение. Но во всех случаях дерево было только деревом.

Мы видим мир таким, каковы мы сами.

Наслаждение и совершенство

В давние времена жил очень богатый человек, совершивший жертвоприношение, которое требовало, чтобы жертвовавший отдал всё, что имеет. Но этот человек не был искренен, — он хотел приобрести известность и славу совершившего такое жертвоприношение, пожертвовав предметами, потерявшими для него ценность, вроде старых, бесплодных и искалеченных коров.

У этого человека был сын, которого звали Начикетас. Мальчик видел, что его отец поступил неправильно, что он нарушил свой обет и должен погибнуть. В Индии отец и мать — живые боги, и дети в их присутствии не смеют без разрешения ни говорить, ни что-либо делать, но должны просто стоять. Поэтому мальчик приблизился к отцу и, не смея обратиться с прямым вопросом, спросил его:

— Кому ты отдашь меня? Жертвоприношение требует, чтобы всё было отдано.

Отец был очень огорчён вопросом и отвечал:

— Что ты говоришь, дитя? Разве отец может отдать своего собственного сына?

Мальчик повторил свой вопрос во второй и в третий раз, и отец, рассердившись, сказал наконец:

— Я отдам тебя Яме (богу Смерти).

И мальчик действительно отправился к Владыке Смерти. Но бога Ямы не было дома, и юноше пришлось три дня ждать у дверей Владыки Смерти. На третий день Яма вернулся.

— А, учёный человек, — сказал он, — ты ждал меня три дня, ничего не евши; ты — гость, достойный полного уважения. Добро пожаловать! Я очень сожалею, что не был дома. Но за это я вознагражу тебя. Проси у меня три вещи — по одной за день ожидания.

— Моя первая просьба, — сказал мальчик, — чтобы отец перестал на меня сердиться, был добр ко мне и узнал меня, когда ты разрешишь мне вернуться.

Яма обещал, что это будет исполнено.

Следующая просьба касалась разъяснения относительно жертвоприношения, которое переносило человека на небо.

Затем мальчик высказал третье желание: «Я в полном недоумении. Когда человек умирает, то одни говорят, что он после того существует, другие — что его больше нет. Я хочу получить ваши разъяснения по этой проблеме!»

Этот вопрос смутил Яму. Он был готов исполнить другие просьбы, но тут сказал: «Сами боги в древности затруднялись ответить на этот вопрос. Этот закон нелегко понять. Проси о чём-нибудь другом, не настаивай и освободи меня от необходимости исполнить эту просьбу». Но Начикетас был юношей решительным и сказал: «Ты говоришь, Владыка Смерти, что даже боги сомневались относительно этой проблемы и что нелегко понимать такие вещи. Но я не могу найти другого, подобного тебе, наставника, и никакая иная милость не заменит эту».

Тогда Яма сказал: «Проси сыновей, внуков, которые жили бы по сто лет; проси скота, слонов, лошадей, золота. Проси земного царства и какой хочешь долгой жизни. Или выбери другие милости, по-твоему, равные этим. Я могу дать тебе способность удовлетворить все твои желания. Проси даже о таких вещах, которые труднее всего получить в этом мире. Вот, посмотри на этих небесных девушек, на эту музыку, на эти колесницы, подобных которым не знают смертные; пусть они служат и тебе, о Начикетас, но не спрашивай меня о тайне смерти».

«Всё это, о Владыка Смерти, вещи преходящие, — сказал Начикетас. — Они истощают энергию органов чувств. Даже самая долгая жизнь коротка. Оставь у себя твоих лошадей, танцовщиц и музыкантов. Человека не может удовлетворить богатство. Разве мы сохраним наши богатства, когда взглянем тебе в лицо? Нет, мы живём лишь столько, сколько ты захочешь. Поэтому та милость, о которой я уже просил, единственная, которую я хочу получить от тебя».

Яме понравилась смелость мальчика, и он сказал: «Действительно, дитя моё, совершенство — одна вещь, а наслаждения — другая. Эти две вещи, имея различные результаты, определяют человека. Тот, кто выбирает совершенство, становится чистым; тот же, кто выбирает наслаждения, не достигает истинной цели. Совершенство и наслаждение сами предлагают себя человеку, и только мудрый исследует их и отличает одно от другого. Он выбирает совершенство как высшее пo-сравнению с наслаждением; но глупый выбирает наслаждение ради своего тела. Ты, Начикетас, обсудив природу вещей, которых так желают в этом мире, совершенно правильно отверг их». И затем Яма начал учить Начикетаса тайнам жизни и смерти.

5
{"b":"133588","o":1}