ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Все мины установили в отдушинах воздуховодов лаборатории профессора Рута. 47 мин должны были разнести в той лаборатории всё и всех. Но главное заключалось в том, чтобы их не обнаружили. Это было основным условием. Понять не мог одного, мины мы установили сейчас, а как они окажутся в прошлом? Вообще, физика этого процесса была мне непонятна. Думал, что придётся выводить всех наших людей, которые сейчас остались в этом мире, назад в лабораторию. Но Вол сказал, что этого не требуется. Процесс временного возврата вернёт всё на те места, где все находились в том периоде времени и события будут развиваться по новому временному пути. Хотя глубоко всего процесса Вол и сам не знал. Изучением и обоснованием временных перемещений занималась лаборатория гор профессора Эла, его вместе со всеми этими знаниями и лабораторией уничтожили наши профессора, поэтому его знания всего процесса перемещения во времени были очень поверхностны. Вол пытался мне объяснить, как физически происходит процесс возврата в прошлое, но он постоянно переходил на формулы, описывая эти процессы и я запутывался ещё больше. Поэтому эти попытки оставили. Просто поверил Волу, что всё будет так, как нам требуется.

Свои работы закончил. Работавшие со мной асспирант и лаборант присоединились к Волу и его команде, а я бездельничал, отсыпался и отъедался. Этот день так и прошёл в полудрёме. Ночью меня разбудил Вол. Просыпаться нехотелось, но он был настойчив. По моему из моего старого мира он вынес одни гадости. Как там умели будить? Это он усвоил. Свои знания проявил на мне. Результат был ожидаемый, как пуля я вылетел из ставшей мокрой постели. Отчаяно матеря его, а он радостно смеялся. Паскуда! Этот его радостный смех разъярил меня ещё больше. Стоявший на тумбочке кувшин с водой, опустел мгновенно. Его содержимое стекало по голове и одежде Вола на пол моей комнаты. Его смех пропал, но теперь звучал смех мой. Это было прикольно! Ведь звучавшие маты произносил Вол. Особо не мудрствуя, он просто повторял мои маты. Так, как запомнил не все, иссяк быстро. Мои заверения, что теперь мы в расчёте, он не принимал. Сидел и дулся. Стул в моей комнате был в единственном числе. Он достался Волу, он сумел его занять первым. Поэтому мне досталась мокрая кровать. Пока я искал на ней кусочек сухого места, Вол обижаться перестал. За моими поисками смотрел с интересом. Даже начал улыбаться. Убедившись в бесполезности своих поисков сухого места на мокрой кровати, сел на неё и спросил Вола:

— Чего хотел? Не мог до утра дотерпеть?

— Не мог! Аппаратура готова. Осталось определиться с временным пластом и можно начинать. Тянуть время нельзя.

Важно произнёс он в ответ и строго посмотрел на меня. Понял, что он ждёт похвалы и восторга, но этого удовольствия его лишил. Пусть знает, как обливать водой спящего человека! В ответ просто кивнул. Втянувшись в обсуждение вопроса, в какой именно перид времени нужно осуществить перемещение, забыл и об обиде, и о мокрой одежде, и о мокрой постели. Это всё стало несущественным. Ошибиться было нельзя. Вол объяснил, что такого никогда раньше не делал, это был первый эксперимент. Результат был неизвестен. После этого его уточнения, мне стало не очень комфортно, но выбора не было.

За основу расчётов приняли факт возврата Кара. Его сообщение, о неудаче с захватом носителя разума Вола, послужило, для профессора Рута, причиной изменения его планов. Исходя из этого, получалось, что возвращаться нужно было в то время, когда я убил носителя разума Кара в подвале. К такому решению пришли после долгого спора. Виноват в нём был я. Дело в том, что я предлагал вернуться в то время, когда я, Алексей и Слава спускались в тот подвал. Мне очень хотелось избежать смерти Славы, но Вол объяснил, что вернувшись назад, я ничего о развитии тех событий, в этот момент помнить не буду. Вспомню ли потом? Этого он не знал. Вот и остановились на том времени, о котором говорил вначале.

Вол ушёл делать расчёты параметров перемещения, а я взял стопку бумаги и начал записывать все события, которые произошли до этого дня. Спать уже не ложился, писалось легко. Стопка исписанных листков росла, на время внимания не обращал. Вол мне сказал, что записи на бумаге сохраняться и я вновь попав в эту комнату их найду. Верил ли я ему? Скажу честно, сомневался. В голове, перемещение во времени, не укладывалось в рамки действительности, писал просто так, на всякий случай. Особо не надеясь на положительный результат.

