ЛитМир - Электронная Библиотека

— Что же в нем было волшебного? — скептически спросил Мэнтон.

— Там обитали маленькие говорящие зверушки.

Вымолвив это, я был готов услышать в ответ смех. Но мои собеседники только многозначительно переглянулись.

— Вряд ли стоит доверять этому свидетельству, — сказал Мэнтон. — Джебедайя Берч был известным пьяницей. Этот род позорит наш город не одно поколение…

Мне захотелось выплеснуть чай ему в лицо.

— Послушайте, Артур, — в отчаянии обратился я к Картеру-младшему. — Вы все отмалчиваетесь, а я так рассчитывал на вашу поддержку! Разве история вашего отца ничего не значит?

— Вряд ли вы знаете его подлинную историю, — тихо, но твердо ответил Картер. — Так что не поминайте отца моего всуе, и не сравнивайте меня с ним. Я всего лишь скромный учитель французского.

— А чудовище, которое вы сразили в Змеином Логове?

— Оно явилось из Космоса и лишь пряталось в пещере. Некоторые тогда считали меня героем, но я только исполнил свой долг. И если бы не помощь Кристофера, мы бы сейчас с вами не разговаривали.

— Поймите, молодой человек, мы желаем вам добра, — вновь заговорил Мэнтон.

— Простите, но я волен сам определять, что для меня добро, а что — нет!

— Эх, — устало вздохнул хранитель музея. — Да, вы — один из тех, кто мечтает о несбыточном, жаждет иных миров, разочаровавшись в этом. Не рановато ли для ваших лет? Волшебный лес, говорящие зверушки… Вы ищете свою зеленую дверь, подобно герою рассказа мистера Уэллса. Но его-то эти поиски привели к гибели! Как знать, вы можете найти совсем не то, что искали…

— И все же я не отступлю.

Двое снова переглянулись.

— Тогда я дам вам одну полезную вещь, — загадочно улыбнулся Картер.

Он поднялся из-за стола и вскоре вернулся со странным предметом. Это был небольшой матовый диск, похоже, выточенный из кости, с причудливыми иероглифами, напоминавшими рогатого жука и еловую ветвь. Диск крепился на цепочку, чтобы его можно было вешать на шею.

— Это весьма древний амулет, — пояснил Картер. — Будем надеяться, он защитит вас от всех неприятностей там, внизу

— И ваши ноги останутся целы, — буркнул Мэнтон.

На следующий день, уже несколько часов путешествуя под землей, я готов был признать правоту мудрого хранителя. Да, тоннели порой казались делом чьих-то рук, но в их расположении не обнаруживалось никакого смысла. Часто они вели по кругу или сужались так, что человеку в них было никак не пролезть. Тогда приходилось отступать и искать другой путь. Казалось, я блуждаю в лабиринте какого-то больного разума.

Перед глазами поплыли разноцветные круги…

Короче говоря, когда впереди вдруг забрезжил неяркий свет, я был только рад наконец выбраться из подземелья. Погасив фонарь, я направился (как мне казалось) в сторону выхода. До меня донеслись невнятные звуки, похожие на отдаленный лай и мычание. Должно быть, подумал я, этот ход выводит на какую-то ферму.

Однако я жестоко ошибся!

Передо мной вдруг открылась огромная сумрачная пещера, освещенная гигантскими фосфоресцирующими грибами. В этом чуждом для человеческого глаза сиянии я сначала уловил какое-то движение, и лишь потом разглядел ее обитателей. Из груди моей вырвался крик, ибо зрелище того стоило.

Там было множество мерзких тварей, имевших сходство с людьми, и в то же время отличающихся от нас, словно какая-то неведомая сила ополчилась на человеческий образ, искажая его вдоль и поперек… Лица напоминали собачьи морды, серые бородавчатые тела лоснились от слизи. Некоторые из них были обнажены, другие кутались в какие-то лохмотья.

Увидев меня, они пришли в возбуждение и загомонили, как стая диких обезьян. От страха и зловония я потерял сознание.

Я пришел в себя на неком подобии каменного ложа, устроенного в углу небольшой пещеры. Рядом со мной стояла фигура в темном плаще, скрывающем лицо и руки. Страшась встречи с исчадием подземного мира, я отпрянул. Но тут облаченный в плащ откинул капюшон и открыл свое, вполне человеческое, лицо — пусть бледное и не слишком приятное.

