ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но оставим грустное раздумье, Виктор въезжал в город.

Если Вам приходилось путешествовать по городам глубинки, времён первых пятилеток сгинувшей страны или городов суровых лет войны, то Вы заметили их идентичность. Понятно, общие принципы градостроения, общие понятия о величии и могуществе страны, диктовали общие постулаты, лежавшие в основе всего. Из вообще-то низкокачественных материалов строили громоздкие, величественные здания на века. Раньше их постоянно ремонтировали, теперь они стояли потрескавшиеся, облупившиеся, памятники той жизни. Власть из них перебралась, в величественные дворцы из гранита, мрамора, стекла и металла. Их окружали новые дома, где жили люди власти и местные олигархи, правда, эти дома тоже были построены не из самых лучших материалов, которых просто не было, ибо все старались затраты уменьшить, а прибыль увеличить. Понятие качество материалов сюда не вписывалось. Но внешне новые дома выглядели красиво, а дальше стояли ободранные дома, где жил народа. Они были под стать тем оставленным старой властью зданиям. Те здания более гармонировали с реальной жизнью города и его жителей. Как не странно но, как и раньше всё везде было идентично. Города-близнецы. Убрать названия и можно запутаться, где какой город. Виктора вопросы архитектуры и градостроения не интересовали. У него были свои задачи. Вначале выполнил самое важное дело, посетил местную вышку ретранслятора и установил блок излучателя-усилителя. Вторим этапом, посетил офис фирмы, куда был командирован и по их рекомендации снял номер в старой гостинице, затерявшейся между облупленных пятиэтажек детищ времён 60-х годов. За этими хлопотами незаметно наступил вечер. Зажглись редкие огни частично работающих фонарей. Как и все провинциальные города, этот город засыпал рано, но и просыпался чуть свет, хотя смысла в этом не было. Градообразующий завод на 2/3 лежал заброшенным. Времена заводов-гигантов прошли, но народ жил по установившемуся графику. Пытаясь скрыться в иллюзиях памяти от незавидной действительности.

В этом городе впервые Виктор реконструировал события октября, скомканные, но полные. Ему самому было посмотреть на всё интересно. Вечером поужинав, он лёг спать рано. События должны были начаться с 07. 30 на местном вокзале и Виктору хотелось успеть к их началу.

Ночь прошла. Вместе с городом Виктор встал в 06.20. Давно погасли фонари. День хмурый и серый наступал неохотно. Это было удивительно. Вчера было ясно и солнечно, а за ночь небо обложили тучи, полностью закрыв его голубизну и солнце. Такое ли небо было в тот исторический день? Пребывающих во здравии свидетелей тех лет уже не осталось, новое поколение вообще тех событий не знало. В этом Виктор смог убедиться лично.

Здание вокзала, давно забывшее понятие ремонта было полно снующего народа. Одни что-то продавали, но большинство куда-то ехали. Возле касс толпились, ругались и спорили люди разных возрастов. Дежурный милиционер курил стоя у входа. Его смена уже заканчивалась, он просто тянул время. Две старушки просили милостыню. Стайка молодёжи о чём-то оживлённо говорила. Остальные люди входили и выходили из здания вокзала. В это время на вокзальную площадь въехал странный автомобиль. Зелёного цвета на нешироких колёсах, весь закрытый с башней сверху, из которой торчали две ребристых трубы закрытые на конце с выходящими тонкими трубками. Двигатель этого автомобиля работал со звуком двигателя мотоцикла, выбрасывая кольца сизого дыма. Возле этого странного автомобиля крутилось шестеро крепких мужчин в косоворотках, сапогах и картузах. Они курили "самокрутки", которые беспрестанно крутили из газет. Запах крепкого самосада привлёк внимание снующих возле вокзала людей. Они останавливались, смотрели на происходящее с интересом. Двое парнишек лет по 9-10 достали фломастеры и направились к странному автомобилю. Покрутившись, они пристроились сбоку и пытались что-то изобразить на его бортах. Увы, у них ничего не получалось. Поверхность бортов оставалась девственно чистой. Расстроенные ребята вернулись к родителям. Вышедший, из здания вокзала пожилой мужчина, посмотрел на автомобиль и присвистнул:

— Смотрите, это же броневик! Что кино снимают?

