ЛитМир - Электронная Библиотека

— А дети? У тебя есть собственные дети? Жена, любовница? Увлечения, интересы?

Он вздохнул:

— Я был слишком занят, так и не успел встретить женщину, которую мог бы полюбить. Да и в любом случае я боялся иметь детей, чтобы не видеть, как они умирают, подобно моим братьям и сестрам. А их было у меня двенадцать, — печально объяснил он. Молли повернула голову, ожидая увидеть на его лице те же чувства, которые звучали в словах. Однако лицо Сеолара скрывало эмоции лучше, чем голос. Она увидела лишь спокойствие, которое наблюдала весь этот день.

— Прости.

— Благодарю, — отозвался он. — Как видишь, я не мог позволить себе завести семью, покуда не отыщу тебя.

— Потому что я могу остановить болезни?

Он бросил на нее быстрый взгляд.

— И поэтому тоже.

Молли неуверенно улыбнулась:

— Тоже?

Он серьезно продолжал:

— Мы всегда верили, что ты можешь сделать больше. Не только лечить болезни. Верили, что ты станешь одной из нас и принесешь в наш мир магию. Я намеревался понять, какой будет эта магия, и лишь потом принимать решение.

— А если бы вы никогда меня не нашли? — спросила Молли, думая, что он поставил свою жизнь на очень уж ненадежную карту.

— Тогда нынешнее поколение вейяров было бы последним. Да и многих родственных рас — тоже. Что значит мое личное счастье по сравнению с такой перспективой?

Да, действительно.

— Ты когда-нибудь развлекаешься? — снова приступила к расспросам Молли.

— Я люблю танцевать, — ответил Сеолар. — Люблю верховую езду. И это удачно — ведь мне приходится много ездить. Выращиваю в домашних бассейнах петаи — очень красивых декоративных рыбок. Вчера вечером ты их видела. Летом, когда удается, работаю в саду. — Он пожал плечами. — Ну, еще чтение. Я очень люблю читать.

— Я тоже люблю работать в саду. И читать. А танцевать не пробовала.

— Видишь, ты тоже многое о себе не рассказывала, — улыбнулся Сеолар. — И это многое я не мог узнать о тебе другими способами. Есть ли у тебя где-нибудь муж, дети? Разумеется, я кое-что знаю о твоих интересах: живопись, музыкальные инструменты… Знаю, что ты любишь шоколад. Должен сказать, что я попробовал несколько кусочков и мне он тоже понравился. Но я часто задаюсь вопросом: какова была твоя личная жизнь?

Молли вздохнула.

— Я провела несколько лет в армии, мне там нравилось, а потом несколько лет в одиночестве, и мне это тоже нравилось. Не было у меня никакой особенной личной жизни. Несколько приятелей — и все. Мужчинам не нравится моя реакция на людей в общественных местах.

— Как это?

— Видишь ли, здесь, когда я нахожусь поблизости от какого-нибудь очень больного человека, со мной ничего не происходит. Но дома… — Она поправилась: — Но на Земле мне становилось до смерти плохо. Схватывало живот, начиналась рвота, я каталась от боли, зеленела… — Молли невесело усмехнулась. — Каждое свидание превращалось в настоящее приключение. Я ведь не знала, когда окажусь поблизости от настоящего больного. Очень скоро я прекратила даже пытаться.

— Но здесь с тобой не происходит ничего подобного. Значит, здесь ты можешь вести обычную жизнь.

Молли обвела взглядом лошадей, тяжелые корзины, свою прекрасную одежду, вспомнила великолепное жилище в чудесном замке и мягко улыбнулась:

— Думаю, даже получше, чем обычную.

— Ну и хорошо. — Сеолар выглядел очень довольным, но не добавил больше ни слова.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГРИПП ИЗ КАРОЛИНЫ ДОБРАЛСЯ ДО ЗАПАДНОГО ПОБЕРЕЖЬЯ

Лос-Анджелес, Калифорния — «Ассошиэйтед Пресс»

Эпидемия гриппа, распространившаяся в последнее время на Восточном побережье, нанесла чудовищный удар по западным штатам. Через шесть часов после окончательного установления диагноза «Каролинский грипп» первому пострадавшему врачи больницы «Добрый самаритянин» выявили еще 56 случаев заболевания, 29 из которых привели к летальному исходу. В ближайшие дни ожидается лавинообразный рост числа заболевших.

Рассматривается возможность объявления чрезвычайного положения и регионального карантина…

Баллахара

Пикник — если, конечно, столь обыденное слово можно отнести к подобному пиршеству — состоялся на укрытой деревьями поляне, где солнце растопило почти весь снег и где стояла невероятная тишина. Угощение было великолепным; горячие блюда остались горячими благодаря термостатическим сосудам; напитки (еще одна безалкогольная разновидность) — охлажденными, искрящимися, ароматными, благоухающими яблочным духом; десерты поражали разнообразием и богатством.

