ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Переключила рацию на частоту группы и приказала:

— "Третьему" и "четвёртому"! Нейтрализовать огрызок во дворе. Вместе с "пятым" и "шестым" блокировать окна и двери. Я и "второй" входим в дом. Начали! Оружие применять только в крайнем случае!

Бросила на сидение рацию и устремилась к дому. Парня маячившего во дворе уже скрутили. Я рванула дверь и влетела в дом. Расположения комнат его мы не знали. Где находились бандиты? Тоже было неизвестно. Так бывает всегда. Когда события развиваются сами по себе. Не зависимо от вас. Это и был наш случай. Александр чуть приотстал. Вскочила в тамбур и дёрнула следующую дверь. Очутилась в коридоре. И была там, увы, не одна.

В коридоре стоял главарь. В руке он держал пистолет. Чёрный зрачок ствола смотрел на меня. Я замерла. За все годы работы смерть впервые смотрела на меня. Когда-то на курсах нас учили не теряться в таких ситуациях. А действовать. Но это было давно. Всё уже забыла. Так и застыла. Как кролик на удава смотрела на чёрное отверстие ствола.

Говорят в такие минуты, перед глазами человека проходит вся его жизнь. Не знаю! Наверно у кого как. У меня не то, что жизни перед глазами! Даже мыслей никаких не было. Я застыла и закрыла глаза. Смотреть на чёрное отверстие ствола пистолета? Ждать когда из него вылетит моя смерть? Сил не было. Спасло меня то, что бандит тоже растерялся. Он ожидал увидеть мужчину. А тут? Растрёпанная барышня с пустыми руками и ужасом на лице. Вот и заколебался.

Вбежавший вслед за мной Александр не колебался. Да и пистолет был в его руке. Звук выстрела оглушил меня. Над головой свистнуло. Главарь сполз по стене с отверстием под глазом.

Метнулась к стене. За спиной Александра мелькнула фигура человека. Я отметила это где-то уголком сознания. Но даже не шевельнулась. Только сжалась. Толку от меня кроме созерцателя было никакого. Шок пережитого ещё не отпустил.

Александр не растерялся и среагировал. Толи почувствовал возникшего за спиной противника. Толи среагировал на мой испуг. Действовал грамотно. Локтем правой руки он ударил в гортань выскочившего сзади человека. И продолжил бежать вперёд в последнюю комнату. Оттуда раздались короткие звуки ударов. С трудом оторвалась от стены. Добралась до последней комнаты. Там всё было кончено. В углу прикованный наручниками к скобам сидел мужчина лет 50. Он был без сознания. На полу лежал здоровый парень. Он тоже был в другом измерении. Но наш мир не покинул. Рядом валялся окровавленный тесак. Александр уже сковал его вывернутые руки. В этот момент он был занят. Одевал браслеты. На ноги лежавшего парня. На меня внимания он не обращал. И правильно делал. Я всё ещё была в шоке. И стояла обычным столбом. Просто прислонившись к косяку двери. Посторонний зритель.

Александр окончил пеленать пленного. Охлопал его карманы и протиснулся мимо меня в коридор. Я повернулась и наблюдала за ним.

В гортань бандиту, выскочившему из комнаты за его спиной, он попал хорошо. Этот удар считается смертельным. Лежавший на полу бандит уже был просто трупом.

Александр охлопал его карманы. Поставил тело у стены. Подпёр лестницей. Взял пистолет главаря и выстрелил телу в разбитую гортань. Убрал лестницу. Тело упало на пол. Какой-то тряпкой он протёр свой и главаря пистолеты. Затем вложил их в руки обоих трупов. Внимательно осмотрел созданную им картину. Александр удовлетворённо качнул головой и позвал одного из наших. Крикнул ему, что бы он принёс чемодан первой помощи. Штатная машина имела много нужных предметов. Я стояла как мебель интерьера. Не мешала и не помогала.

Похищенному кооператору оказали помощь. Вкатали дозу обезболивающего и чего-то для поддержания работы сердца. Его мизинец и безымянный палец лишились фаланг и обильно кровоточили. А сам истязаемый лишился сознания. Пальцы или их обрубки забинтовали. Отстегнули от скоб и вынесли во двор. На скамейку бросили одеяло и укутали страдальца.

