ЛитМир - Электронная Библиотека

Спиной к ним стоял Бирра.

— В чем дело? — сдерживая злость, спросил Сеолар.

— Погода начала меняться. Надо ехать.

Сеолар снова повернулся к Молли. Она чуть-чуть улыбнулась и едва заметно пожала плечами:

— У нас же остается Медный Дом…

Неутоленная страсть отдавалась болью во всем теле. Сеолар поклонился Молли и сказал:

— Значит, в другой раз…

— Ты обещаешь?

— Обещаю.

Мемориальный госпиталь округа Новая Шотландия, Лоринбург

Лорин с Питером сидели в отделении интенсивной терапии. Лорин успела принять душ и переодеться, но ей казалось, что на ней все еще кровь Эрика. Новости оставались однообразно плохими. Эрика подключили к аппарату искусственного дыхания. Он так и не приходил в сознание. Медперсонал разыскивает родственников, чтобы получить у них разрешение отключить аппараты жизнеобеспечения.

Лорин, держа на руках уставшего и наконец заснувшего Джейка, думала об Ории. Если бы это произошло там, она могла бы что-то сделать для Эрика. Попробовать воздействовать магией. Она не сумела отнять у смерти Брайана, но Эрик еще жив, и она сумела бы уничтожить пулевое отверстие с помощью магии.

Но единственные известные ей ворота находились в Кэт-Крике, а персонал госпиталя не позволит тащить Эрика и всю аппаратуру жизнеобеспечения в Кэт-Крик, чтобы она засунула все это в магическое зеркало.

Лорин искоса взглянула на Питера, который то приходил, то уходил с самого момента, когда они закончили дела с лоринбургской полицией.

— Питер…

— Да? — Он не сводил глаз с дверей палаты и лишь чуть поднял голову, услышав ее голос.

— В палате Эрика есть зеркала?

Питер вяло пожал плечами, однако во взгляде его мелькнула тень любопытства, потом он снова вернулся в мрачный мир собственных мыслей.

— Зеркала? — все же отозвался он. — Да, кажется, есть, два. Одно над раковиной, а другое, в полный рост, на двери ванной.

Она поняла, как попасть в Орию. Как найти там родительский дом. Даже сидя здесь, на больничном диване, она чувствовала, как он к ней взывает. Если она отыщет зеркало, любое зеркало, лишь бы сквозь него можно было протащить человека, она создаст ворота. Ей не приходилось делать этого с десяти лет, но она знала, что справится.

Проблема в том, чтобы обойти как-то персонал реанимационного отделения, обмануть их стеклянные стены, их настороженное внимание.

— Питер?

Почувствовав перемену в ее голосе, Питер смотрел на нее, не мигая, и молчал.

— Я могу спасти его жизнь.

Холодные, умные глаза смотрели на нее, словно оценивая.

— Это имеет отношение к тайне Эрика?

— Что ты о ней знаешь?

— Очень мало. Но ведь нельзя всю жизнь прожить в таком маленьком городишке, как Кэт-Крик, и не почувствовать, что вокруг происходит больше, чем говорится.

— Да.

— Ты должна позволить мне помочь.

Лорин кивнула:

— Без тебя я и не справлюсь.

— И ты должна мне объяснить, что это за тайна.

Она слабо улыбнулась:

— Ты не сможешь не узнать. Только… обещай мне… обещай, что ты не начнешь чудить. Не испугаешься и все такое. Ну, в общем… приготовься…

— Я не такой.

— Я тоже так думаю. — Она прочистила горло, посмотрела на спящего Джейка, такого прекрасного и невинного, и зашептала: — Мы, все трое, должны попасть в палату Эрика. И тебе придется придумать, как удалить оттуда всех сестер и врачей на… — Лорин нахмурилась, пытаясь оценить, сколько ей нужно времени, — …на десять минут. Может, больше. Когда мы все подготовим к переносу, ты должен запереть дверь и никого не выпускать, потому что на всей аппаратуре включится сигнал тревоги.

Питер внимательно на нее посмотрел, кивнул с пониманием и уставился на свои ноги. Однако безнадежного отчаяния в его взгляде больше не было.

