ЛитМир - Электронная Библиотека

Донни аккуратно перевел машину в левый ряд, снизив скорость до минимума. Девочки моментально почуяли клиента. Они наклонялись, заглядывая в медленно проезжающий «седан» и позволяя водителю разглядеть себя. Посмотреть было на что: незастегнутые блестящие куртки распахивались, открывая символические топики и прозрачные кружевные блузки, а под ними…

Но как раз это Донни не интересовало. Он рассматривал девушек и искал, искал… Вот!

Чуть ли не последней стояла эффектная пара: блондинка в черном и брюнетка в красной коже с длинной бахромой на рукавах. Блондинка. Ее волосы такие золотистые и вьющиеся — наверняка обесцвеченные, но очень похожие на волосы той бедной девочки, Дженнифер. Донни сам не заметил, как остановил машину, он уже ничего не замечал, кроме золотистых кудрей… Опасно, его же видели здесь, могут опознать!

Проститутка, придерживая сумочку, наклонилась еще ниже. Какие ноготки!

— Привет! — улыбнулась она, и на Донни пахнуло мятой.

Девушка жевала резинку, что не мешало ей улыбаться во весь рот, показывая ровные белые зубы.

— Привет! — выдавил из себя Фостер. Раньше ему почти не приходилось снимать девочек, только за компанию с приятелями. Но эти волосы… Проститутка заметила его смущение и пришла на помощь:

— Девочку себе ищешь?

— Д-да.

— Ну, — предложила блондинка, — давай за угол заедем.

— Вообще-то, — уже смелее пояснил Фос-тер, — я хотел девочку на пару часов.

— Да? — заинтересовалась девушка, уже прикидывая цену. — А поподробнее?

Они сговорились быстро, — потому что Дон-ни не стал торговаться. Через несколько секунд проститутка уже садилась рядом с Донни, пристраивая на коленях сумочку.

— Как тебя зовут? — бросил Донни, выруливая на знакомую улицу.

— Бетти. А тебя?

— Донни.

Девушка выжидающе взглянула на клиента, но тот явно не был настроен вести пустые разговоры. До дома доехали в молчании.

Фостер снял в недорогом мотеле домик, стоящий далеко от дороги, и был уверен, что их никто не потревожит. Он открыл дверь и пропустил девушку вперед. Уходя, он забыл выключить свет, и можно было не бояться наткнуться в темноте на стену. Бетти настороженно озиралась. Стандартная обстановка, мотель, только вот ничуть не теплее, чем на улице, а девушка и так замерзла в ожидании клиента. Она обхватила руками плечи и повернулась к Фостеру, возившемуся с замком.

— У тебя здесь нет обогрева? Холод собачий. Донни наконец закрыл дверь и с сожалением развел руками.

— У меня здесь только принудительная вентиляция, но она сломалась.

Несколько мгновений Фостер помолчал, разглядывая девушку, так что ей стало неуютно под тяжелым взглядом.

— Я хотел бы, чтобы ты помылась. Сейчас приготовлю ванну.

Он прошел в глубину дома. Щелкнул выключатель, и Бетти услышала через незапертую дверь шум льющейся воды. Девушка аккуратно положила сумочку на диван, не забыв переложить в карман куртки упаковку презервативов. Снова огляделась.

Странно, вроде ничего особенного, комната как комната, а ее дрожь пробирает. Может, потому, что так холодно? Или это от напряженной тишины, разбиваемой только шумом воды в ванной? Ни музыки, ни гула автомобильных моторов за окном: домик-то на отшибе. Проститутка передернула плечами и пошла в ванную комнату; пора было приступать к работе. Перестук ее каблучков эхо разнесло по всему дому.

Донни сидел на краю ванны, манипулируя кранами. Ванна уже почти заполнилась, над водой стояла высокая шапка пены.

— У тебя волосы чистые? — Не оборачиваясь, спросил Донни.

— Что? — растерялась Бетти.

— Тебе не нужен шампунь для волос, обработанных химически? — терпеливо спросил Донни.

— Ты что… хочешь, чтобы я голову помыла? — еще раз переспросила девушка.

— Ну, если это что-то необычное, — пожал плечами Фостер, — я готов заплатить сверху.

— Меня никто никогда еще об этом не просил, — фыркнула проститутка, но от денег не отказалась и начала раздеваться.