Бандитов так и оставили валяться скованными. Любят наручники надевать на других? Пусть попробуют, каково в них быть. Я уже отошла. Могла ходить. Немного говорить и соображать.

Приказа всем спрятать оружие и говорить, что мы его не имели. Я не дала команды получать. Разгильдяйка! Приказ не выполнила! Начальству всегда лучше оставить зацепку. За что употребить подчинённого. Так им проще. Виновный уже есть и они не будут искать сами. За что уцепиться? Намылить ему шею для профилактики положено. Начальство беречь надо!

Царапину на голове замотала как смертельное ранение. Сооружение на голове мне очень шло. Раненая героиня! Вдруг пожалеют болезную?

Расселись по машинам. Уже не прятались. Охраняли место боя. Успели даже вздремнуть. Разбудил визг тормозов. Из подъехавшего автобуса "ПАЗ" выскакивали бойцы группы захвата. Не обращая внимания на нас. Они окружали дачу. Прикрывали друг друга и грамотно захватили дом.

"Интересно! А если бы из дома пальнули? Что бы они делали? Замерли бы как я. Или забросали бы дом гранатами и разнесли бы на молекулы?"

Вопрос так и остался вопросом. А потом мне стало не до него. Старший офицер группы захвата бросил в рацию:

— Чисто!

Сигнала ждали. Вой сирен распугал ворон. Появилось начальство и вспомогательные службы. Криминалисты, фотографы, следователи. В первую очередь взяли интервью у нас.

Два наших руководителя и прокурор выслушали мой рассказ по очереди. Повторилась три раза. Милицейский подполковник дождался своей очереди и грозно потребовал. Рассказать ему в четвёртый раз. Я его честно послала. Он беспомощно посмотрел по сторонам и назвал меня. Одним словом. Это слово обозначает женский род. У собак. И отошёл. Мои товарищи поймать меня успели. И я ответила ему устно. Потом всё списала на шок от ранения.

Начальство не стеснялось. На наших глазах оно собирало на нас компромат. Так на всякий случай. Сразу потребовали сдать оружие. На экспертизу. Все члены группы сделали удивлённые глаза и сообщили. Оружия у них нет! Команды получать его не было. Я тут же покаялась. Виновата! Не передала приказ получать оружие. Очень волновалась. Забыла. Нас выслушали. Но на всякий случай обыскали. Мужчин из группы охлопали быстро. Дальше была загвоздка. Женщин среди начальства не было! А как обыскать меня и прапорщика? Двух женщин? По глазам видела. Обыскать нас были рады. Но вокруг куча свидетелей. Ещё в политотдел доложат! Потом не отмоешься. Глубоко вздохнули и нашли выход.

У команды одной из прибывших карет " Скорой помощи" забрали халаты. Нам предложили снять одежду и плотно закутаться в халаты. Одежду обыскали. Нас осмотрели глазами без рук. Я от непонимания сняла лифчик и трусы. Халат предложила распахнуть. С сожалением все отказались. Ну и ладно!

Подбежавший прокурор радостно сообщил, что возбуждает уголовное дело. С громким названием: "О правомерности применения оружия" при выполнении задания. Узнал, что оружия у нас нет. Поскучнел и озадачился. У нас изъяли все записи. И отправили вон! Приказали завтра всем явиться в управление. Мы и уехали.

Мучили ещё недели две. А потом отстали. Потеряли интерес.

Мне это дело принесло майорские погоны. Последнее звание полученное мной. Но я об этом не знала.

И пошла обычная работа.

На следующий год появились новые государства, и новые президенты. А СССР и президента этой страны не стало. Но контора делала вид, что всё нормально. Работала. Будто ничего не менялось. Жизнь продолжалась. Дел хватало. Мы, и раскручивали одно из дел с первыми фальшивыми "авизо". Сколько вреда эти афёры нанесли? Узнают наверно не скоро. Если разберутся. Когда-нибудь.

А пока над конторой сгущались тучи.

В августе 1991 года, произошло событие. Оно получило громкое название "августовский путч". Хотя эту неуклюжую попытку сохранить СССР и своё влияние назвать трудно. Группа членов ЦК КПСС сыграла плохой спектакль. С бездарными актёрами. Об этом можно было бы и не говорить. Но в этот комитет под аббревиатурой ГКЧП, влез и наш председатель. Их действия похоронили СССР, КПСС и нашу контору.

27
{"b":"133721","o":1}