ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пятое. СО2 — парниковый газ, и повышение его концентрации несомненно воздействует на атмосферу. Как именно — лучше всего сказано в AR3 IPCC.

«We are dealing with a coupled non-linear chaotic system, and therefore the long-term prediction of future climate states is not possible» («Мы имеем дело с нелинейной сложной системой, и поэтому долгосрочное предсказание климата невозможно»).

Любое изменение имеет свои минусы. Однако именно технический прогресс и развитие экономики несут человечеству избавление от холода, голода и ранней смерти. Ограничения выбросов СО2 сдерживают этот рост, обещая взамен предотвратить что-то, что может случиться или не случиться через сотню лет.

Соблюдение Киотского протокола обходится в сотни миллиардов долларов. При этом одно хорошее извержение вулкана перечеркнет весь Киотский протокол.

Эти миллиарды долларов не пропадают: их получают корпорации и институты, занимающиеся «возобновляемой энергетикой».

Глава IPCC г-н Пачаури был членом Совета директоров National Thermal Power Corporation, главой India Oil и основателем техасской GloriOil. В настоящий момент он член Совета директоров International Solar Energy Society и Nordic Glitnir Bank, создавшего Sustainable Future Fund (4 млрд долл. планируемых активов), председатель Совета директоров Indochina Sustainable Future Fund, планирующего собрать 100 млрд долл., член наблюдательного совета Chicago Climate Exchange, торгующей углеводородными квотами, Siderian (калифорнийской фирмы, специализирующейся в области возобновляемых технологий), директор International Risk Governance Council, учрежденного в Женеве двумя крупнейшими европейскими генерирующими компаниями, глава наблюдательного совета Asian Development Bank, советник по стратегиям инвестиционного фонда Pegasus, глава Climate and Energy Institute Йельского университета, советник Credit Suisse, Deutsch Bank, Toyota и Фонда Рокфеллера.

Г-н Пачаури также возглавляет Tata Energy Research Institute, ныне переименованный в The Energy Research Institute, основанный индийской группой Tata и получающий миллионные гранты на создание энергосберегающих технологий, которые д-р Пачаури потом по более чем скромным ценам продает корпорациям, в которых он входит в Советы директоров.

При этом г-н Пачаури ни разу не назвал размеров своих доходов от всех этих должностей. Свою борьбу против потепления он объясняет исключительно тем, что «не может молчать», предвкушая будущие страдания человечества.

Разброс «сценариев будущего» в моделях IPCC составляет 400%. 400% — это, мягко говоря, слишком много. «Если бы вы хотели построить дом и девелопер сказал, это будет вам стоить где-то от полутора миллионов до шести, вы бы продолжили строительство?» — иронизирует в одном из своих выступлений писатель Майкл Крайтон, автор State of Fear.

Мы должны твердо себе представлять, о каких количествах тепла и СО2 идет речь. Основным фактором, который влияет на температуру Земли, является солнце. Он настолько важен, что одно только изменение земной оси — прецессия или нутация — влияет на циклы межледниковья и ледниковых периодов; даже небольшое изменение солнечной активности влияет на виноград, растущий в Англии, и Темзу, на которой устраивают зимние ярмарки.

Важно также понимать, как соотносится количество «естественного» и «антропогенного» СО2. Согласно IPCC, человечество выбрасывает в воздух 26,4 млрд тонн СО2 (скептики оценивают эту цифру в 7,5 млрд тонн). Животные и процессы гниения выбрасывают в атмосферу 220 млрд тонн СО2, дышущие растения — еще 220 млрд тонн СО2, наземные растения поглощают при фотосинтезе 440 млрд тонн СО2, а океан поглощает и отдает 330 млрд тонн. Вулканы выбрасывают в воздух, по оценкам климатических алармистов, 0,3 млрд тонн СО2 в год, по оценкам скептиков — столько же, сколько человек.

Выбрасываемый человечеством СО2 — не инертный газ, он не накапливается в атмосфере. Половина эмиссии поглощается океаном, еще часть — благотворно влияет на зеленую массу растений.