Отработанным до автоматизма движением она поставила ногу в шнурованной туфельке на краешек стула и неторопливо, чтобы не поцарапать лак на ногтях, занялась узлом. Брошенный на клиента взгляд из-под ресниц подтвердил, что дело на мази: глаза горят и не отрываются от ножки.

А Донни не отрывал взгляда от ногтей, выкрашенных темно-красным лаком. Такие маленькие, изящные и ухоженные! Такой изысканной миндалевидной формы! Они напомнили Фостеру лепестки пиона, из самой серединки цветка; Донни нестерпимо захотелось лизнуть каждый из них, ощутить кончиком языка их безупречную гладкость… Донни сглотнул комок в горле, но только собрался сказать что-то, как в спальне требовательно зазвонил телефон.

Фостер резко встал; выходя, бросил:

— Я прошу прощения. Справишься сама?

— Ага, — кивнула девушка с некоторым разочарованием. Ей нравилось раздеваться в присутствии мужчин, а этот клиент был заметно лучше, чем обычная клиентура. Молодой, симпатичный, хорошо сложенный. Повезло ей сегодня !

Бетти разделась уже без всякой томности, разложила одежду на стуле. Ничего, парень не долго задержится у телефона. Она еще наверстает свое, когда будет принимать ванну у него на глазах. Уж она-то его заведет! Только волосы пока мочить не стоит. Может, он все-таки откажется от своей дурацкой идеи с мытьем головы? Деньги, конечно, лишними не бывают, но уж слишком здесь холодно, мурашки по коже бегут. Чего только не приходится делать! В конце концов, бывают фантазии и похуже. Бетти обреченно вздохнула и полезла в ванну.

Фостер шел к телефону, не особенно торопясь и пытаясь сообразить, кто бы мог ему позвонить так поздно? Вероятно, ошиблись номером, но как некстати!

— Алло! — недовольно бросил он в трубку.

— Алло… — Смущенный женский голос, и как будто знакомый. — Это мистер Фостер?

— Да, я слушаю.

— Добрый вечер, это Мерилин. Помните, вы устраивались на работу к нам в «Холодильник»? Простите, что я так поздно вам звоню, — торопливо извинилась секретарша, — но это срочно. Я хочу сказать, что вы наняты, мистер Фостер. Мистер Фичичелло хочет, чтобы вы начали работать завтра же.

В это мгновение до спальни донесся приглушенный закрытой дверью женский визг и плеск воды.

— Господи, мало того, что холод собачий, так еще и вода холоднющая, как лед!

В спальню ворвалась разгневанная Бетти, пытаясь завернуться в махровое голубое полотенце. Про себя Фостер отметил, что этот цвет очень идет к ее волосам. Посреди комнаты девушка остановилась и огляделась в недоумении. Спальня меньше всего походила на любовное гнездышко. Зеркала затянуты черным крепом, тонкие восковые свечи… Задрапированная белым шелком кровать напоминала скорее… смертное ложе? И везде цветы, цветы, цветы — вплетенные в темнохвойные венки с траурными лентами. «Покойся в мире», «Мы любили тебя»…

— Господи, — побелевшими губами пробормотала девушка. — Что ты за извращенец такой? О, Господи!

Под пристальным взглядом Донни она медленно, шаг за шагом отступала назад, пока не уперлась спиной в дверь. Там Бетти и застыла, судорожно ловя воздух ртом, а глаза мужчины гипнотизировали ее, пригвождали к двери. Оба молчали, и каждая секунда тишины была, как ком земли, падающий на крышку гроба. Девушка пыталась крикнуть, чтобы разбить эту давящую тишину, но голос не повиновался ей.

— Мистер Фостер? — окликнули по телефону.

— Да, — совершенно спокойно отозвался Донни, не отрывая взгляда от смертельно перепуганной проститутки. — Я замолчал от неожиданности. Это прекрасная новость. Огромное вам спасибо, Мерилин! Увидимся завтра. Может быть, пообедаем вместе? Хорошо, завтра и поговорим. Всего доброго!

С этими словами Фостер положил трубку.

— А теперь — ты, — нежно сказал он девушке и замолчал на несколько бесконечных секунд. Потом шагнул к ней.

— Близко ко мне не подходи, — прошептала Бетти помертвевшими губами. Она вцепилась в полотенце так, словно оно могло ее защитить.

Еще шаг.

— Я серьезно. Не смей до меня дотрагиваться! — сорвалась она на визг.

4
{"b":"13361","o":1}