Молли и Сеолар болтали обо всем подряд, рассказывали истории из жизни, просто отдыхали и к середине беседы вдруг перестали быть Ималлином и Води, превратившись друг для друга просто в Сеолара и Молли. Пикник начался удачно и становился все приятнее, в результате ни один, ни другой не обратили внимания на погоду. И напрасно.

Первая снежинка, тяжелая и пушистая, легла на щеку Молли. Она подняла глаза и увидела, что солнце давно скрылось, а небо приобрело зловещий чугунный оттенок.

— О Господи, — прошептала девушка.

Сеолар огляделся.

— Надо быстро все собрать и возвращаться. — Он свистнул, и тут же поляну заполонили конные вейяры. Молли потрясенно ахнула. Сеолар пояснил: — Я и обычно-то не рискую путешествовать в одиночестве, а уж отправиться в путь в компании с единственной надеждой нашего мира и без охраны — это было бы полным безумием. Конечно, твое ожерелье защитит тебя, но я еще нужен своему миру, чтобы ты встретилась с теми людьми, с кем должна встретиться, и получила доступ к вещам, которые необходимы для выполнения твоей миссии Девятой Води. Мои люди держались на расстоянии, но они постоянно наблюдали за нами.

Стражи Сеолара быстро упаковали корзины, оседлали лошадей, и все пустились в путь раньше, чем Молли начала осознавать перспективу провести остаток жизни под наблюдением, пусть даже с почтительного расстояния, вооруженных охранников.

Никакой по-настоящему личной жизни. Никаких внезапных порывов вскочить и одной отправиться куда глаза глядят. Спонтанность навсегда уходит из ее жизни. Однако стоить взвесить, что важнее: потерять такие порывы или опять столкнуться со страхом оказаться в толпе больных людей. Здесь ей никогда не придется опасаться внезапной встречи со страждущими. Конец бесплодным попыткам вычерпать океан наперстком: то, чем она тут занимается, необходимо ее пациентам, но их миру это тоже необходимо! Разве этого мало — знать, что ее жизнь не бессмысленна? Совсем не мало. И в конце концов, не такая уж она любительница внезапных отлучек, говорила себе Молли, пока кавалькада скакала по утоптанной тропе. Все ее рейды по большей части сводились к вечерним походам в круглосуточную закусочную за картофельными чипсами, к которым одно время она испытывала неодолимое пристрастие. Какой смысл здесь-то об этом печалиться? От ближайшей фритюрницы ее отделяет целый мир, а может, и вся Вселенная.

Снег усилился. Молли не замерзла и чувствовала себя вполне комфортно, но смотреть вперед стало практически невозможно. Сеолар, который скакал бок о бок с ней в центре группы слуг и стражей, сказал:

— Нужно двигаться быстрее. Положение усложняется. Там, впереди, нас ждет укрытие, но от него не будет толку, если мы собьемся с пути.

Молли опасалась вылететь из седла, если ее жеребец поскачет хоть чуть резвее, чем теперешним ленивым аллюром.

— Не знаю, смогу ли я.

— Тогда придется сесть мне за спину, — решительно заявил Сеолар. — Мы не можем рисковать, необходимо добраться до укрытия. Здешние метели могу тянуться по многу дней.

Молли представила, как это будет: мчаться галопом, сидя у него за спиной, без стремян, без седла…

— Я справлюсь, — заявила она с мрачной решимостью и пришпорила коня.

Скачка привела ее в ужас. Бесконечный, кошмарный, слепящий снежный вихрь. Копыта глухо стучат по плотному снегу, из лошадиных ноздрей валит пар, ветки хлещут по лицу. Страшно вывалиться из седла, тогда твоя же лошадь тебя растопчет, да и остальные всадники вместе с вьючными лошадьми не смогут остановиться вовремя. Промерзшая, перепуганная, сражающаяся за собственную жизнь, Молли вдруг ощутила, что ожерелье стало тихонько вибрировать, и тотчас впала в странное, полусонное состояние, а может, это была галлюцинация или видение. Вот она превращается в другую женщину, одинокую, заблудившуюся в этих лесах, только пешком… Женщина попадает в метель, мерзнет во тьме и в конце концов гибнет. Видение не оставляло ее, пока женщина не испустила последнее дыхание. К кошмару этой бешеной скачки оно добавило нереальный, адский оттенок. Когда всадник в авангарде наконец крикнул: «Стой!» и все собрались плотной группой, Молли едва сдержала слезы облегчения.

45
{"b":"133615","o":1}