ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ничего удивительного в этом не было. Политизированы были все министры, а уж наш председатель другим быть не мог. Мы ведь официально считались передовым отрядом бойцов партии. Хотя и были просто клерками выполнявшими приказы. Как и тысячи других клерков страны. Новые власти КГБ не доверяли. Тени Берии и Андропова пугали всех. Или так случилось. Узнаем лет через 80. Но факт остаётся фактом. Контору похоронили. Облили грязью. Сначала реформировали. Получилось что-то расчленённое по кускам. Первое управление стало СВР. Службой внешней разведки. Погранвойска вывели и назвали Департаментом пограничной охраны. Следственное управление вывели и разбросали по МВД и Генеральной прокуратуре. Оставшиеся службы начали сокращать. Так как сократились задачи. Мы умирали и цеплялись за жизнь. Пытались что-то делать. В стране происходило много интересного и непонятного. Кое о чём из последних дел и расскажу. Ибо поучаствовать в них досталось и мне.

Это было дело с фальшивыми "авизо".

Уже говорила. Просто напоминаю. Активно в Москве чеченские криминальные группы начали появляться в 1987 году. Они сначала робко, а потом всё уверенней захватывали гостиницы и весь криминальный бизнес возле них. При СССР были другие условия. По сравнению с 1992–1996 годами криминал был детским. Проявлял себя в разных видах хозяйственной деятельности. Проституция, валютчики, подпольное производство, так называемые "цеховики", кражи, угоны автотранспорта масштабы этого всего были не большие. Возле гостиниц в основном крутился представлявший для криминала интерес контингент первых двух категорий. Во всех крупных гостиницах его и прибрал к рукам чеченский криминал.

1988–1991 годы были бурным расцветом кооперативного движения и криминала. Кооперативные кафе, рестораны, видеосалоны, парикмахерские, гостиницы росли как грибы. Этого много было и в других отраслях. Но я говорю о том, что было перед моими глазами. Денег появлялось всё больше. Делались они из воздуха. Я уже рассказывала, как это происходило в нашей гостинице и ресторане. Так было везде. Мы не были одиноки или оригинальны.

Рос и криминал. Спортсмены. Бывшие афганцы. Всякий кто считал себя крутым и жестоким сбивал группы и доил новую поросль делавших деньги из воздуха. Это происходило скрытно. Кооператоры в органы не жаловались по двум причинам. Первая. Это пресловутый указ министра МВД. Вторая ещё проще. Все прекрасно понимали, что делают всё не законно. Работали все на государственном сырье и оборудовании за счет государственных предприятий. По разным фиктивным договорам. Делалось это открыто. Особо не таились. Но не законность своих деяний понимали. Приходилось разбираться и между собой. То долги не отдавали. То по договорам не платили. Поэтому когда появлялись "рэкетиры" особо не сопротивлялись. Шли под них. Надеясь на защиту и помощь. Поборы "рэкета" перекладывали на покупателей. Чуть увеличивали цены.

Все гостиниц и прилегающий к ним бизнес забрали под себя чеченские группировки. Они жёстко защищали свои владения от других группировок. Были у них и высокие покровители. Посмотрите списки фамилий людей стоящих у власти в те годы. Лезть в эти дебри и перечислять не хочу. Не о политике и власти мой рассказ.

Постепенно этот гостиничный сектор признали вотчиной чеченцев. Остальные туда не лезли. Вы только не подумайте, что все чеченцы были одной большой группировкой. Нет! Это были отдельные не связанные между собой группы со своими лидерами. И как все остальные они конкурировали и враждовали между собой. Это почему-то не говорилось нигде.

Вот и в нашей гостинице обосновалась такая группа. Было их около двух десятков. Позже выяснила. Эта группировка была криминальным интернационалом. Но почему-то все даже наше начальство считало их чеченской группировкой. Им виднее.

В нашей гостинице им платили все. Директор гостиницы выделил им бесплатно три номера и ещё платил. Наш директор ресторана кооператор тоже участвовал в этом процессе. Ну и ещё куча других кооперативов образовавшихся при нашей гостинице. Парикмахерский салон, салон красоты, видеосалон, авторемонтная мастерская и мойка машин, обосновавшиеся в подземном гараже гостиницы. Ну и конечно девочки сексуальной индустрии.

