ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вы подумали, что мои верные, самоотверженные воины бросились ко мне? Принялись поднимать своего бога, утешать и дуть на его ушибы? Не угадали! Причина их такого подлого поведения была простой. Думаете почему мои гранаты не получили распространения? Из-за моей гуманности? Увы, нет! Гуманностью здесь и не пахло, ибо причина была очень прозаичной. Я пробовал внедрить гранаты в их тактику боя, но то, что получалось, заставило меня от этой мысли отказаться. Судите сами. Воины или бросали гранату, не вынув предохранительную пластинку, или вынув её, трясли гранату в руках, ожидая щелчка удара бойка по капсуле взрывателя. Делать это прекратили только тогда, когда несколько человек получили травмы. Гранаты давал им набитые песком, но с взрывателем. С тех пор, единственное, что делали всегда чётко это убегали прочь от места броска гранаты и не к месту броска, не к месту падения и взрыва гранаты никогда не приближались. А вдруг рванёт ещё? Было и так, что один бросил гранату и все дружно бросились прочь, а второй воин бросить свою гранату не успел. Если так случалось, то убегал за всеми и воин с гранатой в руке. Когда такое видели остальные, начиналась игра в догонялки. Все с криками бегали от него, а он с криком бегал за ними. Поэтому гранаты оставил для себя, как последний аргумент в бою.

С тех проб у моих воинов, включая старших офицеров, осталось только такое понятие, как строжайшее соблюдение техники безопасности. Если граната взорвалась близко? Беги прочь! Если далеко? Никогда к этому месту не приближайся. Капитан Агор выпутается сам, он всё равно бессмертный. Поэтому никто, из моих воинов услышав взрыв гранаты, даже не шевельнулся. Сделали вид, что ничего не слышали.

Дело ещё было и в том, что мои гранаты после броска жили своей жизнью. Одни взрывались почти мгновенно, другие были коварны и спокойно лежали некоторое время. Брошенная мной в этот раз граната принадлежала к этим, другим. Я успел ощутить все ушибленные места, пожалеть себя, пока она рванула. Взрывная волна подбросила меня, при обратном падении получил по старым ушибам, не обошлось и без новых отметин доспехов на моём несчастном теле. Лежал и громко матерился. Правда, предавался этому занятию недолго. То, что произошло дальше, заставило меня забыть об ушибленных частях моего бедного тела, ибо в ступор впал, мой разум…

Из пустоты раздался гневный голос:

— Ты что творишь? Носитель…, генераторы искривления пространства и генераторы защитного поля от ударной волны едва не перегорели. Где ты взял эту гадость?

Я помотал головой, подумал:

"Вроде и приложило не сильно. Отчего такие глюки? А глупости, померещилось!"

Прислушался. Вокруг стояла мёртвая тишина. Как настоящий экспериментатор, решил эксперимент повторить и вынул ещё одну гранату. Бросить не успел. Перепуганный голос завопил раньше, чем успел вынуть предохранительную пластину:

— Не вздумай! Уничтожу дефективного! Сейчас выпущу десяток лагов, они тебя быстро утилизируют!

На угрозы привык реагировать адекватно.

— Попробуй! У меня ещё три гранаты есть и ещё кое-что имеется. Вот и посмотрим, кто кого уничтожит? Лагов грозишься выпустить? Давай! Не знаю, что это за гадость, но кто кого утилизирует ни ты, ни они не узнают. Сейчас подтяну обе артиллерийские телеги и весь свой отряд. Посмотрим, что останется от твоих генераторов и…, лагов! Давай начинай, несчастный!

В этот раз мне ответили мгновенно, но голос оставался испуганным, а не гневным:

— Подожди, подожди! Не бушуй! Я уже сообщим профессору, он уже идёт! Поговори с ним…

Мой ступор уже прошёл. Пытаться понять, что происходит? Я не мог, поэтому решил подождать, но гранату в сумку не стал прятать, держал её на виду в руке. Демонстрируя серьёзность своих намерений. Выдернуть предохранительную пластину и бросить её мог быстро. Несколько минут царила тишина, а потом я услышал разговор. Было такое впечатление, что забыли отключить микрофон.

— Ассистент Туб! Что у тебя случилось? Ты оторвал меня от работы. Думаешь, я там гуляю?

