ЛитМир - Электронная Библиотека

— «Дым над водой», — сразу решил блеснуть я своей «сёкой» в музыкальных вопросах, — с «Мэшин хэд»

(«сёка» — знание того или иного уровня. Соответственно, «секан» — носитель знания. Словарь-минимум).

— Неправильно играет. Мимо, — тотчас с готовностью откликнулся кучерявый юноша и тут же пояснил свою мысль, — Та-да-да ти-та-да-да… Соль-соль, а потом ре, а не ми… (нотная запись эпизода приводится с известными погрешностями по причине полного отсутствия абсолютного слуха у автора).

— Ну, возможно, — согласился я.

Почувствовав родственную душу, юноша тут же представился Сергеем Базилевичем и сразу перешел к делу, задав вопрос, который, очевидно, мучил его уже давно:

— А ты как думаешь: вот если бы «Дым над водой» сочинили бы «Цеппы», а «Лестницу в небо» наоборот, «Папл» — по какому бы пути в этом случае пошла вся мировая рок-музыка??? («Цеппы» — ВИА «Led Zeppelin», «Папл» — просторечное название «Deep Purple». Соответственно, названы их самые известные композиции… это если вдруг кто забыл). Забегая вперед, скажу, что этот вопрос в различных интерпретациях будет мучить Сергея всё время нашего обучения, и дальше тоже.

«Вот проблемы у человека… — изумился я. — Тут маешься, как бы кусты эти достричь, да в общагу вписаться, да потом учиться как… а сессия, а экзамены, зачеты… а человек — о Высоком размышляет. Видно, знает уже всё…»
Развернуто ответить на вопрос Сергея я не успел. Подошла наша очередь, и он коварно впихнул меня к столу распорядительницы первым…
Моментально ткнувшись в московскую прописку, комендантша тут же высказала мрачный вердикт:

— Москвичей не селим. Только в исключительных случаях…

— Я это… — замялся я, как бы намекая, что мой случай тот самый исключительный и есть.

— Только тем, кому совсем добираться далеко… — с этими словами вершительница судеб вопросительно прочла вслух название нашей родимой улочки. Оно, к короткому моему счастью, не оставляло сомнений в том, что магистраль в любом случае находится самых глухих местах Первопрестольной. — Где это?

— Далеко, — корректно сформулировал я, не вдаваясь в дальнейшие подробности. — Очень… (что отчасти было правдой) И метро рядом нет… (что правдой было и остается до сих пор) В … — тут я замялся, подыскивая, к какой бы рабочей окраине сподручнее было бы временно примкнуть, к Медведково или, скажем, Ясенево…

Но раздумья мои были недолгими. Над плечом моим вытянулась кудлатая голова студента Базилевича, который шустро ознакомился с паспортными данными и радостно воскликнул, тут же по-соседски перейдя на «ты»:

— О, Мих — да это ж совсем рядом от «Лианозова», как и мне!!! Вместе ездить будем!!!

Укоризненно покачав головой, комендантша вернула мне мой паспорт. Стоит ли говорить, что паспорт с пропиской Сергея Базилевича после светлых откровений последнего не заинтересовал ее вовсе. Так я потерял возможную пищу для множества поучительных историй, зато обрел настоящего первого друга на Физтехе — а это, я считаю, куда важнее… друга, с которым, как тому и мечталось, мы провели множество времени в ожидании электричек Савёловского направления…
О, электрички Савёловского направления…
До того, как человечество изобрело станцию метро «Савёловская», путь на Физтех были и в самом деле далеко не прост. Выбравшись на «Новослободской», необходимо было еще автобусно добраться до самого вокзала, который в ту пору, покамест не обретя статус одной из крупнейших компьютерных толкучек, пребывал в крайней степени запустения и разрухи. И только редкие счастливцы, вроде меня и Базилевича, могли начать свой путь в Волшебную Страну Физики уже, так сказать, с промежуточного старта (да, ну и Конь еще подсаживался на «Окружной»).
Продление «серой» ветки метрополитена, безусловно, облегчило фестехам сношения с внешним миром. Правда, и тут не обошлось без некоторого рода казусов. Так, среди опаздывающих к началу занятий студентов существовала довольно рискованная традиция: если электричка захлопывала двери прямо перед твоим носом, то рвущийся к знаниям фестех, не желая покоряться Судьбе, не ждал понуро следующую. Наоборот, он ловко забирался на хвостовую «сцепку», доезжал в таком виде до платформы «Тимирязевская», там перелезал обратно на платформу и садился таки в вагон. Просуществовала традиция довольно долго, пока однажды некая добрая душа из МПС не додумалась пустить почти параллельно с самым козырным, прибывающим на «Новодачную» в 8.50 составом — экспресс на Дубну. Совсем экспресс. То есть абсолютно без остановок. До самого прославленного наукограда и родины крупнейшего в стране ускорителя заряженных частиц.
Разумеется, в один прекрасный день кто-то сослепу перепутал пути и бодро вскочил на сцепку дубнинского экспресса… Мы с Сергеем Базилевичем наблюдали эту картину, стоя в «Лианозове». К чести всего МФТИ, страдалец и тут не сдался. Напротив, обдуваемый свежим ветром, он весело размахивал шарфом, насвистывал «Yesterday», а, заметив кого-то из знакомых и прежде, чем скрыться вдали, прокричал им что-то вроде «Скажите Петровичу, чтоб к первой паре не ждал меня!»
Да, эти парни способны на многое! И эти парни — мы!!!
О, электричка Савёловского вокзала… Тяжело вздохнув, она медленно плетется вдоль промзоны, обретая дыхание лишь возле башни с символичной надписью «Молодая гвардия» поверху. Жизнь начинается только ближе к «Тимирязевской». Перегон — и по правую сторону платформы «Окружная» развратно-маняще расстилаются корпуса «гостиниц ВДНХ». Пара близняшек, Дегунино-Бескудниково, унылые заросли пятиэтажек которых ныне сменились столь же безнадежными домами «серия ПЭ-сорок-четыре». Плавный, в чем-то даже изысканный изгиб к известному художественными традициями Лианозову. Загадочный «Марк», он же «Мрак». Еще немного плавного перестука колес, и — здравствуй, родимый… асфальтовая тропинка «имени сорока шести копеек»… по ней можно дойти до самой Первомайской, но все, само собой, ломятся через кусты, мимо стадиона. Мимо прославленной футбольной «коробки» и здания бассейна… и вот уже торец общаги Физхима с поздравлением на интернациональном языке «45 лет Blackmore»… характерно, что сейчас эти 45 лет не кажутся таким уж критичным возрастом для мужика, хотя уже и тогда «Блэкмора» (гитарист «Папл», кто не знает) проходил по разряду седых легенд… здравствуй, Фестех. Я снова здесь…
Лето клонилось к закату. Уверенно катился в Неизбежное прославленный Советский Союз, демократы, депутаты, ретрограды, «предчувствие гражданской войны» и всё такое прочее. 15 августа разобьется на машине Виктор Цой, и эта смерть станет для многих из нас своеобразной чертой. Детство — кончилось. Потому что в детстве никто не умирает. Дальше будет — Жизнь…
А что поделать?
5
{"b":"133690","o":1}