ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Лиза закусила губу. Итак, Кэти тоже отметила, что в вещах кто-то копался. Да, но ведь это могла быть и Элайн. Она, например, вполне могла искать там пеленки Софи, баночки с детским питанием, упаковки крупы, тем более что аккуратностью она никогда не отличалась.

Пожалуй, пора перестать подозревать Грега во всех смертных грехах. Кэти явно к нему неравнодушна и…

— Лиза, ты ведь не делала этого… — произнесла та, расценивая молчание подруги как признание вины. — С Филиппом? Здесь, где я сейчас режу помидоры?!

— Нет, ничего я не делала! — визгливо отмахнулась Лиза. — Он не стал… Я имею в виду… Я не хотела, и он не стал бы в любом случае. Черт побери, ты вогнала меня в краску!

— Кто тут смущается? — спросил Филипп, неожиданно появившись в дверях автофургона.

— Я. Потому что забыла купить соль и перец, — поспешно ответила Лиза, искоса взглянув на Кэти и давая ей понять, чтобы та больше не поднимала эту тему.

— Ну, никто не станет ругать тебя за это, — успокоил ее Филипп. — Ты и так оказалась чудо как предусмотрительна. Невероятно аппетитные булочки! Я позову остальных.

— Чтоб мне провалиться! Ну вылитый Энид Блайтон из последнего триллера «Известная пятерка». Не хватает только имбирного пива и чтобы из-за скалы появился дядюшка Квентин.

Лиза рассмеялась, но тут же нахмурилась, увидев в окно, как Грег с негодованием стукнул кулаком по своему мобильному телефону. Боже, кому же так настойчиво он пытался дозвониться, находясь, можно сказать, в чистом поле? Может, жене, наличие которой он отрицает? «О Господи, пожалуйста, не надо, чтобы Кэти снова страдала!» — невольно помолилась про себя Лиза.

Кэти приподнялась и попыталась подняться, но оказалось, что ей мешают ноги Лизы. Она спросонья поморгала глазами, голова ее гудела от духоты и постоянного шума мотора. Осторожно подняв ноги Лизы, она села.

Элайн, свернувшись калачиком на противоположном сиденье и положив под голову диванную подушку, сладко спала. Софи мирно посапывала в своей коляске, стоявшей между стенкой и сиденьями. Филипп сидел за рулем, а Грег — рядом с ним, положив голову на дверную раму.

Было темно, правда, порой кое-где вспыхивали огоньки.

Машину вели по очереди: Кэти и Лиза — по шоссе, а мужчины — по узкой проселочной дороге.

Наклонившись вперед, Кэти умудрилась открыть дверцу маленького холодильника, отодвинув в сторону рюкзак Грега и кучу чемоданов Элайн. Затем вытащила две баночки кока-колы, открыла их и протянула каждому из мужчин. Взяв еще одну банку для себя, Кэти жадно прильнула к ней, а потом спросила Филиппа, где они находятся.

— Грег, ты знаешь, где мы находимся? — с беспокойством спросил Филипп.

Тернер посветил маленьким фонариком на карту, лежащую на коленях.

— Мы находимся там, где должны быть, — вот и все, что я могу сказать. Давайте остановимся около ближайшего объекта цивилизации и уточним.

— Здесь нет даже признаков цивилизации, — усталым голосом произнес Филипп. — Надо было ехать днем, а ночью остановиться в каком-нибудь отеле, как я и предлагал. Слишком много индейцев и ни одного вождя, — ехидно добавил он.

— Ладно, Филипп, мы все устали, а подобные реплики вряд ли помогут нам добраться до имения «Эсмеральда»! — отозвалась Кэти. — А вот и контролер

! Давайте остановимся и спросим дорогу у него! — с сарказмом добавила она.

— Совсем не смешно, — буркнул в ответ Мейнуоринг, уставившись в ветровое стекло. — Вокруг темно, хоть глаз выколи.

— Я просто пытаюсь вас рассмешить. Впрочем, с тем же успехом я могла бы попытаться переплыть Ла-Манш с привязанными к ногам свинцовыми гирями.

Филипп резко нажал на тормоза и сердито бросил:

— Ну хорошо, мисс Всезнайка! Садись за руль, если тебе больше нечем заняться, кроме как только действовать мне на нервы! — Он вылез из кабины и так сильно хлопнул дверцей, что Лиза и Элайн проснулись, а Софи испуганно заплакала.

— Темперамент, темперамент, — вздохнула Кэти, протискиваясь между коляской и стенкой, чтобы выбраться из машины через боковую дверцу.

