ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Из этих дней один случай запомнился мне.

В этот день ощутил себя счастливым человеком. Потом часто вспоминал тепло детской ручки в своей ладони и безграничное счастье, заполнившее тогда мою душу. Эти воспоминания согревали меня. Вызывали улыбку на лице, когда холод и голод терзали моё грязное тело. Одетое в старое и грязное тряпье. Произошёл этот случай в одном из магазинов Москвы. Туда забрёл, скитаясь по городу, что бы согреться. Слиться с празднично суетящейся толпой.

Войдя в магазин, это был ЦУМ, встал в стороне. Стоял и рассматривал людей. Ощущал тепло, оно расходилось по моему озябшему телу. Мой взгляд скользил по сторонам, не задерживаясь ни на ком. Внезапно что-то привлекло мой блуждающий взгляд. Сначала не понял и растерянно начал вертеть головой. Тогда и увидел стоящую девочку лет 5–6. Она прижалась к стеклу витрины и горько плакала. Тёрла глаза кулачками. Мимо сновали спешащие люди. У них были свои дела, свои заботы. И никому не было дела до плачущего ребёнка. Что-то сдавило сердце, перехватило дыхание. С трудом вдохнул воздуха, устремился к девочке. Подошёл и присел перед ней на корточки. Люди безразлично огибали нас. Стремились к своей цели. Опыта общения с детьми у меня не было. Сразу растерялся и не знал, как начать разговор. Но молчать было глупо. Осипшим голосом спросил:

— Это, чего плачем маленькая фея?

Звук моего голоса заставил девочку отнять кулачки от лица и поднять на меня заплаканные глаза. По её щекам катились слёзы.

— Я не фея! Я Мила!

Решительно произнесла девчушка. И тут же продолжила:

— Плачу потому, что потеряла маму! Страшно! Что так трудно понять!

От такого напора растерялся и ответил не сразу. Но улыбнулся и серьёзно сказал:

— Понял! Маму твою найдём! Не плачь!

Девочка серьёзно посмотрела на меня. Перестала плакать. Тут же задала вопрос:

— Ты Чип или Дэйв? Тогда за работу!

Кто такие названные ей по странным именам люди? Не знал. Но на всякий случай мотнул головой. Оставил проблему решения ответа за ней. Перестала плакать? Это хорошо! А дальше посмотрим. Как искать её мать? Себе не представлял. Раздумывал не долго. Поднял девочку на руки. Посадил её себе на шею и с криком:

"Мама! Где ты? Мила ищет тебя! Найдись поскорей!"

Принялся крутиться на месте. Поворачиваясь во все стороны. Девочка с радостным смехом вторила мне. Голос у меня с детства был не тихий. В народе такой голос называют "командирским". Вот и ревел изо всех сил. Народ оценил мой голос. Гомон немного стих. И под сводами ЦУМ мой зов был слышен далеко.

Ответный крик раздался вскоре. Ко мне пробираясь, мимо расступающихся людей, бежала женщина. Высокая блондинка в норковой шубе и такой же шапочке. Подбежав, она схватила девочку, которую снял со своей шеи.

— Мила! Я же сказала тебе сидеть на скамеечке и никуда не уходить!

Девочка серьёзно посмотрела на неё и ответила:

— Ты уверенна, что можно сидеть так долго? Да и если бы я сидела, как бы нашли меня спасатели? Понимаешь?

Женщина счастливо смеялась, прижимая дочь к себе. Она горячо благодарила меня. И в это мгновение я был счастлив! Забыл о своём одиночестве. Женщина повернулась. Она собиралась уходить и здесь девочка поняла, что мы расстаемся. Она обратилась к матери:

— Мам! Давай заберём с собой спасателя! Вдруг я снова потеряюсь? И ему надо будет искать меня? А так он будет рядом!

Моё сердце сжалось. Ком застрял в горле. Готов был расплакаться. Не мог произнести ни слова. Выручила женщина. Она серьёзно сказала дочери:

— Солнышко! Ведь спасатель должен спасать и других потерявшихся детей! У него много работы. Если мы его заберём? Он же не сможет помогать другим детям.

Девочка подумала. И потянулась ко мне. Я присел на корточки. Она обняла меня за шею и сказала:

— Я была не права! Спасибо, что нашёл меня! Жалко, что нужно расстаться! Но ты не волнуйся! Я скоро потеряюсь! И мы увидимся!

