ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Когда Воропаев, работавший в одном кабинете с ним, открыл новую пачку суточных отчётов по «лучистой руде» — урану, дверь медленно открылась, и показался Нежин — высокий шатен с густыми вьющимися волосами. Во всём его облике чувствовалось что-то утончённое, хрупкое, говорившее, что этот человек — кабинетный работник, никогда не знавший физического труда.

— Здравствуй! — коротко бросил он и, тряхнув красивой головой, сел за стол.

Воропаев украдкой взглянул на часы — было ровно двенадцать. Нежин провёл по лицу шёлковым надушенным платкам, ещё раз тряхнул головой и нехотя придвинул к себе счётную машину. Но как только листы сводок отчётов оказались на столе, как только длинные тонкие пальцы Нежина легли на клавиши счётной машины, он преобразился. Тёмно-зелёный счётный аппарат заходил под его руками, как ходит строгальный станок скоростного резанья. Нежин производил сложнейшие вычисления, делил, множил, вычитал. Его быстрые, как у пианиста-виртуоза, пальцы так и бегали по вогнутым клавишам машины. Готовые цифры Нежин немедленно перепечатывал с итогового окошка на бесшумной пишущей машинке. Вращающийся стул, который Вадим спроектировал сам, позволял ему, не вставая, переключаться с вычислительного аппарата на машинку и обратно.

Воропаев с гордостью следил за своим другом. Он все не мог привыкнуть к блестящему темпу его вычислений, к слаженности его ума и пальцев, к быстроте и точности его математического мышления. «Ты у меня Эвклид от статистики!» — порой говорил он Нежину в шутку, и польщённый Нежин скромно улыбался.

Главуран работал как обычно, словно в кабинете Ильина ничего не произошло.

4. Кабинет Язина

Чем быстрее росла добыча атомных руд в области, тем сложнее становилась работа майора Ганина. Он знал, что враг скрытно и неотступно следит за главком, стараясь проникнуть в него.

Несколько лет назад противник действовал грубо и злобно. Он взорвал паровой котел, отравил питьевую воду, подослал человека, который тайно фотографировал сотрудников. Но вот уже целый год группе охраны не удавалось обнаружить ничего, что говорило бы о действиях врага. Майор Ганин понимал, что противник, сменив руководителя, начал более осторожную тактику. «Может быть, человек от врага уже в Главуране?» — иногда задавал себе Ганин тягостный вопрос. И как раз случай с сейфом жестоко подтвердил справедливость его опасений.

Выйдя из кабинета Ильина, майор Ганин бросился в Управление госбезопасности. Генерал Долгов принял его немедленно. Пятиминутный доклад майора поднял на ноги все органы госбезопасности в области.

Возвращаясь из Управления, Ганин не переставал спрашивать себя: «Кто же враг?» Предатель мог быть только в штате пятого этажа, точнее, в спецгруппе: никто, кроме работников спецчасти и спецгруппы, не знал даже о существовании главного журнала.

Немедленно после доклада Ганина в Сером замке закипела слаженная и незримая работа. Была пущена в ход вся имевшаяся в распоряжении УГБ аппаратура для борьбы со шпионажем. Эксперты сфотографировали кабинет Ильина, в мельчайших деталях осмотрели и проверили каждый винт, державший стальные прутья на окнах, сняли отпечатки пальцев на столе, на ручках сейфа следы ног на полу. И всё же, просмотрев к 2 часам дня десятки следограмм, отчётов, фотографий, дактилоснимков и экспертвыводов, Ганин, сидя у себя в кабинете, произнес печальный приговор:

— Говорю прямо, Скопин. Устарели мы с тобой. Вот у нас документы, снимки, экспертиза, а дело ни с места. Откровенно говоря, ничем и не докажешь, что враг забирался в сейф. Пришла новая техника!

Скопин, просматривавший учебник о методах проникновения иностранной разведки в сейфы, в душе соглашался с майором. Время от времени он откладывал книгу и рассматривал блестевшие в лучах солнца влажные и ещё пахнувшие эфиром снимки. У обоих не было даже гипотезы о действиях врага.

Как разведчик пробрался в кабинет, не прикоснувшись к оконным решеткам?

Как открыл сейф?

