ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сидевшая за конторкой волоокая барышня явно исполняла при «отделе» секретарские функции. Весь экстерьер ее недвусмысленно указывал на то, что, помимо всех прочих, у нас имеется еще как минимум один очень веский стимул побороться за место штатного сотрудника где-то поблизости. Понятное дело, что, зная уже привычки Оборотняна и согласно субординации, но все-таки… другое дело, что…

— Добрый день! — слегка зардевшись от усилившегося волнения, произнес я елейным голоском, — Я вот тут от Сергея Оборотняна… мне бы отксерить прайсов и несколько факсиков послать…

Барышня подняла на меня несколько удивленный взгляд и пару раз взмахнула ресницами, отчего по комнате пронесся легкий, освежающий бриз. Никаких других реакций не последовало. Выдержав паузу и окончательно уяснив, что и не последует, я в отместку тут же разоблачил собеседницу взглядом и растолковал более доходчиво:

— Мы у Сергея Оборотняна работаем в его рекламном агентстве. Сергей сказал, что мы теперь можем приходить сюда, если нам ксерокс понадобится. Вот он и понадобился. Мне как раз надо копий сделать…

— Нет, ну если вам так надо… — с нарастающим удивлением молвила барышня, — Если надо… ксерьте, конечно. Только немного.

— Хорошо, на сегодня мне много и не нужно, — сказал я, слегка покоробленный обнаружившимся лимитом сверху. Надо бы, конечно, сразу будет себя тут так поставить, чтоб без всяких ограничений. Для работы же, в конце-то концов… Оборотняну тогда сразу напомнить… — И еще факсов отправить.

При слове «отправить» барышня ощутимо погрустнела.

— Отправить могу я сам, — сразу заверил я ее, ни секунды не желая омрачать столь прекрасное лицо даже легким налетом грусти, — Я умею. Да и всего-то пять штук.

— Ну, не прям «пять», конечно… и — если только сами… — и барышня нехотя откатилась от факса чуть в сторону.

Со времен первой встречи с офисной техникой наше мастерство в обращении с ней также отточилось в бесконечное число раз. Уверенно шагнув к копировальному устройству, я в каких-то пять минут разобрался в его управляющей консоли, слегка поразмыслив, оценил понятие «немного» в двадцать экземпляров и, нажав кнопку «пуск», передислоцировался к факсу. Знакомство с ним также не затянулось и, практически сразу выявив щель для засовывания корреспонденции, я тут же набрал номер и приготовился услышать в трубке призывный писк.

Тут в комнату вошел элегантный мужчина возраста и внешности недавнего комсомольского вожака. Войдя, он почти уже проследовал к следующему, очевидно уже Самому руководящему кабинету — но неожиданно развернулся, приблизился ко мне и стал с любопытством наблюдать за процессом коммуникации.

Данный процесс и в самом деле весьма интересен, тем более, что больше в этот момент заняться все равно решительно нечем. Наконец, изящно подхватив листок и убедившись, что, согласно дисплею, результатом общения цивилизаций является несомненный «ОК», я вернулся к ксероксу и стал дожидаться окончания его сессии. Мужчина также проследовал за мною, и мы вместе пронаблюдали, как лихо вылетают из прибора новенькие «прайсики». «Не исключено, что товарищ убедился, как ловко я выполняю все эти рутинные, но такие необходимые в повседневной работе операции, — удовлетворенно подумал я, — Несомненно, при решении вопроса о штатном месте это зачтется мне в плюс…»

— А ты что здесь делаешь-то, а? — задал мужчина неожиданный вопрос.

— Как что? — честно ответил я, не поворачивая головы и вдыхая сладостный аромат свеженанесенного тонара, — Прайсы вот ксерю. А то закончились у меня…

— Да я вижу, что ксеришь. Разрешил кто? — поинтересовался мужчина чрезвычайно ласковым голосом.

— Как «кто разрешил»? — удивился я и тоже весьма дружелюбно пояснил, — Сергей Оборотнян и разрешил…

— Какой еще Оборотнян? — максимально нежно спросил мужчина.

— Ну, как «какой»… Сергей Оборотнян, который… — тут я немного задумался, как же именно зовется новая должность Учителя. Вариантов, как известно, имелась масса: «директор по рекламе», ну или, скажем «начальник отдела»… или даже департамента. А может быть, даже и…

— Ну, Сергей Оборотнян. Который отдел рекламы здесь у вас возглавил… — корректно транслировал я аутентичную формулировку Наставника.

