ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

составляли даже менее минимально потребной для наших дел сотни…

— Вот эти баксы — настоящие!!! — гордо провозгласил Андрей, — Проверь сам. Проверь, проверь!

Я механически потер воротничок президента Гамильтона. Из всех известных нам способов проверки подлинности, именно данный все тот же Курбский всегда анонсировал как единственно и железобетонно истинный. Воротничок оказался, как и положено, «рельефный».

— Настоящие, — согласился я.

— Давай теперь обратно!

Я с недоумением и, уж конечно, огромным сожалением вернул «зеленые».

— Теперь держи эти! — сказал он и тут же сунул мне еще одну пачку, — А эти как?

Я, воспрянув духом, снова помусолил пару бумажек.

— Ну, эти вроде тоже, — сказал я неуверенно.

— А вот и нет! — торжествующе воскликнул Андрей.

— С чего ты решил? — спросил я.

— Вот смотри, — пояснил мой собеседник, положив банкноты на табуретку и вытащив из какой-то коробки толстый фломастер, — Вот наш детектор. Процесс занимает ровно секунды. Проводим им по купюре и смотрим: если становится зеленым — всё хорошо, если красным — «фальшак»…

В подтверждение своих слов он тут же проделал означенную нехитрую операцию. Бакс из первой партии отозвался приятным зеленоватым оттенком. Из второй — блеснул нервным красным.

В этот момент, признаюсь, я непроизвольно похолодел. Дело оборачивалось так, что стариковский способ на поверку выходил не таким уж железобетонным… и, стало быть, все кровью, потом и сорванным горлом заработанные нами на предвыборных соцопросах «десяточки» — вполне могли

быть, как бы это сказать… маленько и «того»??? То есть, получалось в какой-то мере даже неплохо, что их у меня больше ни одной нет, поскольку крайнюю я спустил, шикуя бутербродами с колбасой на приснопамятном хоккейном матче… Да, перефразируя классика, нет денег — нет и проблем. Немного успокоенный этой мыслью, я снова возвратился к Андрею.

— Мы просто всем реально показываем, — сообщил Андрей, — Тем, у кого рекламу размещаем. Чтобы люди лично видели. Тогда и «пиар» получается более убедительным!

— Логично, — согласился я.

— Ладно, давай тогда уже конкретно. Валер, мы сюда текст какой дадим?

Валера, не отрываясь от факса и прижав «мобилу» плечом к уху, порылся где-то в кипе бумаг на столе и вытащил оттуда некий листок.

— Вот этот давай за основу возьмем, — мотнул он головой.

Андрей быстро проглядел листок и тут же передал его мне:

— Да, вот этот вариант. Давно его не давали. Вы просто переведете, или сами по «рыбе» напишете?

Я покрутил руками в воздухе в том плане, что аля нашего передового издания возможны оба варианта.

— Но ты покажешь же нам потом, что получится? Я кивнул.

— Это в размер какой войдет? И почем тогда?

— В восьмую. Четыреста, — лихо, в тон собеседнику, ответил я.

— Отлично.

— Вы только эти четыреста все-таки при мне «прокатайте», ладно?

— Да «прокатаем»! — Андрей, оценив шутку, улыбнулся.

Тут в офисе номер шестьдесят семь довольно неожиданно возникли еще два посетителя. Причем сразу сложилось ощущение, что посетители эти, во-первых, Андрею и Валере, уже знакомы, а во-вторых, визит их Валеру и Андрея явно не обрадовал. Впрочем, второе обстоятельство не было удивительным, так как посетители, столь явно выдержанные в стилистике «чистота и конкретика», вряд ли бы порадовали чересчур уж многих. Один из них, ко всему прочему, плюхнулся рядом со мной, довольно бесцеремонно двинув меня задом.

— Ну что, пацаны? — спросил он и обвел нас всех весьма многозначительным взглядом…

Забегая вперед скажу, что в том же 94-м году с подобным, в ряду прочих, сюжетным поворотом молодой режиссер Квентин Тарантино отхватил аж «Золотую пальмовую ветвь» прославленного Каннского фестиваля. Отхватил, надо признать, заслуженно. Ну, на то он и гений современного кинематографа. Поскольку в жизни всё выглядит куда как более прозаично. В частности, не ведутся душеспасительные беседы, в пиковые моменты катарсиса не цитируются отрывки из Священного писания, да и вообще лексика используется, максимально приближенная к бытовой… но зато, правда, и заканчивается, смею надеяться, чуть менее трагично. Итак, дорогие мои пац… (зачеркнуто) мои дорогие читатели — помните ли вы вашего делового партнера Марселласа Уоллеса так же хорошо, как помню его я?

