ЛитМир - Электронная Библиотека

— Тебя звать-то как?

— Дмитрий…, — тихо прозвучало в ответ

— Ну что, Митрич… ЧТО СКАЖЕШЬ???

Тут новообращённый «Митрич» адски засуетился и быстро доложил, что он уже всё осознал и раскаялся в своем недостойном поведении. И что виной всему тот факт, что он перевелся на второй курс Фестеха уже после ДВУХ курсов в своем бывшем дальневосточном университете, и просто эти злосчастные «диффуры» уже сдал, вдобавок аж на «пять». И что, конечно, впредь, и что простава мужикам за «прописку», само собой… а под конец робко добавил:

— У меня мяч свой есть… играет кто у вас на курсе? «Киевляне» есть? Мне старший брат рассказывал — на Фестехе из Киева есть, вообще с Украины много народу… (Есть. Много. «Тридцать третья» группа вообще целиком набиралась именно в Киеве, имея дальнейшей «базой» прославленный Институт электросварки им. Патона — прим. авт.)

(О! Свой МЯЧ!!! ОООООО!!!!!!!!! Наконец-то!!! –прим. авт.)

— «Киевляне» есть, — подобревше и простивши, подтвердил Андрей Васильевич, — тебе каких? Мишаня у нас за мясо «киевлянин», Старина из Минска, Парапетянц с Донецку, за «Шахтер», небось, а еще есть Конь, он, правда, ранее ноябрьских не подъедет… традиция такая. Выбирай, в общем, любого! Подожди, так ты же, выходит, с Парапетом совсем получаешься сосед!..

Так неожиданно и чудесно сложился пресловутый «паззл», и на свет божий явилась наша «пятерка». Удивительно, но при таком невероятном «винегрете» индивидуальных пристрастий и личных кумиров, мы прекрасно ладили как на поле, так и за его пределами. Я же и говорю — футбол сближает людей, а вовсе не наоборот. Да, мы не снискали уж особо выдающихся лавров, но ведь дело-то совсем не в этом!!! (Хотя… нет, ну как… в конце концов, мы Обладатели Весеннего Открытого Кубка ФАКИ 1995 года, а этим тоже может похвастаться далеко не каждый коллектив физической культуры!!!)
В общем, дело пошло. Между прочим, практически сразу и исходя из исконно спартаковского принципа «были бы игрочки — а схемка для них найдется» (а не армейского или стиля Динамо-Киев — с гордостью пишу я) — была изобретена схема игры, во многом, я считаю, опередившая (да и поныне опережающая) своё время. Большинство «пятерок» в те дни предпочитало действовать по старинке — два защитника, два полузащитника и форвард — или изредка переводить одного полузащитника в нападение. Бойкая молодая поросль с ФАКИ сразу пошла на слом этого отживающего свой век построения. Отныне на последнем рубеже мощным оборонительным «столбом» возвышался студент Владимир Парапетянц, роль опорного полузащитника исполнял динамичный Митрич, мы со Стариной живчиками метались по краям, давая, в зависимости от положения дел, амплуа от защитников до нападающих, ну, и на острие атаки, само собой, маячил наш Непарнокопытный Друг, кто же еще (в заключительные сезоны, несколько как бы слегка набрякший после женитьбы — по меткому выражению Митрича «на ТУПИЕ атаки», но это сильно и долго потом… шутка). Нет, футбол двадцать первого века, не иначе. А может быть, и всего двадцать второго. В общем…
Хотя до блистательного нашего дебюта было еще далеко…
Матч Века

(reprise)

