ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я вздохнула, признавая ее правоту. Вряд ли наш путь будет проходить через поселения, их слишком мало, особенно на расстоянии от столиц. Лес… и ночевка в нем. Не очень радостно.

Пересев на противоположное сидение, я закрыла глаза.

— Малышка!

Я открыла глаза и начала тереть их руками, прогоняя остатки сна.

— Уже приехали? — я повернулась к Цун, и сдавленно охнула от боли в шее. Морщась, сделала несколько наклонов головы в разные стороны, только тогда заметив, что вагон уже практически полон и на меня смотрят пару глаз.

Я перевела взгляд в мутное окно. Было достаточно светло, судя по солнцам, уже окрасившимся в золотисто-алые тона, часов шесть, не больше. Наш поезд как раз проезжал по мосту, пересекая знаменитую и единственную реку Лих. Чуть поодаль, скрывая верхушки в низких облаках, гордо стояли знаменитые, "срезанные" высотки. Выглядели они так, словно в руки ребенку дали ножик и перец, и наказали порезать его на полоски, но по своей неумелости, он не мог нарезать его ровно, получались "заусенцы", вогнутые полукружья, треугольники и зигзаги. Почему-то, у меня возникла именно такая ассоциация. Интересно, а какое преимущество перед стандартными высотками получают эти? Ведь ученые не стали бы делать их такими просто так. Между ними расположились намного меньше по размеру, обычные широкие прямоугольные здания, перемигиваясь яркими огоньками окон. Дальше рассмотреть я не успела, поезд проехал мост, и мимо замелькали неоновые вывески, дороги, сплошь усеянные машинами и пестрыми толпами людей, которые иногда сменялись непроглядной тьмой тоннелей.

— Цун, ты была здесь когда-нибудь? — я отлипла от стекла и села прямо, изредка бросая взгляд на город, надеясь заметить еще что-нибудь интересное.

— Я родилась здесь, — чуть помедлив, ответила она.

— Значит, ты знаешь столицу? — Я радостно подскочила. Вот она мне и объяснит, в чем смысл такой формы здешних высоток, коренные жители ведь должны знать! Но тон, которым она заговорила дальше… нет, даже не он, а едва уловимая примесь чего-то горького, лишил меня желания ее расспрашивать.

— Лучше, чем хотелось бы.

Она закрыла глаза. До самой остановки мы так и не заговорили.

Основная масса пассажиров, переговариваясь каждый о своем, что создавало негромкий гул, вышла вместе с нами.

Я хотела было по привычке скрутить волосы, чтобы их не растрепал ветер, но, дотронувшись до коротких, едва прикрывавших шею их остатков, одернула руку и быстро натянула капюшон.

Поднявшийся ветер от сорвавшегося с места поезда подтолкнул в спину, прочь от рельсов.

Я зачем-то оглянулась и не пожалела об этом.

Надо мной нависало здание. Именно нависало. Теперь понятно, почему было так темно!

Я выбежала чуть вперед, чтобы лучше его рассмотреть. Как оказалось, оно простиралось что слева, что справа, постепенно все больше склоняясь к земле. Да это же дуговая Лаборатория! Вот как она выглядит, а я-то все никак из описания в учебниках не могла представить, что из себя представляет подобная конструкция, вразрез идущая со всякими правилами современного строительства. И ведь не падает столько лет, выглядит очень даже устойчиво и внушительно.

У меня замерло сердце от смеси восторга и восхищения.

— Цун, смотри, смотри! — я чуть не прыгала, указывая пальцем на Лабораторию и счастливо улыбаясь. И мне все равно, что подумают окружающие.

Но она только бросила короткое: "Да, идем", и быстро, очень быстро пошла в сторону входа в вокзал.

Улыбка моя как-то затухла, и я бросилась догонять ее. У меня возникли подозрения, что она не сильно любит родной город…

В принципе, этот вокзал не отличался от предыдущего, а может и отличался чем-то, просто я этих отличий не заметила: такой же пропускной турникет, закрытые, наполовину остекленные кабинки для выдачи билетов, разве что стены были другого, молочно-бежевого, весьма приятного цвета, да люстры не висели, а располагались как бра, только в потолке, а еще было очень шумно, гвалт, переливы мелодии информатора, приятным голосом перечисляющего расписание рейсов — я несколько потерялась, и едва не упустила из виду Цун. На всякий случай, крепко вцепилась в ее рукав, и шла, по возможности, ближе.