— Откуда у вас амулет? — спросил этот странный человек.

— Мне дал его Артур Картер, — выпалил я. — Сын Рэндольфа Картера.

— Картер, — задумчиво протянул он. — Да, это имя кое-что значит в здешних краях. У вас полезные знакомства, друг мой. Без амулета вас бы уже съели.

При воспоминании об ужасных тварях меня передернуло.

— Как вас зовут? — продолжал беседу хозяин подземелья.

Я поспешно представился.

— А я — Ричард Пикман. Вы не слышали обо мне? Я был довольно известным художником в Бостоне… лет двадцать пять назад. Боги, как же летит время!

Я покаялся в своем невежестве по части современного искусства.

— Ничего, — благодушно махнул рукавом Пикман. — Если подумать, кем я был тогда? Просто молодым декадентом, шокирующим публику своей мазней… Но случилось так, что я слишком увлекся моими моделями, и покинул людскую суету. Мне суждено было стать королем гулей![3] Это не только великая честь, но и ответственность — понятия, прежде мне не ведомые…

Я согласился с Пикманом, хотя и не мог понять, какая честь в жизни среди пожирателей падали. Вероятно, он просто безумец, а с ними лучше не спорить.

Но поскольку непосредственной угрозы в собеседнике я не ощущал, во мне заговорил исследователь. Тем более что легенды об гулях, игравшие не последнюю роль в мифологии Ктулху, вдруг нашли свое материальное подтверждение! Хотелось собрать побольше информации, и я спросил Пикмана: как столь многочисленное племя находит себе пропитание в городе и его окрестностях, где умирает (или пропадает без вести) не так уж много народу?

— А вы полагаете, что мы еще в Аркхэме? — Пикман зашелся неприятным лающим смехом. — Нет, мы совсем в другом месте. Наши ходы не просто ведут под землю, они пронизывают само Мироздание! Мы — падальщики Вселенной и недостатка в пище не испытываем. Это дар Древних богов, но вы можете разделить его с нами.

Смертному, проникшему в тайны гулей, дается шанс стать одним из нас. Вы сможете посетить множество удивительных миров и вкусить плоть их обитателей!

Предложение Пикмана было поистине невероятно. Казалось, мои заветные мечты отразились каком-то кривом зеркале. Парадокс судьбы из тех, над которыми ломают головы мудрецы и смеются боги!

Я вынужден был отказаться в самых изысканных выражениях.

— Ну что ж, — вздохнул Пикман. — Как я уже говорил, людям дается шанс. Отвергнувших дар ждет смерть… Таков наш закон.

У меня все похолодело внутри.

— Но вы — под защитой Сил Древних, — как ни в чем не бывало продолжил король гулей. — Поэтому вас я отпущу с миром, если вы поклянетесь молчать об увиденном.

— Хвала богам! — выдохнул я.

— Но прежде, — как-то нерешительно проговорил Пикман. — Не хотите посмотреть мои новые картины? Хобби, знаете ли…

Зная, что в любом случае потом отправлюсь домой, я с готовностью согласился.

В призрачном свете грибов мы прошли по подземным туннелям до картинной галереи его гульского величества.

Освещение здесь было гораздо лучше, почти как солнечное. Свет испускали матовые колбы причудливой формы, наводящие на мысль об алхимии. Впрочем, мое внимание сразу переключилось на картины.

Не знаю, какие запредельные ужасы я ожидал там увидеть, но только не это. Впадая во все большее недоумение, я переходил от одной работы к другой, а за мной, словно тень, скользил Пикман.

В его картинах было ярко-голубое небо и ласковое солнце… Цветущая зелень парков и уютные домики старых кварталов Бостона… Красивые женщины и мужчины в нарядах по моде двадцатых годов… Музыканты играют джаз… Танцы, безмятежное веселье молодости…

— Они прекрасны, — пробормотал я, оборачиваясь к Пикману, — но…

— Не гармонируют с обстановкой? — криво усмехнулся тот. — Знаю. А поверите ли, что мои подданные прозвали это место галереей ужаса, и посещение его — одно из самых страшных наказаний в королевстве? Ибо мир, изображенный здесь, столь же непонятен, страшен и отвратителен моему племени, как и простым смертным — мир гулей.

вернуться

3

Упыри, в классическом переводе.

11
{"b":"133688","o":1}