ЛитМир - Электронная Библиотека
…Вот бывают же люди — даже в доме одном живут —
что принять, что отбросить —
нет единства у них ни в чем.
Скажем, некий ученый в одиночестве вечно пьян.
Или деятель некий круглый год непрестанно трезв.
Эти трезвый и пьяный вызывают друг в друге смех.
Друг у друга ни слова они не умеют понять…

Сам поэт, редко бывавший трезвым, умел понимать только пьяных, откуда и наблюдение:

…В рамках узости трезвой человек безнадежно глуп, а в подпитии вольном приближается к мудрецам…

…В рамках узости трезвой человек безнадежно глуп,
а в подпитии вольном приближается к мудрецам…

Читая Хайяма, вполне понимаешь: философия пьянства происходит из трезвого взгляда на жизнь, а философия трезвости — наоборот, из пьяного.

—..?

— Трезвость зачем? — чтобы видеть, понимать, достигать, бороться, строить, творить… Активная позиция, невозможная без упования, без хотя бы искорки веры, что жизнь твоя что-то значит, имеет смысл, выходящий за пределы ее самой… Недаром самые принципиальные враги пьянства — христиане и коммунисты, во всяком случае, теоретически. Один из важнейших призывов апостола Павла — «трезвитесь».

— Хотя, по Евангелию, сам Христос пивал иногда винцо и даже однажды превратил в вино воду…

— Ну, то вино было особое… Гипнотическое…

Еще и еще раз повторю: настоящую трезвость искренне проповедуют только люди, опьяненные верой, зовущие куда-то идти, что-то строить, чего-то добиваться, заслуживать вечности или лучшей жизни… А к опьянению склоняют мировоззрения, которые никуда не зовут, а, наоборот, заглядывают в самый конец без упований и, как им кажется, без иллюзий — например, тот же Тао:

Через тысячу лет, через десять тысяч годов
Память чья сохранит нашу славу и наш позор?..
Но досадно мне, что пока на свете я жил,
Вволю выпить вина так ни разу и не пришлось!
3апой как геополитический фактор

— Как объяснить феномен запоя — человек то пьет, то не пьет? Он что, может выбирать, пить ему или нет?

— Когда как… Запой, вообще-то, явление обнадеживающее, ибо зримо показывает, как человек может переходить из одной возможности жизни в другую: из здоровья в болезнь, из нормы в наркоманию, из зависимости управляемой в неуправляемую — и обратно!..

В запое перед нами невменяемый психбольной, наркоман в непрестанной ломке. Вытащить можно только насильно, что часто и делается, технологии разработаны.

Но есть и другой вариант, житейски проверенный: просто перетерпеть, дождаться естественного окончания.

Если болезный наш не влетит в белую горячку, не выбросится из окна, не погибнет, то после какой-то крайней черты запой прекращается сам. Отпился. Программа меняется на здоровую.

Перед вами милейший сознательнейший гражданин.

До следующего запоя можете жить спокойно.

— А почему человек приходит к необходимости менять здоровую программу на запойную и наоборот? В какой степени в этом участвуют его сознание, воля? Или ни в какой?..

— Похоже, циклы запоев связаны с системными ритмами, циклами организма и психики. У некоторых отмечается четкая временная регулярность, не всегда связанная с получкой. Какой-то из компонентов психофизического равновесия выходит за критическую черту…

У многих периодичность неправильная, малопредсказуемая, и вероятней всего связана с накоплением шлаков — психических и физических. Запои в таких случаях аналогичны болезненным кризисам или даже эпилептическим приступам. Душа и тело словно пытаются что-то выбросить из себя… Интенсивные меры очистки организма такие запои, как правило, прерывают.

Бывают и такие парадоксальные запойники, которые начинают пить именно тогда, когда делать это совсем нельзя: например, в рабочий аврал, накануне ответственного выступления, решающей встречи, экзамена или свадьбы… Тут ясно, что человек боится не справиться со своей ролью, не оправдать ожиданий, ударить лицом в грязь — боится своего страха…

Некоторые состояния нашего экс-президента, кажется, были такой природы.

Что же до собственной доброй воли или неволи, темное это дело… Обычен обман сознания подсознанием: я только рюмочку, ну другую, больше ни-ни, на этот раз удержусь… Сознание клюнуло — ну и все, понеслось.

При «эпилептоидных» вариантах влечение пить налетает внезапно, неистово, как ураган, больного необходимо как можно быстрей изолировать.

А запойники депрессивные чаще думают, что запивают сознательно, чтобы облегчить свою участь…

Энотерапия от душетрясения

— Есть ли у алкоголизма отличия от других видов наркомании?

— Основная разница до недавних времен — пока не начался взрывной рост неалкогольных наркоманий — была только в том, что алкоголиком можно было стать значительно легче. А принципиальной разницы нет.

Алкоголь — наркотик широкого и гибкого действия — для одних мягкий, для других жесткий и агрессивный.

Для среднеустойчивого человека по шкале силы A3 он располагается как раз на той грани, когда некое время — для каждого разное — позволяет поддерживать сумму привычек, называемую бытовым пьянством, но не переходить грань, за которой начинается зависимость неуправляемая — алкогольная наркомания.

До грани этой человек еще вменяем, можно еще рассчитывать на его сознательный самоконтроль.

Дальше — знаете сами…

Алкоголь вошел уже почти в гены человечества. Длительная историческая прирученность Зеленого Змия — вспомним еще его поэтический псевдоним: Дух Лозы — привела к тому, что стали возможными мягкие формы пристрастий, все эти разнообразные ступени любительства и ценительства, иногда даже целебные — есть ведь и традиция лечения вином, энотерапия…

Важна, не устану это повторять, не столько разница между наркотиками, сколько между их потребителями.

Продавцу безразлично, кому он продает водку — человеку болезненно зависимому, алкашу или тому, кто просто купил к столу. А я вижу сразу…

— Трясутсяр руки?

— Трясется душа.

Если бы Гоголь был Гегелем…
Он создал мир по пьянке. Он не зная,
Он не предвидел, а теперь жалеет…
Чертей размножил, ангелов прогнал…
Потише говорите… Бог болеет…

— Чем объяснить тот факт, что великое множество талантливых и гениальных людей подвержено алкоголизму?

— Для очерчивания диапазона вопроса проиллюстрирую его далеко не полным поименным списком: Александр Македонский, Петр Первый, Рабле, Декарт, Гегель, Бетховен, Мусоргский, Вийон, Джек Лондон, Алехин, Есенин, Эдгар По, Олеша, Высоцкий…

Как-то в голову мне даже взбрела не совсем бредовая, как показалось, идея — составить научно-художественную биографическую энциклопедию Великих Алкоголиков и Наркоманов, Гениальных Самоубийц…

Куда там. Сколько лет пришлось бы потратить (если не жизней) на одно лишь составление поименного списка.

Скольких не знаем — ни среди тех, кто ушел, ни из нынешних, ни из будущих…

18
{"b":"133708","o":1}