— Что происходит? — сонно пробормотала Элайн. — Мы уже приехали?

— Ага, приехали, Элайн! — выкрикнула подруга, обходя машину сбоку.

Мейнуоринг, стоявший на дороге в свете фар автофургона, воскликнул:

— Может, ты наконец перестанешь всех подначивать? Мало тебе того, что мы находимся неизвестно где, кругом кромешная тьма и чертовская духота, так нам еще надо выслушивать твои дурацкие реплики?!

— Скажи спасибо за мои дурацкие реплики, брошенные как раз вовремя, Филипп Мейнуоринг, — усмехнулась Кэти, подбоченясь. — Если бы не я, то ты со своим дурным характером не нажал бы на тормоза и мы проскочили бы мимо.

— О чем ты? — взревел Филипп и так стремительно шагнул к Кэти, словно собирался вцепиться ей в горло.

— Открой глаза, Филипп! — кивнула девушка на обочину. Там, на оливковом дереве со стороны тропинки, виднелась деревянная табличка.

— «Finca Эсмеральда»! — фальцетом закричал Филипп, схватил Кэти за талию, закружил ее как сумасшедший и кружил до тех пор, пока она не взмолилась о пощаде.

— Прекрасно сработано, Кэти. — Грег подошел к девушке, обнял ее и нежно чмокнул в щеку.

Все тотчас забрались в автофургон, и Филипп подал машину назад, чтобы съехать на боковую дорогу, по сторонам которой росли оливковые и апельсиновые деревья. Настроение у всех было замечательное, и не важно, что теперь они тряслись по ухабам и бездорожью.

Наконец Филипп остановился перед имением «Эсмеральда», и царящая в автофургоне эйфория мгновенно прошла.

— Ты был прав, Грег, — пробормотал Филипп, уставившись на белое здание со ставнями на узких окнах. «Имение» скорее можно было принять за коровник, чем за виллу, куда они устремились с таким оптимизмом. — Я не буду выключать фары, по крайней мере разгрузимся при свете.

— О Господи, какой кошмар! — прослезилась Элайн, когда они вылезли из машины.

— Дом наверняка не так уж плох, как кажется. — Кэти обняла Элайн, стараясь ее приободрить. — Сейчас темно, и мы все устали, а при свете дня все покажется не таким уж страшным. Во всяком случае, здесь такой аромат — приятный и сладкий. Послушай, как стрекочет цикады. А кваканье лягушек свидетельствует о том, что поблизости есть водоем.

Кэти с тревогой взглянула на Грега, но тот только пожал плечами.

Элайн крепко прижала к груди хныкающую Софи и разочарованно уставилась на старое здание, вид которого не обещал никаких удобств. Бедный Филипп! Он, должно быть, страшно расстроен из-за того, что так всех подвел. Ах, как же ей не везет! После стольких часов, проведенных в этом автофургоне, Элайн ужасно устала, ощущала себя грязной и потной, волосы ее растрепались и выглядели просто отвратительно. Теперь ей не удастся предстать перед Маркусом в лучшем виде, во всяком случае, если придется жить в этом убогом местечке.

Неожиданно Элайн охватила паника. А что, если Филипп прав и у Маркуса появилась другая? А что, если он вообще не здесь? Ему ничто не мешает продать свой бар и переехать в другое место. Элайн закусила губу и еще крепче прижала к себе Софи, чтобы не разрыдаться у всех на глазах.

Приехать к своему любовнику и снова воскресить их страсть — эта мысль еще недавно согревала ей сердце, но сейчас она полностью лишилась надежды. Неужели придется вернуться в Англию с нереализованными мечтами, разбитым сердцем и в полном одиночестве? (Софи не в счет.) Уже одна эта мысль приводила ее в глубокое уныние, а ей, возможно, придется столкнуться именно с этим. Элайн совсем пала духом.

И в довершение всего она стала тревожиться за отца. Он, наверное, вернулся домой и обнаружил, что они с Софи исчезли, а перепуганная насмерть няня клянется, что ее вины здесь нет. И сейчас, должно быть, отец уже обратился в полицию или даже в Интерпол, поскольку наверняка догадался, куда отправилась его дочь. Поиски, конечно же, уже идут полным ходом. «О, Маркус, пожалуйста, будь здесь! — молилась про себя Элайн. — Спаси меня от отцовского гнева, заключи меня в свои объятия и люби меня вечно, потому что жизнь без тебя для меня невыносима!»

41
{"b":"133616","o":1}