У того кто это говорил, был густой зычный голос. Ответил ему уже знакомый мне голос:

— Гор профессор! Я знаю, что Вы очень заняты и не осмелился бы Вас беспокоить, но здесь взбесившийся носитель бросил камень в защитный экран и этот камень взорвался. Генераторы едва не перегорели! И он хочет бросить ещё такой же камень! Да и угрожает своими воинами и ещё более мощным оружием.

— Камень взорвался? Ты ничего не путаешь Туб? Откуда здесь могут быть взрывающиеся камни? Это тебе показалось!

Ответил ему зычный голос. Остаться в стороне от их разговора я не посчитал нужным:

— Ну, профессор! Верить своим сотрудникам нужно. Сейчас повторим эксперимент. У меня "взрывающихся камней" ещё есть с собой немного, правда эти "камни" называются "гранаты", но есть у меня в запасе ещё и снаряды. Это штука посильнее, так рванёт, что звон в голове останется надолго, но спешить не будем. Продолжим знакомство малыми дозами. Так что ассистент пишите в журнале лабораторных испытаний:

"Опыт Љ 2. Проводится эксперимент. Тема: выдержат ли генераторы взрывную волну от второй гранаты?"

Записал? Внимание, бросаю!

И я приготовился выдернуть пластину и бросить гранату, но меня остановил вопль ужаса ассистента и голос "профессора":

— Не вздумайте! Давайте поговорим. Откуда Вам известны понятия слов: "эксперимент", "опыт", "лабораторный журнал"? Носители не могут знать этих слов и понятий! Это какое-то недоразумение. Такого не бывает! Это противоречит всей концепции создания и уровня развития носителей!

Ему ответил дрожащий голос ассистента.

— Гор профессор! Судя по показаниям приборов, активность и мощность излучения разума этого носителя в несколько раз больше эталонна. Это, как я думаю, носитель с разумом того, неудавшегося Вашего эксперимента! Ну, того эксперимента, который проводили Вы чуть более полтора лет назад. Вы пытались возвратить разум старшего ассистента Вола. Но не получилось! Вот Вам и пришлось, тот бракованный разум выбросить в мир носителей под купол! Это бракованный носитель! Его нужно утилизировать.

Услышав такое о себе, решил вмешаться.

— Я тебя сейчас утилизирую. Козёл. Ещё раз это слово произнесёшь? Тебя собирать будут по молекулам. Если сумеют. Умник! Макака краснозадая. Горилла ободранная.

Добавив ещё десяток слов из лексикона ругающегося интеллигента, я снова приготовился метнуть гранату, понял, что они в отличие от меня, могли меня видеть. Как и рассчитывал, вмешался профессор:

— Прекратите эти крики! Здесь распоряжаюсь я. Туб открой проход! А Вы не делайте глупостей! Прекратите угрожать! Входите и поговорим, если Вы такой образованный и Ваш разум с Вами.

В полусотне шагов от меня, прямо передо мной в далеко уходящем горизонте-обмане вдруг открылся квадрат прохода. Не колеблясь, я прошёл в него и оказался в небольшом, ограниченном с трёх сторон пространстве помещения с полом и потолком. Дверь-стена за мной закрылась, я оказался в квадратном закрытом глухом коробе 2х2 метра, освещение сочилось из стен. За исключением света, размеры этого помещения Вам ничего не напоминают? Вот и мне напомнили. Но мои гранаты были со мной, одну так и держал в руке. Поэтому страха не испытывал, было только любопытство, очень всё было диковинным, нереальным.

Свет в помещении начал меняться, разноцветными волнами он накатывался на меня. Эти волны как бы струились по моей одежде и доспехам, стекая вниз и накатываясь снова. Так продолжалось минут пять. Но вот свет стабилизировался и прекратил бегать по мне. Металлический голос произнёс:

— Дезактивация закончена! Снимите шлем скафандра и пройдите тестирование на соответствие параметрам человека.

Из стены выдвинулась панель. Верхняя её часть раскрылась. В правой части в углублении лежал широкий обруч жёлтого цвета, а слева на нижней части панели мигал силуэт человеческой ладони. Тот же металлический голос произнёс:

— Оденьте, датчик-считыватель информации на голову, а левую руку положите на экспресс-панель. Поторопитесь. При неполучении информации автоматически включится режим утилизации. Начинаю отсчёт: десять, девять…

5
{"b":"133719","o":1}