ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

VIII

— Объект, как вам всем, дорогие коллеги, известно, прошел точку возврата месяц назад, и движется сейчас во внутреннюю часть Солнечной системы. По расчетам ученых из NASA, Европейского космического агентства и Российской Академии наук, он, возможно, столкнется с Землей через полгода. Вероятность столкновения, по разным оценкам, от 30 до 50 процентов. Точнее пока сказать нельзя, потому что объект еще достаточно далеко, а радиомаяк, установленный на нем, не работает! — так начал свой доклад Свен Йоргенсон, астрофизик из Стокгольмского университета. Конференция ученых, призванная выработать рекомендации главам правительств по поводу избежания апокалипсиса, работала уже третий день, но к единому мнению участники так и не пришли. Предметом их споров был астероид Фаэтон, или, как он назывался по-научному, астероид 2087 MN 24. Небольшой относительно астероид, типа LL-chondrites (древние каменные астероиды с низким содержанием железа), всего 4,5 км в длину, он впервые заявил о себе 17 лет назад. Тогда он прошел на расстоянии в 27 тыс. км от Земли, ближе, чем орбиты многих геостационарных спутников. Попав в так называемую "гравитационную замочную скважину" — узкую область на орбите Земли, где ее гравитация притягивает космические объекты, он изменил свою траекторию. Вместо того, чтобы вылететь из Солнечной системы, он оказался втянутым в нее. Пройдя на своем пути мимо Солнца, которое еще больше отклонило его внутрь Солнечной системы, он оказался на траектории столкновения с Землей. Еще в 2093-м году, когда он пролетал мимо Земли, на его поверхность специальным зондом был доставлен радиомаяк, по сигналу которого ученые могли отслеживать его траекторию с высокой точностью. Но на пролете мимо Солнца радиомаяк отказал, и теперь даже самые точные оптические и радиотелескопы не могли с достаточной точностью предсказать его траекторию. По первоначальным данным вероятность его столкновения получалась от 30 до 50 %, что уже было серьезным поводом для беспокойства. При массе около 450 млн. тонн энергия взрыва при столкновении была бы эквивалентна взрыву водородной бомбы мощностью 15000 мегатонн (для сравнения, самая мощная бомба, взорванная на Земле, была 50 мегатонн). Территория, равная по площади Европе, будет превращена в пустыню. По всей планете прокатятся волны разрушительных землетрясений, провоцирующие гигантские цунами в прибрежных районах. В атмосферу будет поднято гигантское количество пепла и пыли, способное на несколько лет закрыть доступ солнечному теплу на поверхность. На Земле наступит ядерная зима, и все живое, уцелевшее после взрыва, вымрет от холода. Для точного определения траектории астероида необходимо было снова доставить радиомаяк на него. Тогда станет окончательно ясно, стоит ли что-то предпринимать, или можно спокойно полюбоваться красочным зрелищем пролета астероида мимо. В этом мнении сходились все участники конференции. В чем между ними не было единства, так это в том, что надо делать, если Фаэтон все-таки окажется на курсе столкновения. Одни предлагали послать к нему большой корабль-буксир с огромным запасом химического топлива. Предполагалось посадить корабль на астероид, включить все двигатели, и их суммарной тягой столкнуть астероид с курса. Но при более тщательном рассмотрении выяснилось несколько изъянов этого плана. Во-первых, готового такого огромного буксира-танкера не было, на его разработку и постройку уйдет минимум год, даже учитывая опыт создания больших межпланетных челноков. Во-вторых, даже если бы он уже имелся в наличии, полет к астероиду даже на самых скоростных ионных двигателях займет около трех месяцев. В случае неудачи оставшихся трех месяцев на вторую попытку уже не хватит. В-третьих, астероид был продолговатый и неправильной формы, да еще и вращался вокруг своего центра масс, так что этот самый буксир нужно было посадить очень близко к его центру масс. Иначе буксир после включения двигателей вместо того, чтобы столкнуть астероид с курса, мог просто ускорить (или наоборот, замедлить) его вращение без изменения траектории. А чтобы посадить буксир в центр, он должен быть пилотируемым, в автоматическом режиме это практически невозможно. Очень непросто это и в пилотируемом режиме. Вернуться обратно экипажу уже будет не на чем, так что это была бы миссия камикадзе. Попутно, в ходе обсуждения проекта с руководителями всех крупных национальных космических агентств выяснилось, что ни одно из них на данный момент не обладает свободным небольшим межпланетным зондом, способным на большой скорости доставить радиомаяк на астероид. На постройку и подготовку его ушло бы месяца полтора драгоценного времени. Посылать же для этого один из четырех левиафанов-межпланетных челноков, курсировавших между Землей и Марсом было бы крайне неэкономно и сорвало бы график доставки людей и грузов. Поэтому решили обойтись гораздо более дешевым, но не менее эффективным вариантом, описанным ниже.