— Нету здесь никакого Оборотняна!!! — после короткой паузы мужчина неожиданно взорвался столь мегатонной мощностью, что я инстинктивно даже прикрылся только что отосланным факсом, — НЕТУ!!! И никогда не будет!!! Ты что, сдурел тут что ли??? Оборотнян еще какой-то… Ты как сюда попал-то вообще, а?

Чувство глубокого недоумения вперемешку со всепоглощающим ужасом охватило автора. С трудом пробившиеся через этот плотный туман капли разума подсказали ему, что произошло, по-видимому, какое-то чудовищное недоразумение.

— Я как бы это, — пролепетал я, силясь отыскать какой-то спасительный аргумент, — Это же как бы же Торговый Дом (…)? Может, я ошибся просто, но мне Оборотнян сказал, что он тут…

«На свете не было, нет и не будет никогда более великой и прекрасной для людей власти, чем власть императора Тиверия!!!»

— Нет!!! — загрохотал мужчина едва ли не на весь торговый дом, — Да!!! Это торговый дом (…)!!! Но никакого «Оборотняна», пока я тут, здесь нет и быть не может!!!

Ты совсем, что ли, спятил??? Это я, Я здесь начальник!!! Оборотнян еще какой-то возглавил… Где Василий, а?! Василий!!! А ты куда смотрела???

Тотчас в двери нарисовался шкафообразный охранник, что характерно — тот самый, что десять минут назад, находясь в пяти шагах от так и не возглавленного Оборотняном отдела рекламы, указал мне путь ровно в противоположную сторону, отчего я дал лишний полный круг по всему чреву знаменитого торгового дома. Очевидно, эта потеря драгоценных секунд и оказалась решающей, приведя в итоге к роковой встрече. Последние сомнения отпали — настало время действовать. Подобрав с пола свое нехитрое хозяйство и с кошачьей ловкостью ухватив все-таки непосильным трудом отксеренные прайсы, я чудом проскользнул в минимальный зазор между Василием и притолокой — и стремглав бросился наутек. Вслед понеслись отчетливые угрозы и заверения в том, что в случае повторения подобных заявлений как субъекту их, так и объекту (то есть, надо понимать — автору и Оборотняну) не избежать вступления с Истинным Возглавляющим Отдел в половые отношения. Причем, что было особенно обидно — в основном противоестественным путем, с применением Василия…

…Расстояние до редакции газеты «The Moscow star» я преодолел за время, примерно на три минуты улучшающее не только мировой рекорд для подобных дистанций (это-то еще ладно), но и свой личный. Затаптывая на пути сограждан без разбору комплекции, возраста и пола, сминая заградительные барьеры рукотворного происхождения и с трудом удержавшись от захвата поезда метро, дабы вынудить машиниста проследовать к нужной мне станции без остановок. Кодовую дверь подъезда распахнул просто «на рывок», подтвердив давний тезис Старины о подключении в момент

Просветления дополнительных резервов организма, доселе от нас скрытых. По схеме «два шага на пролет» взлетел на пятый этаж и, клокоча и булькая от гнева, ворвался в уже знакомое мне помещение.

Оборотнян, как ни в чем не бывало и явно не предчувствуя худого, задумчиво перелистывал записную книжку, пристроив ее на коленке. Прочие, по обыкновению, скучали. Завидев меня, Маэстро сделал мне незаметный знак в сторону коридора. Как ни масштабны были переполнявшие меня эмоции, я все же сообразил, что далеко не все из «курируемых» Мастером проектов подлежат огласке в святых стенах — и на прощание решил все-таки не подставлять его. Да и «мокрое» дело, подумалось мне, без свидетелей вершить будет сподручнее.

Мы вышли в коридор, и, перекрыв Наставнику все пути к возможному бегству, я, свирепо рыча и дико вращая глазами, двинулся прямо на него:

— Серег? — заявил я без обиняков, — Ну чего за дела-то? Ну ты там с этим мужиком из Торгового дома! Ну ты совсем что ли?

— Да ты про что вообще сейчас? — озадаченно спросил Оборотнян, и ни тени раскаяния не отобразилось на его прекрасном лице.

48
{"b":"133686","o":1}