ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Через несколько мгновений она, уже не слыша удаляющихся шагов Первородного, почувствовала себя как в стародревние времена, в далекой юности, когда с классом совершала летние вылазки "на природу" (обычно на речку), в пригород, где девчонки разваливались получать дозу солнечного облучения на полотенцах, а пацаны неумело делали "шашлык" из сарделек, нанизанных на веточки. В душе восстановился покой, она слушала, как щебечут где-то далеко в кронах мощных деревьев незнакомые пташки, журчит неподалеку ручей, старалась отвлечься от будущего. Какой, действительно, смысл бояться того, чего еще нет?! Будь готова к худшему, надейся на лучшее, а чему быть — то и придет.

Светке показалось, что запел соловей, — по крайней мере, до чрезвычайности похоже было на соловьиный запев: "Птич-ку…птич-ку… Птичку-птичку-птичку!", после которого начинались переливы звонкого ручейка, да так чисто и реалистично, что девушке порой казалось, будто ручейков рядом протекает, по меньшей мере, два — по разные стороны от тропинки. И потом начались песнопения в стиле местных певцов. Она заслушалась руладами и пыталась уже высмотреть в густой листве исполнителя, к которому приблизилась на совсем малое расстояние, как в птичьи трели вмешался посторонний звук, настороживший девушку. Она попыталась "всмотреться в лес", как учил ее эльф, но кроме пары раз повторившегося плюханья, словно опустили нечто большое тряпичное в таз с водой, ничего не обнаружила. А потом увидела, как небольшая серая фигура на четвереньках бежит параллельно ее движению. И словно смолкли все звуки. Слышен стал только периодический влажный перестук парных ног (лап?) да буханье ее сердца.

Светлана перешла на стремительный, спартанский шаг, каким любила обгонять прохожих на улицах: вот этого сейчас "сделаю", а потом вон того ходока, а за ним — третьего, и так далее, до самого места назначения. Перестуки ускорились вместе с ней, не изменив направления ни на йоту, из чего девушка сделала вывод, что зверь направляется туда же, куда и она. Хорошо, если он — дикий. А если прирученный магами? Этот подлый народец она ненавидела и слегка опасалась. Несмотря на то, что пока столкновения заканчивались удачей. А всякий случай Светлана вгляделась в пространство, чтобы увидеть своего частого попутчика — Серого Путешественника. Его не было рядом.

За нынешний день она прошла уже довольно много для человека, не слишком привыкшего к пешим переходам, а более — к поездкам на транспорте. Мышцы ног ныли, суставы болели, казалось, еще немного и она просто рухнет лицом в траву, проросшую на нехоженой тропинке. Перед глазами от усталости плыли разноцветные круги, иногда она смутно представляла, куда и зачем идет. Хотелось без всяких мыслей завалиться под деревом, и отсидеться часок-другой. Но тут же вставал перед глазами суровый облик старухи из Протэса и эльфа с гномом, ожидавших ее победного возвращения. Гордость не давала Светлане обмануть их надежд, и она, стиснув зубы, продолжала свой путь.

Пристанционный домик словно вырос перед ней. На фоне оставленных ограми гор, где вовсю хозяйничали маги, он смотрелся совсем ветхим. Дощатый, некрашеный и облупленный, похожий на те, что сохранились кое-где в провинциальных городах вдоль трамвайных линий: из них всякий раз перед тем, как трамваю съехать с горки, выходит дородная тетечка в оранжевом жилете дорожных рабочих и осматривает тормозные колодки. Здесь, казалось, домишко покинули, и давненько. Однако, вместе с девушкой из лесу вышел маленький мальчик в обтрепанных дерюжных штанишках и такой же курточке. И больше никого, как ни всматривалась она вокруг. Странно, неужели этот малыш работает здесь? Или, того хуже — живет?! Один, без родителей и вообще взрослых где-либо в обозримом пространстве… Она решила заговорить с малышом и выяснить, откуда он взялся.

— Привет! — Светлана начала с открытой голливудской улыбки, чтобы расположить ребенка к себе.

Тот мрачно молчал, исподлобья глядя на нее, и не приближался. Он, казалось, прощупывал незнакомку, словно щупальцами, мысленным взором, и Светлане показалось, что у него это получается значительно успешнее, чем у нее. "Вот, что близость магов-то чего делает!" — подумала она с восторженным ужасом и задала закономерный, по ее мнению, вопрос:

— Слушай, а кто здесь выдает билетики до Великого Города?