Другим, и пока единственным реальным планом было следующее: сначала межпланетным челноком на орбитальную станцию, уже восьмой десяток лет висящую на марсианской орбите, доставить несколько сравнительно небольших межконтинентальных баллистических ракет с ядерными зарядами. Фаэтон на своем пути к Земле догонял и Землю, и Марс, двигаясь вчетверо быстрее Земли. Когда астероид сблизится с Марсом, Земля будет от него на расстоянии около 60 млн. км, поэтому имело смысл управлять всем с марсианской орбитальной станции. При сближении Фаэтона с Марсом (а он должен был пройти в 40 тыс. км от планеты, по расчетам ученых), определив с большой точностью с помощью орбитального телескопа траекторию астероида, с орбитальной станции предполагалось запустить ракету с ядерными боеголовками; взрыв одной из них должен расколоть астероид на мелкие осколки, не представляющие серьезной опасности даже в случае столкновения с Землей. В случае, если один заряд расколет астероид на крупные куски, было еще не поздно повторить попытки до достижения желаемого результата. Все главные компоненты этого плана уже имелись в наличии; управлять полетом ракеты к астероиду можно было со станции, в непосредственной близости к астероиду, а не с Земли, как это было бы в первом сценарии. План был предложен российскими астрофизиками и ядерщиками, у которых был большой опыт подземных взрывов ядерных зарядов. Самой большой сложностью в этом плане было точное определение траектории астероида. Из-за довольно большого расстояния был большой шанс промахнуться, а подрыв заряда не на самом астероиде, а даже поблизости от него мог не дать желаемого результата. Ведь в космосе нет воздуха, поэтому не будет и мощной ударной волны от взрыва, способной разрушить, или хотя бы столкнуть астероид со своей орбиты. Поэтому отслеживать его траекторию предполагалось с двух точек: с орбитального телескопа, висящего на высокой стационарной околомарсианской орбите; и с самой орбитальной станции. Этот способ позволил бы свести погрешность определения координат до минимума, а точное наведение ракеты осуществить на последнем участке траектории, при подлете к астероиду.

Единодушно проголосовав за второй план, члены комиссии принялись обрисовывать его в терминах, понятных простым смертным; и готовить обращения к главам государств и правительств ведущих стран мира, способных осуществить этот план. Действовать надо было безотлагательно, так как времени оставалось очень мало, а сделать надо было очень много. В последние лет двадцать все страны, участвующие в совместных космических программах, стали прижимисты на траты. Собственных внутренних проблем было предостаточно, и они требовали значительных затрат. Так что на какое-то время все урезали финансирование космических программ, забыв пророчества многих ученых о том, что будущее человечества на других планетах. Особенно сильны такие настроения были в Америке, когда-то инициаторе и спонсоре основных космических программ. Партия Стива Глендейла немало преуспела в распространении таких настроений в Америке. Поэтому у организаторов проекта по спасению Земли, так и названного "Фаэтоном", были серьезные опасения по поводу участия Америки в нем. Оставалось только надеяться на благоразумие её государственных мужей; и на то, что Глендейл не победит на президентских выборах, которые предстояли через полтора месяца. Но совсем неожиданно удар, чуть не ставший для проекта смертельным, пришел не от Глендейла. Несколько американских ученых из Лаборатории реактивного движения NASA просчитали траекторию Фаэтона, основываясь на последних сигналах радиомаяка на астероиде, полученных незадолго до его отказа. По их расчетам получалось, что Фаэтон должен был пройти участок траектории от Марса до Земли ближе к орбите Венеры, т. е. дальше от Земли на 15–20 тыс. км. Выходило, что вероятность столкновения Фаэтона с Землей была не выше 5 %, что, по их мнению, давало повод не беспокоиться и ничего не предпринимать. Глендейл подхватил эти выводы, и включил их в свою предвыборную риторику. Это возымело действие на избирателей, особенно на ту беднейшую часть населения, среди которой Глендейл пользовался широкой поддержкой. Демократы, находившиеся пока у власти, не могли игнорировать мнение большой части избирателей, хоть и придерживались более взвешенной позиции в этом вопросе. Да и в среде специалистов-астрофизиков под влиянием этих выводов стало укореняться мнение, что опасность столкновения очень мала, и можно расслабиться. Но в Германии нашелся один школьник, всерьез интересующийся астрофизикой. У него не было суперкомпьютера NASA, но он высмотрел в выводах ученых один просчет. Дело в том, что на 2111 год (год потенциального столкновения Фаэтона с Землей) приходилось великое противостояние Марса с Юпитером. Это такое положение обеих планет, когда они выстраиваются на одной прямой с Солнцем, и расстояние между ними минимальное. Юпитер — самая большая планета Солнечной системы, его масса в 300 раз больше массы Земли и в 2 раза больше массы всех остальных планет; и он оказывает гигантское воздействие на все объекты Солнечной системы своим мощнейшим гравитационным полем. Особенно сильно это воздействие в противостоянии объекта с планетой-гигантом. По выкладкам школьника выходило, что во время пролета Фаэтона мимо Марса астероид будет испытывать на себе гигантское притяжение Юпитера; и оно может отклонить его траекторию так, что он столкнется с Землей. Ученые мужи из NASA пренебрегли влиянием Юпитера ввиду ничтожно малой массы астероида. Но даже на такую пылинку в бескрайних просторах космоса, как Фаэтон, такой гигант, как Юпитер, оказывает достаточное влияние. По расчетам школьника (достаточно приблизительным, но основанным на данных NASA) вероятность столкновения была не менее 60 %. Школьник вывесил свои выкладки и расчеты в интернете, на портале астрономов-любителей. Многие профессиональные астрономы часто заходили на этот сайт, и, прочитав доводы парнишки, сочли их весьма убедительными. В рядах научного сообщества эти доводы стали одной из самых обсуждаемых тем. Но тут публично возмутились астрофизики NASA, выводы которых этот школьник оспаривал. Как, какой-то мальчишка-дилетант подвергает сомнению расчеты профессионалов, отдавших всю свою сознательную жизнь астрофизике?! Ату его! С их подачи в масс медиа началась травля паренька, иногда с угрозами подать на него в суд за распространение панических настроений в обществе. В общем, инерция мышления и нежелание признать, что они сели в лужу, привели NASA к отказу от участия в проекте "Фаэтон". По счастью, ученые и руководство Европейского космического агентства ESA и Российского центра космических исследований не почили на лаврах самодовольства и начали действовать.

9
{"b":"133672","o":1}