ЛитМир - Электронная Библиотека

Он не мог сейчас отдаваться мести, мог только стоять, принимать и отводить в землю удары обратной волны, которые градом на него сыпались.

Каждая смерть рикошетом била в сентинелов. Смерть одной-единственной мыши — мелочь, но одна градина — тоже мелочь, однако когда собирается туча и начинается град, он способен убивать людей, крушить громадные деревья, бешеным натиском превращать в кашу все, что попадается ему на пути. А сейчас гибель мышей оказалась перемешана с гибелью миллионов людей — мужчин, женщин, детей, — которых до времени вырвали из плавного течения жизни и швырнули в пространство между мирами. Эти оборванные жизни несли с собой гнев, потрясение, отвращение, горе, тоску, отчаяние, сумасшествие и безнадежность. Если смерть мыши была градинкой, то каждая смерть человека — кометой, летящей в сентинелов из пространства. Ливень из миллиона комет, под которым должны выстоять пятеро дрожащих от слабости смертных.

И они стояли, подняв к небу лица и руки. Поглощали энергию, мучились, страдали. Адский поток рвал их на части, ломал, ранил тело и душу, гнул к земле, но они держались.

Наконец весь яд ушел в землю у них под ногами. Фурии смерти устали. Сентинелы, один за другим, попадали на колени. Эрик сумел сохранить защитный экран вокруг Джейка, Лорин и Питера, как мог, укрепил его против магического нападения. Потом создал небольшой купол защиты над сентинелами, живыми и мертвыми. Но против предателей он сейчас ничего не мог сделать — легче пройти по морю, не замочив ног. Ни один из пяти выживших не годился для битвы. Сейчас они выжаты полностью.

Стоя на четвереньках, Эрик смотрел на замок, где были его прежние друзья и коллеги. Сейчас они явятся, а он и пальцем не может пошевельнуть. Собрав последние силы, он перевернулся на спину, чтобы по крайней мере видеть свою судьбу, знать, каким будет конец, кто нанесет последний удар. Эрик смотрел в яркое синее небо, видел кристальное совершенство плывущих в нем облаков и думал: «Может быть, мой мир выживет. Надеюсь, мы сделали все, как надо».

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

У стен Ледяного Стархолда

Лорин прижала Джейка к груди и, согнувшись, спряталась за дерево. Автомат она прижимала к бедру. Оружие стояло на предохранителе, переключатель — на парализующем режиме.

Питер опустился рядом с ней на одно колено.

— У них проблемы.

— Но не из-за предателей. Они сейчас борются с чумой на Земле. Для этого ведь и пришли сюда.

— Я чувствую.

— Правда? — Лорин посмотрела на него с удивлением.

— Да.

— Я не знаю, как им помочь. Не уверена, что получится, даже если попробуем. Мне кажется, что если вмешаемся, то можем все испортить.

— Надо сидеть и ждать, — сказал Питер. — Они еще свое дело не кончили, как и предатели. Думаю, наша очередь подойдет очень скоро.

Лорин заметила движение за парапетом замка и приняла решение:

— Я не желаю, чтобы Джейк здесь оставался, — тихонько пробормотала она и обняла сына. Он вел себя необычно — прижимался к ней изо всех сил, видимо, тоже чувствовал магию, и она ему не нравилась.

Молли со своим спутником сидела на поваленном дереве за спиной у Лорин. Та обернулась к своей вновь обретенной сестре и сказала:

— Ситуация тяжелая, а скоро станет еще хуже. Я не могу уйти, я должна быть здесь, чтобы управлять воротами.

На лице Молли отражался страх.

— Мне от всего этого дурно. Никогда не чувствовала ничего подобного. Это зло в чистом виде.

— А я что тебе говорил? — вмешался Йенер. — Надо возвращаться домой. Да Сеолар придет в бешенство, если узнает, какой опасности ты здесь подвергаешься.

— Не уходи, — попросила Лорин. — Ты ведь моя сестра?

— Конечно.

— Ты и я… мы знаем. — Она помолчала. — У нас одно прошлое. И одно будущее.

Молли кивнула.

— Ты должна позаботиться о Джейке и обо мне. Ты должна забрать его на Землю прежде, чем начнется следующая беда. — Лорин указала на троих людей у парапета замка, а потом на группу лежащих без движения сентинелов. — Питеру и мне придется вытаскивать их оттуда и заняться предателями. Я не хочу, чтобы Джейк здесь оставался. — Лорин подхватила сына и сунула его в руки Молли. — Там, в палатке, готовые ворота. Возьми Джейка и пройди с ним на ту сторону. Жди меня там.

