ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Рон спокойно жил у Жозе вот уже четвертый день. Он решил по горячим следам написать статью, разоблачающую и испепеляющую Глендейла. Он питал отвращение к этому скользкому хлыщу, неведомо как запудрившему мозги большинству соотечественников. Еще во время предвыборных дебатов из уст его главных оппонентов то и дело доносились серьезные обвинения в его адрес. Но достоверных улик не было, и он каждый раз выходил сухим. Дешевым популизмом он смог склонить большинство избирателей на свою сторону, и вот теперь они расплачивались за свой опрометчивый выбор. Настала пора свалить этого ублюдка, а то и отправить за решетку, и Рон решил внести свою лепту в это дело. Он давно не писал так легко и абсолютную правду. Слова сами собой ложились в строчки, каждым предложением он как будто вколачивал гвоздь в политический гроб Глендейла. Языки у братьев Манзанино тогда развязались очень хорошо, и у него была тонна компромата; да такого, от которого Глендейл уже никак не "отмажется". Но надо было поторапливаться: он писал статью уже третий день, и едва переварил половину имеющегося материала. А вчера у него вдруг появилось ощущение слежки за ним. Как он ни старался, он не смог заметить явных ее признаков. Может, он стал чересчур мнительным в связи с событиями последней недели; и воспринимал предвзято любой взгляд, случайно задержавшийся на нем? Но интуиция подсказывала, что кто-то его "подпасывает". Это тоже было стимулом работать быстрее; и, придя из супермаркета, он сел за работу с удвоенным рвением. Теперь он уже переписывал набело наброски статьи, сделанные раньше, поэтому дело пошло гораздо быстрее. Около часа дня зазвонил видеофон. Рон глянул на определитель номера, оказалось, звонили снизу со входа. Поколебавшись, Рон поднял трубку. На экране было видно лобби внизу, перед входом. Рон увидел двоих в рабочих комбинезонах, с ящиками для инструментов на тележке. Один из них, повыше, что-то сказал по-португальски. Рон разобрал только имя и фамилию Жозе. В ответ Рон сказал, что он не Жозе, и что не говорит по-португальски. Тогда долговязый на ломаном английском сказал, что они техники из компании, обслуживающей систему кондиционирования в этом здании, и что им нужно починить систему. Для этого им нужно осмотреть кондиционер в каждой квартире, чтобы найти место неисправности. И не мог бы сеньор пустить их в квартиру, это займет не более десяти минут. Кондиционер и в самом деле работал плохо, почти не охлаждая квартиру, а жара стояла невыносимая. Рон поколебался еще немного, но потом все-таки нажал "девятку" на телефоне, открывая им дверь в холл внизу. На мониторе он видел, как эти двое вошли в холл, и пошли к лифтам. Через минуты три в дверь постучали. Рон глянул в глазок, перед дверью стояли те самые двое, которым он открыл дверь внизу. Рон открыл дверь квартиры и впустил их. На ломаном английском один из них, повыше и смуглый, спросил его, где в квартире кондиционер. Рон сказал, что в гостиной, и знаком показал им следовать за ними. Зайдя в гостиную, он показал на угол возле балконной двери, где в стене была панель кондиционера. Только он открыл рот, собираясь объяснить им, что кондиционер почти не охлаждает, как почувствовал удар чем-то тяжелым по затылку. Все поплыло перед глазами, и, потеряв сознание, он рухнул на пол.

Когда Рон пришел в себя, он обнаружил себя сидящим на стуле, с привязанными к стулу руками и ногами. Обведя все еще затуманенным взглядом комнату, он увидел этих двоих… техников, роющихся в его записях на столе, и в вещах в его чемодане. Один из них, тот, что разговаривал с Роном, заметил, что он очнулся, и сказал на чистом американском английском:

— О, наш писатель очухался! Что, писатель, башка трещит?

— Трещит! — ответил Рон. — Кто вы такие, и что вам надо?

— Кто мы такие, тебе знать не обязательно! А надо нам… полное собрание сказок братьев Манзанино. И твои к ним пояснения. Ты ведь успел уже придать им литературный вид, не так ли? Отдашь все и будешь держать язык за зубами — будешь жить! А нет — ну, надеюсь, тебе не надо объяснять, что тогда с тобой будет?! Помнишь Саймона Родригеса? Пришлось нам с ним тогда повозиться! В конце концов все рассказал и отдал, гаденыш!