Да, время еще было… и было Время!
…На семинары по общей физике нам в тот семестр (осенний второго курса) прислали аспиранта Лёшу Голикова. Ну, то есть он, конечно, был «Алексей Николаевич» само собой, но по виду — пацан-пацаном, даже несмотря на вполне ощутимую уже лысину, добавлявшую, впрочем, ему сугубо научного авторитета. В общем, тот же Андрей Васильевич вполне мог похлопать его по плечу в прямом и переносном смысле слова, но — аспирант. Тем более, из своих, с Фестеха, читай — С ПОНИМАНИЕМ мужик!
Мы (умильно) были у него первые…
За дело Алексей Николаевич, как и положено новичку, взялся ответственно и рьяно. Занятие начинал с того, что спрашивал, остались ли какие-то неясности после лекции (ну, у тех, кто на ней был, конечно… неясности ВООБЩЕ не интересовали даже такого божьего человека, как аспирант Голиков), много решал задач, всё терпеливо объяснял нам, тупицам, и в общем — группа его приняла, чего, прямо скажем, не всегда и не обо всех наставниках скажешь. А иногда, разбирая особо заковыристый примерчик, Лёша вдруг заговорщицки понижал голос и опасливо косился на дверь… После третьего такого случая Макс толкнул меня в бок и тихо шепнул: «Давай-ка прям построчно с доски спишем, а не только вот это, как мы рисуем стрелочки, да типа «легко получить» и «нетрудно вывести»… похоже — это «ж-ж-ж-ж» НЕСПРОСТА…»
Как всегда, чутье не подвело будущего ведущего аналитика.
И пришли экзамены…
А экзамен по физике, напомню, на Фестехе всегда двойной, сперва письменный, потом устный. И на письменном, как уже опять же известно, можно пользоваться учебной литературой… считается, что кто не СООБРАЖАЕТ, а именно к этому нас, по идее, и готовят… я имею в виду — СООБРАЖАТЬ. Знание — не главное: главное — это Умение это Знание получить… так вот, кто НЕ соображает, тому так и так ничего не поможет, но уж кто СООБРАЗИЛ — тому и ни к чему прямо вот так непринужденно с точностью до четвертого знака после запятой помнить соотношение масс протона и электрона… (Альберт Эйнштейн, кстати, придерживался сходной с моей точки зрения в данном вопросе).
Да, ну а кто у нас СООБРАЖАЛ? А соображал у нас в первую очередь студент Дима Ш., который, опять же напомню, письменные-то встречи с прекрасным своим вниманием особо не баловал, являясь все более на устный, «да Вы спрашивайте, профессор, спрашивайте…», а тот спрашивал, спрашивал, а Дима всё отвечал и отвечал, всякий раз безвариантно унося в итоге в клюве пять очков, даже практически не вспотев. (Да, но вот поразительно устроен человеческий мозг! По физике-то с математикой отвечал, отвечал — а тот же пресловутый «словарь-минимум» осиливал с трудом, выдавая на английском иной раз перлы похлеще «великих импрессионистов», отчего даже толерантная Вера Михайловна Зарецкая хваталась за голову: «Дима, как же так??? Ну, Вы же отличник!!!» М-да. Бывает). В общем, практической пользы в горячую сессионную страду ждать от него не приходилось.
Поэтому письменный экзамен в нашем исполнении выглядел так. По схеме, рожденной и отшлифованной на первом курсе. Так закалялась сталь и ковалось Мастерство, короче говоря (но не до конца, как выяснится…) На входе, значит, в большую аудиторию маячил наш разлюбезный Конь, с «раскладкой», понимаешь, и приблизительным планом зала, наподобие макета с магнитными фишками, при помощи которых экзальтированные отечественные тренеры наглядно показывают спортсменам, как им за оставшиеся сорок секунд отыграть недостающие до успеха три-четыре шайбы. На Матче Века, значит, «выпускающий» — а наш Непарнокопытный Друг исполнял наоборот, «впускающего», аккуратно чередуя своих с чужими с известными интервалами, дабы мы после рассадки оказались все на одном варианте. Нет, ну не все сразу — но заслуженные бойцы, само собой. То есть, не сказать, конечно, про нас, что уж совсем уж — но береженого Бог бережет, как говорится. И — наигранные связки: от меня к Сергею Базилевичу, от Макса к Митричу, и так постепенно всё наверх стекается. В координационно-аналитический отдел под руководством… ну вы поняли. Руководит, значит. Ну-ну.
Ладно, заходим, садимся. Ну, есть, конечно, элементы предстартового волнения, но уже не так, понятное дело — второй курс, не первый, тертые калачи. Раздают варианты, вернее, в нашем случае, ВАРИАНТ, один; раскрываем…
!!!!!!!!!!!!!!!
Четыре из пяти задач Леша Голиков с нами на семинарах решал!!!
Ну ладно, ладно, хорошо. Не четыре. Три. Две… ну две вообще почти буква в букву!!! А третья не такая, но ТИПА такой же, тот же принцип. Ну и четвертая… ну не ТИПА, но такого же плана. Ну а пятая — так та совсем простая была.
Нет, ну Алексея Николаевича тоже понять можно. Первый раз самостоятельно ведет, ПО ТУ СТОРОНУ барьера, так сказать, тоже хочется, чтобы его группа получше сдала, вистов набрать в глазах научного руководства. Тем более третий семестр — Электродинамика. Электричество, напомню — оно ведь Невидимо и Неслышимо, и недаром именно в этой отрасли физики впервые появляется число «е» в МНИМОЙ степени «i», так что… Тем более — сказано же: кто СООБРАЖАЕТ — золотой ключик и сам бежит к тому прямо в руки.
В общем, за часик быстренько мы управились, чтоб не торопясь, красивым почерком, и чтобы в конце, как это принято на Фестехе, непременно слово «Ответ», и сам ответ, обязательно доведенный до числа. Ну, и на выход бегом, а там, за окном — Старый новый год, и снежок такой мягкий тихо на землю ложится, и полная либерализация цен…
О договоренностях и «раскладках» никто, само собой, и не вспомнил… и только сверху отчаянно шипел на нас Руководитель Проекта: «Куда??? Куда, псы??? Мы ж ДОГОВАРИВАЛИСЬ!!!,.»
…а потом так укоризненно Максу говорит: — Макс, вы чего посвинчивали-то все? Почему не передали решения-то???
А Макс ему в ответ, внимательно протирая очки:
22
{"b":"133690","o":1}