Они скрылись в толпе, в водовороте снующего народа. А я стоял и долго смотрел на место поглотившее их. Это была минута счастья! Она и осталась в моей душе, в моём сердце.

В этот день приехал домой в приподнятом настроении. Даже мурлыкал что-то себе под нос. А утром следующего дня опять навалилась хандра. В таком настроении и встретил Новый год. 1997. Что он мне принесёт? Даже не думал. Уже ни о чём не мечтал. Встретил его по привычке, но без былой радости. Накрыл скромный стол. Варёная картошка, солёная капуста, селёдка с луком и подсолнечным маслом, варёная колбаса и бутылка водки. О былых разносолах и ломящихся столах скромному пенсионеру пришлось забить. Переживать или плакать? Смысла не было. Былое не воротишь. Ушедшие годы не вернёшь. Действительность не изменишь.

Телевизор показывал радость страны и людей. Сытые и весёлые они радостно встречали Новый год. Надеялись на то, что он будет лучше предыдущего и принесёт удачу, благополучие и радость. Я об этом даже не думал и не мечтал. Какие счастливые перемены могли ждать меня? Какое благополучие? Настроение было паршивое. Светящиеся окна домов, радостные возгласы, смех, музыка, только раздражали. Моё будущее было понятно. Радоваться ему было глупо. Выпил стакан водки. Выключил телевизор. Так и не дожидался президентских поздравлений и боя курантов. На душе было тоскливо. Спасаясь от слёз и мыслей, лёг спать.

Так и встретил Новый год в новом качестве. Одинокого пенсионера. До самого Рождества теперь праздновал его народ. Страна отдыхала, веселилась. А я из квартиры не выходил. Питался тем, что было. И мечтал об одном. Быстрее бы заканчивались эти праздники. Хотя какое это имело значение? Для меня. Но припасов у меня было не много. Они и закончилось быстро. Моя щетина превратилась в куцую седую бороду. В таком виде и вышёл в магазин пополнить запасы. Зима в этом году на снег не поскупилась. Он лежал везде огромными сугробами. Напоминая Заполярье. Чистили только дороги и дорожки к подъездам домов. А так снег создавал фон всему пейзажу. Поход был не долгим. Мои ресурсы позволяли приобрести только самое необходимое. С тощим пакетом и вернулся в квартиру.

И потянулись обычные дни. Один день ничем не отличить от другого. Вот и тянулись. Только моя отрастающая седая с рыжими волосами борода указывала на проходящее время. Сидеть в квартире целыми днями было трудно. Спасаясь от этого нудного безделья, возобновил свои поездки в Москву. Был вроде при деле. Делал вид, что очень занят. Уезжал утром и возвращался вечером. Этот самообман позволял чувствовать себя человеком.

Пришёл февраль. 10-го числа получил пенсию и как обычно отправился в поход по Москве. Наобум проходил проходными дворами улицы Казакова. Попадал в тупики. Возвращался назад и шёл дальше. Увы! Забыл, что рядом Курский вокзал. Возле него крутились нищие, бродяги, наркоманы и прочий контингент не безопасного народа. Видно попал на глаза какой-то компании. Но преследования не заметил.

В себя пришёл в койке. Она стояла в коридоре, Первой Градской больницы. Меня доставили с черепно-мозговой травмой и обморожением конечностей. Без одежды и документов. По укоренившейся северной привычке всё таскал с собой. Лишился всего в один момент.

В бессознательном состоянии пролежал неделю. Стукнули хорошо. От души. Пришёл в себя и ещё две недели не мог вспомнить. Кто я такой? Молодой сержант милиции ходил неделю пытался выяснить. Кто я? Потом он пропал. Обмороженные руки, ноги и лицо отошли. Отпали струпья. Но в этих местах покрылся тёмными пятнами. Они делали меня безобразным и страшным.

Два месяца меня продержали в больнице. Затем передали в спецприёмник. В конце мая выпустили оттуда на все четыре стороны. В чужой одежде без документов и денег. Дали справку и отправили по месту жительства. Борода и выросшие волосы скрывали моё лицо обезображенное пятнами тёмной кожи. Вид имел ещё тот. Руки с тёмными пятнами скрыть было не возможно. В таком виде и поехал в Рузу. Имея две справки. Одну из больницы и вторую из спецприёмника. К этому времени уже кое-что о себе вспомнил.

35
{"b":"133723","o":1}