Ему никто не ответил, толи название автомобиля ничего не говорило стоявшим молодым людям, толи просто никто не знал, что здесь происходит. В этот момент из-за кустов, окаймлявших привокзальную площадь, пригнувшись, выскочил невысокий, плотный человек в чёрном пальто и глубоко натянутой на голову большой кепке. Он быстро посеменил к стоявшему автомобилю. Увидев его, мужчины в косоворотках и картузах, чадившие у автомобиля, радостно загалдели:

— Товарищ Иванов! Товарищ Иванов!

Выбросив свои "сигареты", они подняли прибывшего и забросили его наверх автомобиля. Человек перекатившись, ловко зацепился за торчавшие из башни трубы, встал на ноги, снял с головы кепку, обнажив лысину. Зажав кепку в руке, он вытянул её вперёд, картавя, произнёс:

— Товарищи! Октябрьская революция свершилась! Вам доверено свергнуть министров-капиталистов! Вперёд!

Эти его слова оказались волшебным заклинанием. Со всех сторон на площадь начали выскакивать солдаты, матросы, люди в промасленных спецовках и крестьянских свитках. Всё это было бы мелочи, но в их руках и за спинами были длинные винтовки с примкнутыми четырёхгранными штыками. Матросы были обмотаны пулемётными лентами. Эта толпа неистово кричала. Оглушительно хлопали выстрелы. Народ возле вокзала среагировал предсказуемо. Все дружно бросились в здание вокзала, отчаянно толкаясь в дверях. Милиционер сражался в первых рядах. Огромное количество вооружённых людей, выстрелы, были поняты им правильно. Его дежурство закончилось, подвергаться смертельной опасности он не собирался. Как люди не старались проникнуть в здание вокзала, им это не удавалось. Из здания вокзала им навстречу рвалась такая же агрессивная толпа. Там тоже была паника. К вокзалу подошёл состав теплушек, их тащил настоящий паровоз! Окутавшись облаком пара, паровоз оглушительно загудел. По этому сигналу открылись двери теплушек и из них горохом посыпались люди с винтовками. Они заполнили перрон, спасаясь от этих вооружённых людей, стоявший на перроне народ, бросился в здание вокзала. Две толпы столкнулись. Страх был одинаково сильным у обеих сторон, сражение шло на равных. Занятые спасением люди не видели происходящего. Вооружённые люди с перрона каким-то образом просочились на площадь, покинув перрон, а там, на площади, уже колыхалось море человеческих голов и штыков. Человек на крыше автомобиля повторял одни и те же слова.

— Вперёд! Вперёд!

Вооружённые люди метались и тоже что-то кричали. Они бросались во все стороны, кричали, спорили и возвращались к автомобилю. К оказавшемуся в последних рядах пытающихся протолкнуться в вокзал людей старику обратился матрос:

— Отец! Я член Петроградского ревкома. Где здесь ваш Зимний дворец? Или министры-капиталисты?

Старик затравленно посмотрел на него:

— Сейчас весна! Зимнего дворца в этом году не строили. А наши министры и депутаты теперь все капиталисты. Они заседают во дворце на площади. Идите прямо по проспекту Ленина, не пройдёте мимо. Другие дворцы у нас меньше и беднее. Найдёте сразу!

Матрос просиял:

— Спасибо отец! Революция тебя не забудет! За мной товарищи! Ура!

И вся вооружённая толпа ринулась прочь. Уехал и броневик с человеком на крыше. Вокруг вокзала стало пусто. Паника утихла, народ успокоился и отдышался. А вооружённая толпа неслась по проспекту Ленина, распугивая едущий и идущий народ. Вот она столпилась у дворца областного правительства. Над ней появились лозунги и растяжки:

— "Долой министров-капиталистов", "Власть народу, землю крестьянам, заводы рабочим", "Всю власть Советам!".

Стоявшие матросы, солдаты и рабочие, подняв головы, смотрели на новые государственные атрибуты флаг и герб, укреплённые на фасаде правительственного здания. Они грозили кулаками и трясли винтовками, но дальше этого пока не шли. Все кто находился в здании, осторожно выглядывали в окна, с изумлением и страхом рассматривая бушующую вооруженную толпу. Со стороны толпы ударили гулкие выстрелы, окна мгновенно опустели. Все забрались под столы и затаились там.

40
{"b":"133724","o":1}