— Ну что, пацаны, — развил свою мысль плюхнувшийся, — Приехали?!!!

— А в чем, собственно, дело? — довольно твердо спросил Андрей, и ни один, надо признать, мускул не дрогнул покуда на его прекрасном лице.

— Да в том, — сказал мой со-диванник и, порывшись, вытащил из спортивной куртки довольно ощутимую пачку «франклинов». После чего, явно передразнивая, произнес:

— Вот это пять тысяч долларов, Андрюша. Как по-твоему — они настоящие? Что там твой приборчик покажет?

Андрей невозмутимо принял пачку и провел детектором по верхней «сотке». Полоска тут же приобрела благородный, радующий глаз зеленый оттенок.

— Настоящие, — сказал Андрей, возвращая пачку.

— Хм… верно. А вот эти? — вторая пачка была извлечена уже из канонических адидасовских штанов визитера. Процедура авторизации была проведена повторно — и с тем же результатом.

— И эти тоже…

— НЕТ!!! — неожиданно заорал утренний гость и далее разразился столь сложносочиненной тирадой, что если опустить все использованные в ней неподцензурные обороты, то правильнее будет написать, что гость тяжело и очень убедительно промолчал.

— Нет, Андрюша, — резюмировал, наконец, он, — Эти доллары — НЕ настоящие…

— С чего вы решили? — весьма корректно спросил Андрей.

— С того, Андрюшенька. С того самого. Ты посмотри — это ж резаная бумага натуральная, тут даже и базарить-то…

— Ну, в принципе, наш детектор, как мы всегда предупреждаем, должен использоваться не как единственный способ — а именно в виде дополнения к прочим методам проверки подлин… — попытался было с заднего плана встрять в диалог Валера, задумчиво повертев в руках один назовем его условно «листочек» из второй пачки. Однако в полной мере сделать ему это не удалось.

— Слышь, братан! — рявкнуло с дивана, — Меня не … (волнует — прим. авт.) что там и как ты предупреждаешь!!! Уважаемые люди получили за свой товар кусок..(уже упомянутой резаной бумаги — прим. авт.). А они всего лишь хотят получить свои законные пять штук, усекаешь? И помочь им в этом сможете только вы!!!

С этими словами посетитель обвел суровым оком нас всех троих скопом, отчего у автора слегка завибрировало в районе седалищного нерва.

— Пять штук, — подтвердил доселе молчавший второй гость, вольготно, насколько можно было видеть, опершийся спиной об один дверной косяк и взявшийся рукой за другой. И весело добавил, — Плюс проезд, харчи и наша зарплата за полдня. «Пятерка»-то нам как раз к обеду нужна!

— У нас сейчас нет таких денег, — слегка дрогнувшим под напором аргументов голосом сказал Андрей.

— Андрюш, так я ж не тороплю! — первый расслабленно откинулся на спинку, — Вон, Витек же сказал — к обеду только. Так что время имеется. Вот, опять же, товарищ… — тут он ласково похлопал меня по плечу, — Он же за детектором пришел? Ну вот и славно, он с вами расплатится — а вы «бабули» сразу нам! Хотя я лично тебе, братан (это он мне, значит — прим. авт.) брать бы не советовал…. (никудышный, ни на что серьезное не годный — прим. ред.) товар!!!

— Я как бы это… — пискнул я, стараясь максимально корректно освободиться от дружеских объятий, — Я тут как бы по делам просто пришел…

Сосед повернул башню и внимательно посмотрел на меня, производя, очевидно, какой-то глубокий внутренний анализ. Результаты анализа прозвучали обескураживающе.

— По делам, говоришь… Так ты, братан, третий, что ли, в «доляне» с ними?

Нельзя сказать, что и завязка-то истории сильно вдохновила автора. Но ее кульминация с перспективой оказаться в «доляне» с «пацанами», задолжавшими в силу рокового стечения обстоятельств пять косарей, да плюс проезд и харчи…

51
{"b":"133686","o":1}