Секунду подумав, он снова кивнул:

— Придумал. Бери Джейка и пошли.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Мемориальный госпиталь округа Новая Шотландия

Они сидели в кафетерии, пока, по информации Питера, не закончилась передача смены. Тогда он отвел их наверх, на входе предъявил свою бляху и заявил встретившей их сиделке:

— Вот, разыскал его невесту и их малыша. Больше никто из семьи не объявился?

Сестра, открывшая дверь, с жалостью посмотрела на Лорин и Джейка.

— Мы так и не сумели ни с кем связаться, — ответила она. — Из-за гриппа у нас не хватает персонала. Заполнены места во всех отделениях, так что у главврача ни минуты нет. Если бы она была женой, мы могли бы дать ей подписать документы… но ведь они не женаты… значит, она не может… Но если бы вы или она вызвали кого-нибудь из членов семьи… — Ее глаза постоянно возвращались к Джейку. — Вы ведь его невеста?

Лорин кивнула.

— Господи боже мой! — пробормотала сестра. — Вам лучше войти и посмотреть на него.

Лорин снова молча кивнула.

Сестра по-прежнему преграждала им путь, очевидно, борясь с собой. Наконец она объяснила:

— Нам не положено пускать детей. В реанимацию маленьких не допускают.

— Это его сын. — Голос Питера выдавал глубокое волнение.

Сиделка мигнула.

— Тогда ладно. Доктор сейчас внизу, в палатах с гриппом в инфекционном отделении. Он сюда еще не скоро сможет вырваться. Пятнадцать минут, и я ничего не видела.

— Спасибо, — проговорила Лорин. Ей не пришлось имитировать страдание в голосе.

Эрик выглядел просто ужасно. Несмотря на все лекарства во внутривенных системах, несмотря на аппарат искусственного кровообращения, кожа его оставалась все такой же серой. Из гортани торчала большая пластиковая трубка, закрепленная пластырем и присоединенная к аппарату размером со стиральную машину. Внутри прозрачного корпуса сжимались и разжимались воздушные мехи в такт вздымающейся и опускающейся грудной клетке Эрика. Дисплей прибора вспыхивал и мигал, как дешевая рождественская гирлянда. Сама машина шипела, свистела, булькала и позвякивала. Над головой Эрика располагался еще один экран с зеленой линией, Лорин решила, что он должен показывать сердцебиение. Там была масса еще каких-то линий, но она даже представить себе не могла, что они означают. На веках Эрика лежали марлевые тампоны, глаза были плотно закрыты. Большие загорелые руки бессильно вытянулись на гладком, аккуратно подвернутом одеяле. Грудь и живот были прикрыты толстой белой повязкой, в самом центре которой расплывалось большое кровавое пятно, обведенное шариковой ручкой, рядом стрелка и аккуратно обозначенные дата и время.

— Его врач сейчас в операционной, у нас еще один случай по «скорой помощи», — объяснила сестра. — В экстренной ситуации может прийти другой доктор, но я знаю, что когда доктор Сакамурджа освободится, то захочет сам с вами поговорить. Если можете, дождитесь его.

Лорин еще раз кивнула:

— Я не собираюсь уходить. А вы можете что-нибудь сказать? О нем, обо всем этом? — Она указала на аппараты, мониторы, трубки систем для внутривенных вливаний.

Сестра облизнула губы.

— Он в тяжелом состоянии. Видите, проводится искусственная вентиляция легких. Сам он не может дышать. В данный момент сердце бьется довольно неплохо, но нам пришлось выдержать настоящее сражение, чтобы заставить его работать. Мне кажется, лекарства стабилизировали состояние, но нельзя обещать, что все так и останется. — Она глубоко вздохнула и продолжила: — И еще кое-что. Одна из двух пуль прошла через спинной мозг у третьего грудного позвонка. Она… повредила спинной мозг.

— Насколько серьезно?

— Доктор объяснит вам все подробно, но ранения тяжелые. Разлитие цереброспинальной жидкости осложняет наши действия.

— Значит, даже если он придет в себя, то никогда уже не сможет ходить, да?

— Хорошо, если сможет самостоятельно есть и вспомнить хотя бы собственное имя…

— Ну… — Лорин видела, что сестра колеблется, не зная, стоит ли открывать правду, старается смягчить удар. Лорин решила ей помочь: — Мисс Болдуин…

52
{"b":"133615","o":1}