Услышав ее, малыш будто съежился, стал еще меньше и незаметнее. Ей показалось или он действительно хотел бежать, но что-то удерживало его: наверное, какие-то тайные мотивы, как и у нее самой. Она осторожно, боясь отпугнуть ребенка, сделала пару шагов по направлению к нему. Мальчик насторожился и отпрыгнул назад, оглядываясь в лес. "Видно, там все же кто-то прячется, или ждет его" — пояснила себе ситуацию Светлана, продолжая обаятельно улыбаться.

— Ты вообще разговаривать-то умеешь или нет? — задала она провокационный вопрос, на что мальчик вынужден был ответить с обидой:

— А ты как думаешь?! — Говорил он, как ни странно, ломающимся баском, подобно пятнадцатилетнему подростку.

— Так ответь, пожалуйста, кто здесь продает билеты, сколько они стоят, и сколько ехать до легендарного Города?

Мальчик, казалось, размышлял. Наконец, приняв какое-то решение, он спросил ее, снова оглянувшись зачем-то в чащу:

— А ты в самом деле туда по делу едешь или просто так говоришь?

Светка посмотрела на мальчишку, подняв брови:

— Как можно спрашивать о том, чего делать не собираешься?! Конечно, еду! Конечно, по делу! Надо мне, понимаешь! Так что с билетами, и когда поезд?

Мальчишка все колебался. Потом все так же мрачно отозвался:

— Здесь никаких билетов никогда не продавали. Никто и не говорил о таких делах. Поезд проезжает совсем скоро. Его уж слышно, если ты прислушаешься. Но никто не видел, чтобы кто-то садился с этой платформы, чтоб добраться до Великого Города. Туда никто не ездит — только мимо. А ты… Правда, туда или врешь?

— Да, конечно, правда! — вспылила девушка. — Какой резон мне врать? Какая мне от того выгода?

Мальчик посмотрел на нее с бОльшей симпатией и вдруг попросил:

— Тетенька! Ты тогда выпроси там для нас гору обратно! Ведь погибнем совсем без горы-то! Правда, выпроси! — Из-за толстого ствола дерева, оттуда, куда оглядывался пацаненок, выглядывал гигант-огр. Лицо его было жалостливым и ужасным одновременно. Он явно переживал. И он стоял на четвереньках. Передние ноги его, которые увидела Светлана, были "обуты" в тряпичные "портянки". Вокруг ног расползались кровавые следы. "Беглец с горных приисков?" — осенило ее. Девушка улыбнулась еще шире и открытее, а на глаза ее навернулись слезы:

— Они все вам вернут, малыш, уж ты мне поверь, — честно глядя в глаза ребенку, проговорила она. Тот всмотрелся в ее глаза, кивнул, в два прыжка взметнулся на спину взрослому — и оба исчезли в лесу.

А со стороны железнодорожной колеи и впрямь раздавался далекий лязг железа и слышался гудок паровоза — приближался поезд.

Светлана подошла ближе к заброшенному домику, разглядела там явные следы запустения и разрухи, миновала лежащую с торца выломанную дверь, открывшую ее взорам безнадежно смердящее мрачное нутро строения, развалившуюся горку угля, и вышла на ровную площадку дощатой, но добротно построенной некогда пустынной станции.

Приближающийся поезд посигналил, подъезжая, и в мыслях ее мелькнуло, что вот он сейчас пролетит мимо, обдав ее паром и дымом, не останавливаясь — билетов-то все равно никто не продает. Но внезапно раздался скрежет металлических колес, движение затормозилось, и состав встал, вежливый проводник, поклонившись ей еще из тамбура, опустил ступеньку и протянул руку, чтобы помочь нежданной пассажирке подняться. Безмолвно указал ей вглубь вагона, оказавшегося купейным, и, с величайшим любопытством оглядывая ее, проводил до свободного места, так и не спросив билета.

В ее купе перед небольшим откидным столиком с разложенным на нем набором пассажирского меню — жаренная курица, крупно порезанные куски хлеба и помидоры с огурцами — сидела крепкая дородная гномиха средних лет. Она взглянула на попутчицу с разинутым ртом и хрипло выдохнула только:

40
{"b":"133607","o":1}