ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A
III РАЗДЕЛ «ШТЕДЕ»

Одним из центральных мест расстрела в массовом порядке еврейского населения являлось местечко «Штеде» [Шкеде].

По показаниям свидетелей Зивцона Д.Ф., Либаура М.Н., Вестерман А.Ш., Мелиденштам И.А., Сиутельсонс И.Д. и других установлено, что по приказу гибитс-комиссара – Альнор евреям предлагалось в течение 22, 23, 24 июля 1941 г. систематически собираться на пожарную площадь в городе. В первый день 22-го июля было собрано около 3500 человек, немцы построили их в колонны по 200–250 человек и в таком порядке направили во внутреннюю тюрьму. Затем, отобрав у людей принадлежащие часы, кольца и другие вещи, колоннами направили в «Штеде» и там всех расстреляли, причем расстрелы людей производили в голом виде, вещи их делились между охраной и теми, кто их расстреливал. Так продолжалось в течение 3-х дней, за это время было расстреляно до 7000 еврейского населения.

Причем обращение немцев было жестоким, припоминается такой случай: 23 июля 1941 г., когда было собрано около 2-х тысяч человек, на глазах у собравшихся унтерштурмфюрер Гайдке Эрик стал избивать резиновой дубинкой врача Шваба, дойдя до состояния зверя, Гайдке оторвал врачу Шваба правое ухо. Шваба умолял Гайдке, чтобы последний его застрелил, но Гайдке ответил, что пули для тебя не стоит портить, а тебя разорву как собаку, позднее истекая кровью Шваба был отправлен во внутреннюю тюрьму и лично им Гайдке с помощью других гестаповцев убили его ногами и палками.

На базарную площадь собирались как женщины, подростки, дети, а также престарелые люди. Тех, кто не мог передвигаться, немцы-изверги укладывали в грузовые машины как дрова и направляли для расстрела в «Штеде».

В 1941 году в газете «Курземес Вардс» был издан приказ за подписью оберштурмбанфюрера доктора Фрица Дидрика о том, что все евреи города Лиепая 15 и 16 декабря 1941 г. находились дома. За эти два дня было собрано около 3,5 тысяч евреев и в течение двух дней днем и ночью они были расстреляны в местечке «Штеде», причем расстрелы производили в людей в голом виде, вещи их грабились охраной и исполнителями расстрелов.

15-го февраля 1942 года по приказу того же Дидрика опять было собрано около 500 человек и расстреляно в местечке «Штеде».

Немцы особо зверствовали с истреблением еврейского населения. Свидетель Зивцон в своих показаниях рассказывает: как только 29 июня в 17 часов вечера появились первые немецкие солдаты в городе, они поймали на Улиховской улице 7 евреев и 22-х латышей и их расстреляли, по этой же улице у дома 7–9, там была воронка от сброшенной бомбы, трупы их были брошены туда, в этот же день 29-го июня примерно в 9 час[ов] вечера немцы зашли во двор по улице Витте, там проживал композитор и дирижер Лиепайского театра оперы и балета гр-н Ган Вальтер. Немцы собрали жителей этого дома и на глазах у всех расстреляли его во дворе у мусорного ящика, труп его был закопан также во дворе.

IV РАЗДЕЛ КОНЦЛАГЕРЬ

В 1941 г., в начале июля месяца примерно 5-10 числа немцами в гор. Лиепая по ул. Дарзу, Алшу, Кунгу и Бариня был организован концлагерь, в котором находились гражданские и военные люди. По заявлениям свидетелей Пумкалниша, Людвига Путкалис, Реник и Борманиса, в этом лагере было заключено около 400 латышей и 800 человек русских. Заключенные в концлагере люди получали 100 грамм хлеба, поллитра супа из гнилой капусты. Работать людей заставляли на тяжелых физических работах по 16–18 часов, отсутствовали самые элементарные санитарные условия, люди спали по группам 40–50 человек на общих нарах, народ был страшно завшивлен, заедали клопы, вши, заявляет свидетель Путкалис. В баню в течение 5-ти месяцев не водили, в результате эпидемических заболеваний в лагере с августа месяца умирало от тифа и голода по 15–20 человек, главным образом из числа русских людей. За малейшую провинность в лагере жестоко избивали резиновой дубинкой.