Климатократия - id59786_i20e868e7c7

Спутниковые снимки НАСА показывают, что с 1981 года растительность в северных широтах стала гуще и зеленей. Что тут приходится на потепление, а что на СО2 — неизвестно, но совершенно точно, что спутники не наблюдают никаких «засух» и «катастроф».

Итак, 26 млрд тонн (а тем более 7,5) против 770 млрд тонн. Климатические алармисты утверждают, что это немного, но это то ключевое воздействие, которое сдвинет камень с горы, разбалансирует атмосферу и — согласно наиболее мрачным прогнозам — превратит Землю во вторую Венеру, где благодаря парниковому эффекту температура на поверхности составляет 500 градусов, а давление — 100 атмосфер.

Насколько устойчива земная атмосфера?

Глобальные потепления и мощные выбросы СО2 в атмосферу Земли случались и в прошлом. Например, на рубеже пермского и триасового периода 250 млн лет назад гигантские трапповые извержения в будущей Сибири выбросили на поверхность 12 млн куб. км базальтовой лавы и соответствующее количество СО2 (для сравнения: самые крупные на исторической памяти человечества извержения ограничивались 6-8 куб. км лавы, то есть цифрой в миллион раз меньшей). Эта катастрофа привела к самому массовому в истории Земли вымиранию видов и освободила путь для динозавров; однако Землю в Венеру она не превратила, чему порукой наше с вами существование.

Так стоит ли на основании этого передавать власть над миром климатократии и позволить г-ну Пачаури перейти от освоения миллионных грантов к руководству всеми мировыми экономиками?

Единственно верное учение

Довольно странно, но почти никто из критиков ТГП не сравнил Учение Глобального Потепление с еще одним учением, единственно верным и, разумеется, единственно научным — я имею в виду диалектический материализм и марксизм-ленинизм.

Диалектический материализм утверждал, что он — наука. Однако основой науки является критика и сомнение. Любой человек, который осмеливался высказать сомнение в том или ином положении марксизма, тут же объявлялся врагом народа.

Науку делают ученые. Науку не делает толпа. Однако принципы марксизма-ленинизма отстаивала именно толпа, орущая «долой эксплуатацию». Науку делают ученые. Науку не делает бюрократия. Однако принципы марксизма-ленинизма отстаивала именно бюрократия в лице КПСС.

Наука — это либо изобретения, либо открытия. Либо техника, либо чистая наука. В первом случае вам говорят, как надо сконструировать ракетный движок, чтобы через полгода, в крайнем случае три года, полететь к Марсу. Во втором случае наука не имеет непосредственных приложений. Однако марксизм-ленинизм не был ни тем, ни другим: он говорил вам, как надо себя вести, чтобы через сотню лет на Земле воцарился рай. Сотня лет — это слишком долго для технического эксперимента и слишком мало для чистой науки. Это в самый раз для того, чтобы манипулировать людьми.

По удивительному совпадению все вышеперечисленные особенности свойственны также и УГП.

Можно выделить четыре социальные группы, которые борются против Глобального Потепления, и как ни странно — это те же социальные группы, которые боролись против Всемирного Капитализма.

Первой из них являются всяческого рода левые, зеленые, люди, по какой-либо причине глубоко ненавидящие современное западное общество; люди, которые до 1991 года ходили с плакатами «Да здравствует СССР!», а после 1991 года остались без объекта любви. И вместо того, чтобы бороться против капиталистов, стали бороться против потепления.

Второй из этих социальных групп является глобальная бюрократия. Как и КПСС, глобальная бюрократия хочет не отвечать ни за что, а регулировать — все. КПСС, отовариваясь черной икрой, провозглашала себя борцом «за счастье трудящихся». Точно так же глобальная бюрократия, отовариваясь многомиллионными грантами и Нобелевскими премиями, провозглашает себя борцом против истеблишмента.

7
{"b":"133676","o":1}