Как сфотографировал журнал?

Всё это время Ганин сидел в нервном ожидании: с минуты на минуту должен был позвонить генерал Долгов. «Что решил генерал? Пригласить Язина или самим искать? — думал начальник охрангруппы. — А если Язин занят другим делом? Дорог каждый час: плёнка, на которую переснят журнал, может уже находиться в пути за границу».

Но только в семь часов вечера раздался долгожданный звонок.

— Ганин, — ответил майор, взяв трубку.

— Долгов, — послышался баритон генерала. — Язии прибыл в Ясногорск, Ростовская, 8. Надо съездить к нему. И сейчас же.

— Капитан, — Ганин обрадованно и лукаво взглянул на своего румяного коллегу, — нам с тобой сейчас ехать к Язину.

«Каждая минута, что кило урана», — думал Ганин, раздражаясь на чёрные треугольники по жёлтому полю, задерживавшие ход автомобиля. По раскрасневшемуся лицу Скопина было заметно, что он волнуется не меньше майора.

Скопина занимало, как выглядит знаменитый контрразведчик, — стар ли, молод ли? Беспокоил и служебный вопрос: успеет ли ответственный по наружному наблюдению Пегов собрать к вечеру общие выводы за последний квартал (группа Пегова оберегала специалистов Главурана от похищения). И, наконец, капитана Скопина интересовало странное опоздание на работу сотрудники спецгруппы Нежина, совпавшее с проникновением неизвестного в сейф.

Плавно затормозив, «Волга» доставила обоих контрразведчиков к двухэтажному белому зданию. Поднимаясь по широким ступеням, Ганин и Скопин тщетно старались скрыть друг от друга волнение. Сейчас они увидят начальника БОРа — Бюро особых расследований, люди которого работают только в особо важных случаях вражеского шпионажа. Ни Ганин, ни Скопин не встречались с легендарным Язиным, раскрывшим столько запутанных краж секретных чертежей, похищений старших офицеров Советской Армии, проникновений в военные лаборатории. «Анаконда», «Золотой крест», «Мурена» — были лишь наиболее интересными из его дел. И сейчас, идя по коридору, устланному зелёной дорожкой, Ганин и Скопин чувствовали почти юношескую робость.

— Кабинет № 16, — сообщил им невысокий бритый человек, как только они предъявили свои пропуска.

Перед шестнадцатым кабинетом была небольшая приёмная, вся обстановка которой состояла из дубовых стульев и крохотного диктофона.

— Проходите, пожалуйста, — раздался голос из аппарата, лишь только они закрыли за собой дверь.

Кабинет оказался большой светлой комнатой, похожей на лабораторию. На столах у окон тянулись микроскопы, гониометры, МИСы — микроскопы сравнительное исследования, центрифуги, МБСы. Вдоль стен стояли холодильники, термостаты, десятки строгих чёрных приборов, которые Ганин и Скопин не знали даже по литературе. В углу кабинета за тяжёлым столом сидел широкоплечий человек, с высоким лбом, на вид лет сорока.

— Садитесь, пожалуйста, — проговорил он голосом более усталым, чем строгим.

Язин не встал навстречу офицерам, не подал им руки. Вблизи было видно, что начальник БОРа сильно утомлён и бледен.

— Я получил телеграмму от генерала Долгова. Примерная обстановка мне известна, — голос Язина стал чист и энергичен. 

— Журнал, конечно, сфотографирован. Снимки могут уйти за кордон. Несколько вопросов, — и не дожидаясь согласия офицеров, восхищённо рассматривавших его, Язин спросил: — Кто ведает кадрами Главурана?

— Москва. Главное управление кадров министерства.

— Что вы думаете об Ильине?

— Крепость, недоступная врагу.

— Кто на подозрении?

— Работники спецгруппы по статистическому учету при начальнике глазка. Всего 14 человек. Группа находится на том же этаже, где стоит сейф. Только её люди знают о существовании главного журнала и месте его хранения.

— Кто убирает спецчасть?

— Селянин. Бывший гвардеец.

— Форма крыши Серого замка?

— Покатая, — ответил Ганин, удивляясь, откуда Язин знает местное название Главурана. — Без дымовых и водосточных труб.

3
{"b":"133630","o":1}