ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Коротышечка, сейчас мы припрыгнем в другое место, где я смогу подлечить тебя травами.

— А как же Элеана? Я пробовала несколько исцеляющих заклинаний, и все безрезультатно. Значит, не помогут и травы. — Риана покачала головой. — Нет, мы не должны покидать Аксис Тэр.

— Ты слишком устала, чтобы трезво оценивать ситуацию, — мягко сказала раппа. — Аксис Тэр очень опасен, а поскольку ты не в лучшей форме, то…

— Нет! — ответила Риана резче, чем ей самой хотелось. Наклонившись, она взяла Тигпен на руки. — Послушай, — уже мягче добавила она, — я решила спасти Элеану. Возможно, это и не лучшее решение, не спорю. Только мне кажется, сейчас я не должна покидать Аксис Тэр. Нужно следить за Курганом и при первой же возможности стащить яд-камень.

— Скорее всего на улицах полным-полно кхагггунов, которые нас разыскивают.

— Нет, если я хоть немного знаю регента. Уверена, он найдет другой способ отыскать нас, не привлекая к себе внимания.

— Почему ты так думаешь?

— Хагошрин оказался прав: регент любит Элеану. Его отец обожал кундалианок, а Курган сделает что угодно, чтобы не походить на отца. Поэтому правитель будет держать свою страсть в тайне.

Тигпен вздохнула.

Конечно же, Дар Сала-ат права. Но откуда взяться поддержке в этом треклятом городе? Затем она вспомнила Джуру — лооорм, которой они помогли во Дворце Правосудия. «Вся моя жизнь прошла на улице Изингласс», — именно так сказала лооорм.

Чувствуя, как дрожит Дар Сала-ат, Тигпен спрыгнула на землю. Риана тяжело прислонилась к грязной стене, поддерживая не приходящую в сознание Элеану. Побеги мелкоцветной розы, растущей на окне, спускались к самой голове молодой женщины.

— Прости, — шептала Риана. — Прости меня.

Тигпен понимала, что Риана не сможет добраться до северного квартала города, где улица Изингласс, извиваясь, поднимается вверх по склону. Это была неширокая улочка, на которой тени сплетались, словно многоножки на сэсаловом дереве. Наверное, там уже темно, и бродят множество лооорм и обедневших месагггунов.

Когда в Среднем дворце жили рамаханы, они создали волшебные поля, блокирующие Припрыжку в его непосредственной близости. Хотя в таком состоянии у них вообще вряд ли что-нибудь получится. К тому же за активностью силовых ручьев сейчас наверняка следят соромианты. Тем не менее Тигпен понимала, что попробовать стоит. Встав между Рианой и Элеаной, она стала читать заклинание и почувствовала пульсацию силового ручья, текущего глубоко под фундаментом города. Из-под земли, словно демон, поднялся сильный вихрь, и с огромным усилием Тигпен смогла припрыгнуть всех троих на улицу Изингласс.

К удивлению раппы, там все было как раньше: скользкий, грубо уложенный булыжник, дорога, змеящаяся вверх по крутому склону. Казалось, неухоженные фасады домов немного наклонены внутрь, поэтому даже безоблачным летним днем на улице царил сумрак.

Прикидываясь ручным зверьком Рианы, Тигпен привела девушек в таверну, где в самом конце зала нашелся свободный столик.

Риана с Элеаной на руках присела на мягкий стул. К ним тут же подошел хозяин таверны, месагггун с водянистыми глазами, вытянутым черепом, широкими плечами и сгорбленной спиной привыкшего к физическому труду в’орнна.

Когда он поинтересовался здоровьем Элеаны, Риана ответила, что ее сестра сильно больна. Месагггун принес воительнице чашку крепкого чая, не уставая нахваливать его тонизирующие свойства, порцию ба’ду для Рианы, а Тигпен — ничего. Хозяин попросил девушку следить, чтобы «зверюшка» не мешала посетителям, и сбросил раппу на пол.

Не успел он уйти, как Тигпен снова запрыгнула на стул.

— Спокойно пей свой ба’ду, коротышечка, — прошептала она. — Я постараюсь поскорее найти Джуру.

Тигпен бросилась вон из таверны. К счастью, она неплохо знала северный квартал Аксис Тэра, потому что до в’орнновского завоевания многие раппы жили здесь, прислуживая Матери и рамаханским конарам. В Среднем дворце им отвели несколько комнат, но им было намного уютнее в районе победнее, где они могли тешить себя иллюзией, что принадлежат сами себе.

