ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

XVI

Одной из важнейших задач своего президентства еще до прихода к власти Глендейл провозгласил борьбу с коррупцией и злоупотреблениями в распределении продовольствия и воды. Как в 20-м и отчасти в 21-м веках в мире шла борьба за обладание нефтью; так в 22-м, веке почти постоянных природных катаклизмов, борьба шла за обладание землями, пригодными для агропроизводства, и водными ресурсами. Любая страна, у которой сохранились более-менее значительные площади пригодной для агропроизводства земли; и способная обеспечивать продовольствием не только себя, уже пыталась диктовать свои условия. Между мелкими странами стали нередки войны за обладание землями, пригодными для возделывания, а также из-за воды. Крупные страны (в особенности, ядерные державы) воздерживались от войн, понимая, что такая война может поставить точку в их истории. Рынок продовольствия стал вторым по объемам прибылей в мире после рынка энергоресурсов. Само же продовольствие стало предметом всевозможных спекуляций и махинаций в той или иной степени во всем мире. Не обошла эта напасть и Америку. Особенно велика была доля махинаций с распределением продовольствия в "шантитаунах". С самого начала там заниматься этим стали криминальные группировки, которые только и держали как-то в повиновении весь тамошний разномастный сброд. Сразу вскоре после образования "шантитаунов" волна насилия и преступлений оттуда стала распространяться и на более благополучные и даже респектабельные районы городов. Полиция оказалась не в силах обуздать это, и пришлось прибегнуть к помощи армии и национальной гвардии. Но после того, как в нескольких стычках солдатами были убиты лидеры двух криминальных группировок национального масштаба, по стране прокатилась волна беспорядков. Особенно кровопролитными и жестокими они были в Чикаго и Филадельфии. Разразились настоящие уличные бои, грозившие перекинуться на благополучные кварталы. Властям пришлось ввести в города войска, блокировать мятежные районы и жестоко подавить беспорядки. Понимая, что одними только драконовскими мерами проблему не решить, власти решили пойти на компромисс с мафией. В августе 2107 года в Чикаго состоялась секретная встреча представителя президента по национальной безопасности с главарями самых крупных группировок. Осознавая, что криминал имеет самую широкую подпитку и поддержку в трущобах, власть пообещала не трогать мафию; потребовав взамен установить контроль над "шантитаунами", разграничив с криминалом сферы влияния. Сочтя такой вариант лучше войны на уничтожение, мафия приняла условия власти. После "Большого Чикагского сходняка", как его окрестили сами воры в законе, относительный порядок в "шантитаунах" был установлен, и власть вздохнула спокойнее. Криминальные группировки действительно установили в них "контролируемый беспредел", как его окрестили журналисты. Жизнь там текла по своим, полукриминальным (а то и вовсе откровенно криминальным) законам; но главные мафиози сдерживали ярость масс, давая всем отщипнуть немного от большого пирога дотаций, поставляемых властью. Сами же лидеры криминала уже давно переселились из трущоб в дорогие дома в престижных районах и стали респектабельными людьми. Во время своей предвыборной кампании Глендейл тоже встречался с верхушкой мафии, заводя полезные связи с теми, кто имел реальный вес в преступном мире. Он попросил у них финансовую поддержку и содействие в предвыборной агитации в "шантитаунах". Взамен пообещал ключевые "серые" посты в своем правительстве, налоговые льготы для их легального бизнеса и легализацию нелегального. А самое главное — пообещал отдать им на откуп все поставки продовольствия в "шантитауны", не забыв при этом и себя. А это был такой лакомый кусок, от которого мафия отказаться не могла.

XVII

Дежурный наблюдатель смены на башне наблюдения Звездного не заметил вспышку взрыва, уничтожившего Фаэтон. Его внимание было целиком захвачено вспышкой Таниной сигнальной ракеты. Они уже долго ждали ее, эту ракету. Когда пять часов назад им поступило сообщение о пропавшем вездеходе, с которым не было радиосвязи, они поняли, что надеяться теперь можно было только на сигнальные ракеты. Как назло, тут же поднялась сильнейшая буря, снизившая видимость до трех-пяти метров. Оставалось только ждать, когда она кончится; и уповать, что те двое на вездеходе догадаются пострелять ракетами после бури. К моменту получения сообщения о вездеходе он был в пути уже больше часа, и должен был быть где-то в радиусе 15 км от поселка. С такого расстояния ракету уже было видно с башни наблюдения. Если, конечно, у водителя хватило ума остановиться, и не ехать дальше во время бури. Иначе он мог, заблудившись, заехать бог знает куда, и уже никакие ракеты им не помогут. Тем более, что дорога с рудника Титаниум-Крик, откуда ехал вездеход, петляла и разветвлялась в ложбине между невысоких холмов, преграждавших видимость и оптическим приборам, и радару на крыше башни. Заметив пуск ракеты, старший смены нажал кнопку отстрела серии сигнальных ракет с пусковой установки на крыше. Установка стреляла мощными осветительными ракетами, взлетающими на 600 м и заливающими светом большую площадь вокруг, по ракете каждые три минуты. Тут же он доложил о замеченном пуске ракеты и о направлении на него диспетчеру поисково-спасательной службы. Диспетчер дал указание дежурному расчету ПСС занять места в вездеходах и ждать. Дежурная смена из шести человек (трое спасателей, включая водителя, и трое парамедиков) помчалась в ангар к спасательному вездеходу. Он был несколько больше обычного грузового, оснащен пассажирским отсеком с реанимационной станцией и набором первой помощи, и манипулятором на поворотной платформе на корме вездехода. Манипулятор выполнял целый ряд функций с различными насадками: от крана и лебедки до мощных гидравлических ножниц, режущих металл обшивки кабин. Чтобы управлять всей этой машинерией, вездеход был оснащен двойным комплектом батарей с повышенной емкостью. Наблюдатели на башне решили подождать вторую ракету, чтобы дать спасателям более точное указание направления. Вторая ракета не заставила долго себя ждать, и они засекли точное направление на место пуска.