Вол пришёл часов через 8–9. Он был уставший и измученный. Я к этому времени успел переодеться в сухую одежду, позавтракать и сложить исписанные листки в шкаф. В общем был готов. Вол зашёл и с порога объявил:

— Расчёты готовы. Сейчас их загружают в компьютер управления аппаратуры перемещения. Ты готов?

Я кивнул и задал вопрос.

— Что мне дальше делать? Нужно идти в комнату лаборатории, где стоит аппаратура?

Вол покачал головой и усталая улыбка появилась на его лице:

— Можешь идти, можешь оставаться здесь. Это значения не имеет. Главное, как говорили в твоём старом мире, молись и верь в удачу. Вот и всё! Ладно, я пошёл. До встречи!

Он ущёл, а я сел на стул. Страх охватил меня. Он сковывал всё тело. Я не знал молитв, что-то там лепетал обращаясь к Богу. Наверно это не правильно? Но я просил его сохранить меня. Только меня! Эти страхи и мысли вдруг исчезли…

… Я осторожно двигался вперёд. Вскоре и сам услышал торопливые шаги убегавшего человека. Мой фонарь светил ему в спину. Кричать ему: Стой? Стрелять буду? Было глупо. Он убегал, а выстрелы сзади вспыхнули с новой силой. Я остановился и вскинул пистолет. Старался целиться в ноги, дважды нажал спуск, смещая ствол. Бежавший человек, упал. Но звук бегущих ног не пропал. Побежал вслед за доносившимся звуком. Пробегая мимо подстреленного мной человека, удивлённо отметил, что он лежит неподвижно. Но в этот момент мне было не до того, бежавшие впереди люди и так имели фору. Подумал "люди" и тут же понял, что бежавших было несколько. Сзади хлопнули ещё два выстрела, гулкое эхо унеслось вперёд, и наступила тишина. Я ускорил свой бег. Сколько бежал? Сказать не берусь. Время толи тянулось, толи летело. Но вот впереди увидел проём открытой двери из подвала. Свет зимнего дня струился в него. Это был выход из подвала. Добавил скорости своим бегущим ногам и выскочил из подвала, взбежал по лестнице и остановился. Спины трёх потрёпанных личностей удалялись в разные стороны. Расстроиться не мог, да и убегавшие люди имели вид бомжей, не один месяц или год проживающих по подвалам. Меня они не интересовали.

Выщелкнул обойму. В ней тускло блеснули три патрона. Четвёртый был в стволе. Из кармашка кобуры достал новую полную обойму, на её место сунул выщелкнутую из пистолета. 9 патронов это лучше четырёх. Вернулся в подвал. Слева в нише горел костёр, вокруг валялись в беспорядке разбросанные тряпки. Понял, что это имущество сбежавших бомжей, прошёл мимо. Остальные два пролёта между парадными были пустыми. Попалось пару крыс, но они быстро разбежались, едва осветил их лучом фонаря. Когда бежал по сторонам не смотрел. Подойдя к подстреленному мной человеку, увидел, что он лежит у открытой двери перегородки, разделявшей подвал. Ему пришлось открывать задвижку этой двери, вот он и задержался, дав мне возможность догнать его. Держа пистолет наготове, толкнул его носком ботинка. Увы, это был труп. Одна из пуль попала ему в бок, вторая перебила шейный позвонок. Очевидно, в момент моих выстрелов он наклонился, надеясь спрятаться от пуль. Так обычно поступает человек никогда не имевший дело с оружием. Чисто человеческий инстинкт. Перевернул тело. В свете фонаря увидел ужас затравленного человека, в его открытых, застывших глазах. Под ним лежал плоский прибор, похожий на виденные мной в рекламах приборы для игры со сменными чипами. Экран прибора светился, по нему бегали какие-то паучки, а в углу его горели два красных треугольника и три зелёных квадрата. Два зелёных квадрата были яркими, а один был бледный. Мне показалось, что он затухает. Сунул находку в карман. Решил разобраться с ней позже. Осмотрел труп человека. Он был одет в ботинки с высокими берцами, ватные брюки и куртку с капюшоном защитного цвета, одежда была относительно чистой и ничем не напоминали одежду бомжа. Обыскивать карманы охоты не было, а взгляд открытых, мёртвых глаз раздражал. Перевернул его назад и пошёл к оставшимся в коридоре ребятам. Выстрелов больше не было, тишина тревожила, но старался надеяться на лучшее. При этом свой пистолет держал наготове. Хорошо помнил:

22
{"b":"133725","o":1}