Я все-таки нашла отличия — стеклянные двери, и не простые двери, а раздвижные! Причем они раздвигались только тогда, когда к ним подходили люди, а в остальное время были закрыты. Я отцепилась от Цун и сделала шаг назад, двери послушно разъехались, а потом обратно, вперед, и они бесшумно сомкнули створки за моей спиной. Я хотела повторить еще раз, но наткнувшись на ее строгий взгляд, понуро пошла прочь, порой не выдерживая и оглядываясь.

Очень необычный город!

Едва мы вышли на оживленную улицу, Цун повернулась ко мне и заговорила.

— Прости, малышка… — она виновато улыбнулась.

— Ты не любишь это место? — решись озвучить свою догадку я.

Она кивнула.

— Немного. — И тут же перевела неприятную тему. — Ну что, пошли по магазинам?

На этот раз, мы шли не пешком — сели в автобус, который ехал под землей. Цун объяснила (наверно не смогла больше переносить вид моей усиленно думающей физиономии), что это специальные автобусы, предназначенные больше для служащих, но другие люди тоже могут на них передвигаться, и так увеличивается скорость передвижения за счет отсутствия пробок, ведь легковые машины по подземным дорогам не ездят. Я выдала маловразумительное и восторженное "О-о-о…", и стала ждать выезда на поверхность.

Ждала я недолго. Но, к моему сожалению, вокруг были одни "низкие" высотки, и ничего интересного не было видно, кроме клочка закатного, прозрачно-алого неба где-то в вышине.

В супермаркете я предупредила, что съестное я захватила (только сейчас вообще вспомнила о своей сумке, которую все время несла Цун), она засмеялась и потрепала меня по голове, сказав, что нам потребуется не только это. Лавируя меж бесконечных полок, как мне казалось, мы должны были уже как минимум дойти до защитной стены, она нашла нужную, предлагавшую мешки с портативными палатками, и взяла два.

— А почему два? — спросила экономная я. Ведь можно вполне обойтись одной!

— Потому что я знаю, что этот скряга лучше будет спать на холодном камне и под открытым небом, чем потратит деньги для каких-либо удобств. — На мой вопросительный взгляд она пояснила. — Для мужчин это наших.

Я удивилась своей тупости, вроде раньше не часто проявлялась…

Прямо в магазине располагалось небольшая кафешка, в которую упирающуюся меня затащила Цун, мотивируя тем, что я точно голодная, просто не признаюсь. Что-то она все больше напоминает мне заботливую мамочку. Поначалу, я из вежливости давилась заказанной жареной картошкой и большим шматом мяса, порезанным на кусочки той же Цун, но потом напал аппетит, и я смела все с тарелки под ее довольный взгляд. Свою-то порцию она, явно мне в пример, съела быстро.

Расплатившись за покупки и еду, вышли наружу, где заметно потемнело и сели на очередной "подземный" автобус, который вывез нас прочь из города в какое-то поселение, откуда мы завернули в темный лес.

***

— Как ты и просила, я нашел его. И своими глазами увидел, как началось предсказанное. Началось, Мирана.

— Да, Хей, началось… все еще только началось. То, к чему мы все готовились столько лет… Дальнейшее уже не от нас зависит. Ты передал брату то, что я просила?

— Я передал его Хранителю. Рий от меня не взял бы ничего, ведь я враг в его глазах.

— Совсем так же, как при вашем первом знакомстве в Нентале, навевает воспоминания… тогда у нас не было таких проблем, как сейчас… все были счастливы… все были живы…

— Прошу, не надо. Мы ведь все исправим, ради всех, мы будем продолжать…

— Именем правителя нашего, мы заключаем тебя, предатель! Не смей сопротивляться, иначе твой клан тоже понесет наказание!

60
{"b":"133766","o":1}