— Башня-командиру расчета спасателей: ракета замечена в районе Сноу Хиллз, приблизительно в 10–12 километрах от поселка, по азимуту 96 градусов! — дал указание наблюдатель. Сноу Хиллз (Снежные Холмы) были грядой невысоких холмов на востоке от поселка, а названы они были так потому, что зимними ночами на них часто выпадал иней, и издалека они были похожи на заснеженные. Снег же на Марсе иногда шел зимой, но испарялся еще в атмосфере, не успев достичь поверхности.

— Башня, вас понял! Выезжаем немедленно! — ответил командир расчета спасателей. Вездеход въехал в шлюзовую камеру ангара. Мощные насосы быстро откачали воздух, открылись ворота, и вездеход, включив фары и прожектор на крыше, ринулся в долину, по петляющей между холмов дороге; пыля, как отряд средневековой конницы в атаке.

От холода Таню уже колотило так, что зуб на зуб не попадал. Пальцы не слушались, и она с трудом зарядила третью ракету в ракетницу. Зарядив же ее, она так и не смогла нажать спуск, пальцы были как не ее. Тут она заметила, помимо периодически отстреливаемых где то за грядой невысоких холмов осветительных ракет, еще и пуск зеленой и желтой сигнальной ракеты. По международному цветовому коду у спасателей это означало: "Пуск вашей ракеты замечен, оставайтесь на месте!". Нужда в пуске третьей ракеты отпала, и Таня немного успокоилась. Теперь надо было срочно спасать пальцы, не то вполне реально было их отморозить. "Грелка" уже давно не работала, и ничего лучшего, чем колотить кистями рук по бедрам, приплясывая на месте, ей не пришло в голову. Хорошо было бы пробежаться, но она была измождена от усталости, да и шланг с баллоном сковывали движения. Постепенно от движений и поколачиваний кровообращение стало восстанавливаться и руки согреваться. Но стало трудно дышать, и Таня не могла понять, почему. Она не так давно сменила баллон, заметив время; и запаса воздуха должно было хватить еще как минимум на пару часов. Но дышать почему-то стало так трудно, как будто воздух весь вышел, и она дышала только тем, что оставалось в гермокостюме. Это было тем более странно, что стрелка на редукторе баллона показывала нормальное рабочее давление. Таня не знала, что этим она была обязана оплошности оператора аппарата зарядки воздушных баллонов, как эта должность называлась официально; или "продавца воздуха", как его прозвали остряки. Воздух (как для заправки баллонов, так и частично для дыхания всего поселения) отбирался под куполом теплицы, где концентрация кислорода, выработанного растениями, была максимальной. Зачастую, особенно если воздух отбирался сразу после полива растений, его влажность была высокой, иногда до 90 %. Дальше воздух поступал в лабораторию на анализ состава и влажности, после чего (в зависимости от результатов) его состав и влажность доводились до оптимального. Влажность воздуха для заправки баллонов не должна была превышать 30 %, особенно если баллон предполагалось использовать снаружи, при отрицательной температуре. Иначе влага начинала намерзать изнутри на стенках тонких трубок редуктора при достижении давления, близкого к земному атмосферному. Со временем этот лед мог совсем закупорить тонкие трубки, и тогда доступ воздуха прекращался. На этот случай предусмотрительные водители вездеходов держали в ящике в кабине запасной редуктор, но Алекс был не из таких. Да и Таня не знала таких тонкостей, и вряд ли догадалась бы заменить редуктор, даже если бы запасной имелся. Фильтры регенерации в Танином гермокостюме уже были перенасыщены углекислотой, и плохо справлялись со своей задачей. Сознание Тани временами начинало мутнеть, она усилием воли заставляла себя соображать. В общем, из-за оплошности "продавца воздуха", не проверившего его влажность; и из-за бесшабашности Алекса перед Таней встала реальная перспектива задохнуться еще до того, как замерзнуть, хоть помощь уже была близко. Решив снова заменить баллон, Таня побрела было к вездеходу, шатаясь и едва волоча ноги. Но уровень углекислого газа уже приблизился к отметке, при которой наступает потеря сознания, и она рухнула навзничь метрах в пяти от вездехода.

14
{"b":"133672","o":1}