В 1942 г. в июне месяце по улице Калпака, Силькес, Скую и Куршу из 10 жилых бараков, огороженных колючей проволокой вышиной 4 метра в два ряда, в этом лагере содержалось до 2000 советских военнопленных.

Свидетель Зивцон, часто проходя мимо этого лагеря, рассказывает, что бараки зимой были не остеклены, военнопленные замерзали, военнопленных заставляли по 18 часов работать на тяжелых физических работах, за малейшие проступки военнопленных жестоко избивали палками, по 100 человек вывозили на расстрел.

Свидетель Телиховская лично видела, как в 1942 г. в августе месяце унтер-офицер Варзиге по кличке «Истребок» при выходе на работу военнопленных застрелил трех человек. Многие умирали от голода и болезней вследствие тяжелых физических работ.

V РАЗДЕЛ ЛИЕПАЙСКОЕ «ГЕТТО»

В конце мая месяца 1942 г. по приказу начальника Гестапо Киглера, до 1-го июля 1942 года в городе было организовано «Гетто».

Под «Гетто» было отведено четыре улицы, состоящие из 11 домов города. «Гетто» было огорожено колючей проволокой. По показаниям свидетелей Зивцон Д.Ф. и Либаура – к 1-му июля 1942 г. в «Гетто» было собрано оставшееся еврейское население города. Всего в «Гетто» было 814 человек, среди них были подростки, дети, престарелые, женщины и мужчины. Режим «Гетто» был ужасным, люди работали по 16–18 часов в день на тяжелых физических работах, получали 215 грамм хлеба, поллитра супа из гнилой капусты, совершенно отсутствовали санитарно-профилактические мероприятия. С 1942 г. июня месяца до момента ликвидации «Гетто», т. е. октября 1943 г., в «Гетто» умерло от недоеданий и заболеваний 102 человека, 54 человека были расстреляны.

В октябре месяце 1943 г. внезапно «Гетто» было ликвидировано, оставшихся людей направили в концлагеря в гор. Рига.

VI РАЗДЕЛ ЛИЕПАЙСКИЕ ТЮРЬМЫ

Одной из основных тюрем в городе Лиепая была центральная тюрьма, где систематически содержалось до 2000 людей, в тюрьме 31 камера, всего за время немецкой оккупации через тюрьму прошло до 8 тысяч человек.

Из показаний ряда свидетелей: Сенник, Миемис, Ольхового, Бородулиной и других установлено, что немцы и их латышско-националистические пособники изощрялись, придумывая всевозможные пытки людей, подвешивали людей веревками за руки, за ноги, человек висел до потери сознания, затем снимался и его бросали в камеры. Была такая система, что каждый надзиратель имел право ударить арестованного резиновой палкой.

В так называемой женской тюрьме на ул. Тиесас, д. № 5 с первых дней, как только немцы заняли гор. Лиепая, они заключили туда 1500 человек, за время оккупации города через женскую тюрьму прошло до 6000 человек. В этой тюрьме производились пытки и истязания людей, хлеб выдавали 100 граммов день и пол-литра супа из гнилой капусты, тюрьма все время была переполнена заключенными.

Из показаний свидетеля Ликшмес, также на Кургавском проспекте в 1941 г. в июле месяце была организована так называемая тюрьма для политических заключенных. Существовал подвал, где находилось до 150 человек заключенных, там находилось так называемое латышское политическое отделение «СД». Заключенных избивали, кололи языки, жгли раскаленным железом руки, подвешивали людей вверх ногами.

Свидетель Милешко рассказывает, что в 1943 г. в июле месяце на Кургавский проспект привезли военнопленного красноармейца, унтер-офицер Крап увидел лежавшего в грузовой машине во дворе военнопленного красноармейца, которого должны были расстрелять, взял лом и ломом убил его.

Свидетель Кинтс, находящийся в женской тюрьме, видел, как 31-го марта 1945 г. из камеры № 12 вывели на расстрел 15 человек, среди которых были Слеранс из новой Либавы [Лиепаи], Брахман, крестьянин Палу и другие.

Зверства немецких оккупантов и их латышско-националистических пособников подтверждаются свидетелями: Карогс А.Ф., Гончарук С.Ф., Свердлова А.С., Ольховой М., Зивцон, Либаур, Полис Л.О., Тумелис, Мешкикс, Бородулина и рядом других свидетелей, всего 40 человек.

VII РАЗДЕЛ
21
{"b":"133673","o":1}