— И куда мы попадем?

— В мой дом в Кэт-Крике.

— Нет.

— Что ты имеешь в виду? Там, конечно, тоже свои проблемы, но все же безопаснее, чем здесь.

Молли неловко прижимала к себе Джейка, и было видно, что ей не приходилось держать на руках маленьких детей. В глазах ее разгорался ужас.

— Я не могу! Не могу вернуться на Землю. Я изменилась. Вейярская часть моего тела растворится, или… или еще что-нибудь произойдет, если я пройду сквозь ворота. Я должна остаться в Ории.

Лорин положила руку сестре на плечо.

— Ну, пожалуйста. Конечно, мы не знаем друг друга по-настоящему. Но Джейк — все, что у меня есть, а он не может здесь оставаться. Потом ты вернешься. Раз ты изменилась однажды, то изменишься снова. Но ты должна отправиться, и быстро. Обещай, что с Джейком ничего не случится.

— Все, чего я в жизни хотела, остается здесь, — прошептала Молли.

Лорин стиснула ладошку своего сына.

— А все, что у меня осталось, — здесь. Обещай мне! Пожалуйста! Если ты сейчас уйдешь, то сможешь вернуться, когда все кончится. Я смогу сотворить для тебя ворота в любое место. Защита вокруг Джейка и наших ворот слабеет с каждой минутой, а те люди на вершине замка уже убили многих сентинелов. Сейчас они собираются убить нас и всех, кто еще остался в живых, если только мы с Питером не придумаем, как их остановить. — Она впилась взглядом в глаза Молли: — Обещай!

Молли побледнела, закусила губу, но кивнула:

— Иди. Делай, что нужно. Со мной Джейк будет в безопасности. Клянусь.

Йенер, весь дрожа, стоял рядом.

— Води! Ты должна уйти. Тебе нельзя здесь оставаться. Нельзя забирать ребенка на Землю. Ты не можешь нас бросить. Ты нужна нам! Ты нужна вейярам больше, чем всем людям, вместе взятым! Ты — наша.

Но Молли прижала к губам палец и сказала:

— Лорин — моя сестра. Я всю жизнь хотела иметь родственников. Всю жизнь. Я обязана выполнить ее просьбу.

Лорин бросила жгучий взгляд на Йенера и отвернулась, обратившись к Питеру:

— Один из нас должен стрелять по предателям, а второй тем временем будет носить сентинелов и проталкивать их в ворота.

— Ты можешь застрелить человека? — спросил Питер.

— Эти штуки установлены на парализующий режим.

— Я знаю, но если он не подействует, сможешь застрелить кого-нибудь?

Миллионы людей дома, на Земле, уже погибли, а их убийцы стоят на парапете замка, угрожая ей, ее ребенку, ее будущему. Чтобы спастись или просто из прихоти предатели убьют Питера, сентинелов и ее.

Тут Лорин вспомнила предупреждение Эрика: если в нижнем мире использовать магию для убийства, то в верхнем могут возникнуть очень серьезные последствия. Если она переведет режим автомата на смертельное поражение, обитатели ее родного мира могут заплатить за это жизнями. Может, совсем чужие люди, а может, и близкие. Она посмотрела на Джейка, вцепившегося в Молли.

Любая магия, которой воспользуются для убийства предатели, будет иметь такой же эффект. Если они нападут на нее, на сентинелов или на Питера, то, чтобы остановить их, ей придется действовать быстро. Но она не станет убивать, разве что не будет другого выхода. Она просто не посмеет.

— Если придется, смогу, — наконец ответила Лорин. — Но пока пусть будет парализующий режим. Если не останется выбора, тогда… Но дома за это могут дорого заплатить.

— Легких ответов нет, — отозвался Питер. Он посмотрел через плечо, весь сжался от увиденного в круге сентинелов и быстро достал автомат. — Я буду отправлять сентинелов домой, — сказал он Лорин. — Надо идти. Прикрой меня. Сначала вытащу мертвых. Я выше и сильнее тебя, мне во сто раз легче переносить трупы, чем тебе. — Потом обернулся к Йенеру: — А если ты мне поможешь, то Молли вернется к вам намного раньше.

76
{"b":"133615","o":1}