Лет пять тому назад журналист "Чикаго трибьюн" Саймон Родригес "нарыл" серьезный материал на сенатора от штата Мичиган Джека Болтона. Болтона подозревали в связях с мафией, незаконно перераспределяющей государственную помощь нищим в трущобах Чикаго, и в нескольких других коррупционных скандалах. Но прямых улик не было, и ему удавалось избежать наказания. Родригес тогда очень сильно побеспокоил Болтона, и тот через Глендейла попросил Мортимера "повлиять" на журналиста. Псы Мортимера тогда так отделали Родригеса, что тот через неделю скончался от почечной недостаточности. Так значит этот садюга избивал Родригеса! Смуглый подошел к Рону, сел на стул напротив него, и, омерзительно осклабившись, спросил:

— Ну, давай, рассказывай, кому ты успел натрепаться про россказни Манзанино и где компромат? Во всех видах: бумажном, электронном. И учти, будешь врать — только наживешь себе проблем, и нас заставишь поработать над твоим воспитанием!

— Все бумаги — на столе; все, что успел написать — в компьютере. Копию сбросил на флэшку, она торчит в компьютере сбоку. — ответил Рон, отметив про себя, насколько гадкая улыбочка у этого латиноса. Тот в это время поднялся, и повернулся было уходить, но вдруг развернулся и резко ударил Рона кулаком в солнечное сплетение. Рон задохнулся от боли, и попытался согнуться, но привязанные к спинке стула предплечья не особенно позволили это сделать.

— Зря ты так рано, он ведь не артачится вроде! — с легким укором заметил второй, пониже и белобрысый.

— Ничего, чтоб знал свое место и с кем имеет дело, сволочь! — обиженным тоном, как будто это ему врезали в живот, ответил смуглый.

"Как эти скоты так быстро вышли на меня?" — подумал Рон. — "Даже если они потрясли Мадлен… я не говорил ей, куда именно в Бразилии я еду." Потом его осенила догадка, что, видимо, они проследили его журналистские связи, и вынюхали, что он дружит и работал с Жозе. Ну, а выяснить адрес Жозе им большого труда не представляло. "Осел, как же я не предвидел это раньше!" — подумал Рон. Спазм после удара почти прошел, он выпрямился и задышал ровнее. Эти двое собрали все его бумаги, сложив их в пустой ящик из-под инструментов. Белобрысый сел за лаптоп Рона проверять содержимое флэшки. Смуглый подошел к Рону, сверля его ненавидящим взглядом, и сквозь зубы спросил:

— Где еще ты сохранил этот файл?

— Больше нигде, только в компьютере и на флэшке! — ответил Рон.

— Врешь, мразь! — прошипел смуглый, и резким точным движением левой дал Рону в правый глаз. Удар был настолько силен, что Рон опрокинулся вместе со стулом назад. Его голова оказалась сантиметрах в пяти от острого выступа массивной металлической статуэтки. Слегка влево, и этот выступ пробил бы ему череп.

— Ты полегче, полегче! — недовольно пробурчал белобрысый. — Не хватало еще, чтобы он окочурился от наших рук! Хватит кулаки чесать, слышишь?!

— Да все, все, успокойся! — в замешательстве ответил ему смуглый. Он поднял Рона с пола, и, глянув на его глаз, озабоченно отметил:

— Э-ээ, да у тебя сейчас синяк будет! Здорово я тебя приложил! Ну, сейчас мы тебя полечим малость! — Смуглый пошел на кухню, и стал хлопать там дверцами шкафов и греметь посудой. Белобрысый закончил читать статью на лаптопе, сохранил ее, сбросил еще и на свою флэшку, и спрятал обе флэшки в карман. Смуглый в это время вернулся из кухни с пакетом льда в миске.

— А это зачем? — спросил его белобрысый.

— К глазу ему приложить, а то заплывет совсем! — ответил смуглый.

— Надо бы квартиру обшарить, может, он еще где-то флэшку или бумаги спрятал?! — высказал предположение белобрысый. — Кто ему лед держать будет?! У нас и так времени в обрез!

Смуглый озадаченно посмотрел на Рона, потом его осенила какая-то идея. Он подвинул Рона правым боком к столу, поставил на край стола миску со льдом, и довольно участливо сказал ему:

24
{"b":"133672","o":1}