А мы за ними присматривали. Фиксировали их связи и осматривали вещи. А они особо не прятались. Толи от наглости. Толи от безнаказанности. Других причин не представляю. В конце каждой недели я исписывала десятки листов доклада в контору. Тогда и получила эту болезнь неприязнь к писанию бумаг.

Вот в связи свыше сказанным с радостью отвлекалась на обычную работу. Старалась отдалить тот момент, когда нужно брать в руки ручку.

Это был обычный день. И я обычно осматривала номер главаря жившей у нас группировки. Осмотреть осталось чемодан и дипломат. Открыла чемодан и замерла. Он был заполнен пачками денег. Пока фотографировала деньги и их номера. Голова была не занята ну и думала.

"Интересно! Где они набрали столько денег? С наших кооператоров? Не реально! С них и за год столько не собрать"

Покончила с деньгами. А ответа на свой вопрос так и не нашла. Взялась за осмотр дипломата. Открыла и опять замерла. Он был полон печатей и бланков. Бланки сфотографировала. Печати взяла и принялась ставить оттиски на листах бумаги. На всякий случай делала два экземпляра оттисков. Закончила. Сложила всё и убрала на место. Привычно осмотрелась. Убедилась следов не оставила и покинула номер.

У себя в служебной комнатушке написала рапорт и осмотрела листки с оттисками. Оттиски были чёткие. Хорошо читались. Второй экземпляр был не нужен. Вложила в конверт своё произведение служебного жанра и один экземпляр оттисков печатей. Приготовилась уничтожить второй не нужный экземпляр оттисков печатей. Перед этим пробегала листки глазами. Печати кооперативов не удивили. Тут всё ясно. Всё не нужное сжигала на металлическом совке для мусора. Вот уже два листка отправились в огонь. Третий задержала в руках. На этом листе были оттиски печатей разных банков. На печатях были разные надписи. Смысла их не понимала. В банковских делах не разбиралась. Этот листок оставила. Решила проконсультироваться. Просто было любопытно.

Не далеко от моего дома находился Промстройбанк. В свой выходной день отправилась за консультацией. Слегка загримировавшись. Привычка не показывать своё лицо жила во мне. Шляпка, шарфик, свободная одежда изменили меня. Так и пришла в банк. Постовому на входе предъявила своё удостоверение. Он взглянул в него. С любопытством посмотрел на меня и отдал честь. Вопросы майору КГБ задавать тогда мог только человек не пригодный к службе и работе. Где угодно по состоянию мозгов, а милиционер медкомиссию прошёл. И был признан годным. Проблем с проходом в банк не было. Я гордо пошла. Куда глаза глядят. Благо хоть читать умела. Что вычитала то и нашла. Через 15 минут сидела в огромной приёмной и подвергалась строгому допросу бдительной секретарши. Приведу его полностью. Всё равно сидела и скучала вот и запомнила.

— Вы к кому? Вам назначено? Какой у вас вопрос? Сегодня не приёмный день. Заместитель сейчас у управляющего. Вас не примет. А как вы сюда попали? Кто выписал пропуск?

Это и был монолог. Описала его точно. Слово в слово. Добавить к нему нужно только радостно-торжествующее выражение её лица. Моё участие не требовалось. Слово предоставили только в конце. Ответила злорадно:

— Примет!

Всё остальное оставила без ответа. Как и любая женщина была зловредна. Чуть-чуть. Тогда ещё не вызывали охрану и не выводили прочь. Секретарша и ответила в духе времени. Обиженно поджала губы и занялась своими делами. Так и сидели молча. Через полчаса в приёмную вошёл мужчина лет 50. Он был среднего роста полный в строгом чёрном костюме, белой рубашке и тёмном галстуке. Высокий лоб с залысинами когда-то густых волос. Скользнул по мне безразличным взглядом и собирался пройти мимо. Секретарша презрительно смотрела на меня. Ехидная улыбка лежала на её губах.

"Вот заноза! Ну, погоди! Сейчас тебе дам урок!"

28
{"b":"133721","o":1}