«Вот тут-то и начались проблемы, — думала Тигпен, поднимаясь по крутой улице Изингласс. — Да, вероятно, все началось именно в Аксис Тэре». Возможно, во времена Миины раппы с конарами и были равными. А вот потом, так незаметно, что не заподозрили даже самые проницательные раппы, отношения стали изменяться. Так когда же рамаханы и даже Матерь стали считать рапп слугами, низшей кастой? Естественно, монахини стали бы все отрицать, однако не видеть очевидного бесполезно. Если бы рапп не считали низшей кастой, разве смогли бы рамаханы легко обвинить их в смерти Матери?!

Так в монастырях зародилась кастовая система, никем официально не признанная, а по сути, такая же жесткая, строгая и уродливая, как и кастовая система в’орннов. Ведь само деление на касты порождает поляризацию. Кто-то начинает полагать: «Я лучше, все могу и хочу еще», а кто-то: «Я хуже всех, никуда не гожусь и ничего не хочу».

Гниль начала незаметно подтачивать систему. Всем известно то, что никто в Космосе не чувствует гниль так хорошо, как демоны. Они слетаются на нее словно мухи на мед. Итак, они быстро почувствовали, что среди рамахан началось брожение, и стали ускорять процесс всеми возможными способами.

Обуреваемая мрачными мыслями раппа бежала по грязной бедной улице. «Да, отчаяние ничем не скроешь, а бедность — тем более».

Тигпен очень повезло, что стоял вечер и лооорм уже выбрались из своих убежищ и, словно летучие мыши, разлетелись по улице в поисках клиентов.

Джура как раз выходила из подъезда грязного дома на вершине холма. Вид у нее был нерешительный. Когда Тигпен подошла ближе, лооорм так и застыла на месте. Несколько секунд она тупо смотрела на раппу, а потом на ее лисьем личике мелькнула улыбка. Лооорм нагнулась к Тигпен.

— Ну и что ты здесь делаешь? — спросила Джура скорее саму себя.

— Джура, нам нужна помощь!

Глаза лооорм стали совсем’ круглыми от удивления.

— Что?!

— Говорю же, нам нужна помощь.

— Ты умеешь разговаривать?!

— Да, да, я умею разговаривать, — нетерпеливо сказала Тигпен. — Произошел несчастный случай!

— Что такое? — нахмурившись, спросила Джура.

— Элеана ранена, Риана — тоже.

Джура, присев на корточки, изумленно смотрела на раппу.

— Так ты поможешь нам, Джура?

— Я шла на работу.

— Риане нужна твоя помощь, нам всем нужна.

— Я много думала над тем, что сказала Риана. Кажется, мне пора сменить занятие. Но как я смогу зарабатывать? Кажется, я только и умею, что соблазнять мужчин.

— Джура!

Наконец лооорм расслышала в голосе раппы настойчивость.

— Где они? — спросила она, вставая. — Где Риана?

— В таверне у подножия холма.

— Отведи меня туда!

Издали слышался колокольный звон. Эхом разносясь по белокаменным коридорам и садам Плывущей Белизны, он призывал к молитве. В этом звуке было что-то родное, и слезы навернулись на глаза конары Инггрес.

Глаза! Они не слиплись, как у Перрнодт. Открыв их, Инггрес увидела прямо перед собой красивое мужественное лицо Наватира. Она попыталась заговорить, однако язык стал тяжелым и не слушался.

— Молчи, — шепнул Наватир. — Ты в Плывущей Белизне. Все в порядке.

Внезапно, словно вернувшись из царства снов, конара Инггрес поняла, что лежит, закутанная в накидку Наватира, на его сильных руках. Она чувствовала запах его тела — смесь мускуса и специй — и несколько секунд жадно вдыхала этот упоительный аромат. Голова конары покоилась на сгибе его руки, и она повернулась, чтобы потереться щекой о руку Наватира. Она лежала, наслаждаясь спокойствием и теплом. Накидка и тепло тела Реккка были как бальзам, быстро залечивавший раны, нанесенные щупальцами. Вспомнив Перрнодт, ослепленную, со склеенными глазами, Инггрес содрогнулась.

— Все в порядке, — шептал Наватир. — Ты дома, в безопасности.

По монастырю, побеждая неуверенность и тьму, разносилась молитва рамахан, радостная песнь, превозносящая свет Миины. Конара Инггрес закрыла глаза, позволяя Наватиру качать себя, будто маленькую девочку. В голове не было ни единой мысли, а тело безостановочно дрожало, словно она перенесла тяжелую болезнь.

67
{"b":"133671","o":1}