ЛитМир - Электронная Библиотека

Ей не выдержать такого счастья одной. Она просто сойдет с ума. Надо подарить это чудо людям, чтобы они ощутили эту упоительную красоту. Они же не виноваты, что так несовершенны. Пусть насладятся, почувствуют хоть частичку этого.

Светка бережно срывала цветок за цветком, пока в руках не оказалась огромная охапка. Прижав ее к груди словно младенца, водила ладонями по гладким стеблям, шелковистым листьям, чтобы как можно полнее насладиться, вобрать в себя сказочные ощущения. С сожалением оторвавшись, положила букет на подоконник и залезла обратно в комнату.

Цветам нужна вода! Крадучись, тенью дошла до буфета. Двери там больше не запирали. Зачерпнула воды, жадно припала и пила, пила... Букет с трудом влез в горлышко трехлитровой банки, найденной в одном из шкафов. Высунув от усердия язык, она впихивала непослушные стебли, они гнулись и ломались. Скоро потрясающий букет был водружен на буфетную стойку, а пол вокруг усеян яркими лепестками и обрывками листьев.

Пальцы стали липкими от цветочного сока. Светка понюхала ладонь и даже зажмурилась от терпкого сладковатого запаха. Попробовала на вкус - чудно! Тогда она медленно облизала один палец - замечательно! За ним последовали остальные...

Начало отпускать. Пожалуй, надо пойти немного добавить. Совсем чуть-чуть, чтобы легко и сладко заснуть. Светка шла по коридору, уже заранее жалея, что ночь скоро закончится и придется долго ждать следующую.

Дверь заперла на ключ, может, хоть завтра от нее отстанут и не придут будить. Окно тоже надо закрыть. Светка протянула руку... стены как картонные вдруг сложились, накрыв ее... Свет померк. Миг звенящей тишины...

Глава одиннадцатая

От горячей духовки распространялся резкий кислый запах - чтобы мясо не испортилось от жары, пришлось, как следует добавить уксуса в маринад. По-хорошему, перед тем как запекать, надо было его, хорошенько вымочить, но лишней воды уже давно не водилось, поэтому приходилось терпеть эту кислятину.

Наталья, поджав губы, ковыряла ножиком проросшую картофелину. Вечно эта курица чем-то недовольна, подумала Татьяна, кинув на нее неприязненный взгляд. Вторая такая же бездельница - Светка. Та вообще сегодня не явилась на кухню. Ходили к ней, стучали в запертую дверь, кричали даже - ни ответа, ни привета. Блудовала, наверно опять всю ночь с кем-то из мужиков, стерва похотливая. Громче всех возмущалась, опять же Наталья - почему это она должна за всех работать?! (Как же, переработает она... держи карман) Посовещавшись, женщины решили оставить нахалку без обеда. Впрочем, Татьяна сильно сомневалась, что эта мера окажет на Светку хоть какое-то воздействие. Девица в последнее время почти ничего не ела. И так была худая, а сейчас и вовсе отощала, под глазами синяки. Что-то с ней творилось неладное, то хохочет как ненормальная, то в слезы ударяется. Татьяна с тоской вспомнила Варвару Петровну - как же жалко ее... и как не хватает сейчас. Бывшей вахтерше легко удавалось навести порядок среди женской части колонистов, всех вдохновить и мотивировать.

Фатима чистила морковку и редьку для салата. Нога у нее почти прошла и она по собственному почину вышла на трудовую вахту. Вот у кого физиономия непробиваемая, всегда на редкость благодушная. Она улыбалась и даже пыталась шутить. Потихоньку, помаленьку, между ней и Татьяной завязался разговор о детях. У самой Фатимы, как выяснилось, детей не было, но она очень любила двух своих племянниц погодок, пяти и шести лет, и готова была вспоминать про них часами. Татьяне, понятное дело, детская тема была близка, и она тоже готова была без устали рассказывать про своих сыновей.

- ...ой, а еще, мы на даче были, я с делами в доме возилась, а за ними присматривала свекровь. Женьке около четырех лет было, ну Гришке побольше. Бабка задремала, а эти шалопаи уехали на трехколесных велосипедах со двора. Я, глядь - нету детей. А они уже успели далеко уехать. Оказывается, малой подбил старшего маме за цветами на луг съездить. Ох, а я и не знала, то ли наказывать, то ли нет. Но ремня все же получили... от папаши.

- Да уж, от детей одна морока, - равнодушно констатировала Наталья, утирая лоб тыльной стороной ладони. - А вот все же интересно, кто догадался сюда цветы притащить? Признавайтесь, девки, у кого тайный поклонник завелся?

- Да ну тебя, какой там поклонник, - Фатима жеманно поджала губы, - тем более тайный. А если и поклонник... с какого бодуна он потащит букет в столовку?

- Ну а кто ж тогда? - Наталья скривилась, словно только сейчас почувствовала кислый запах из духовки. - Сама, что ли сюда эта банка прискакала? И еще интересно мне, где ж такие растут, что-то я раньше их не замечала...

- Да ты много ли по округе ходила, подруга? - саркастически хмыкнула Фатима. - Дальше сортира-то никуда и не ходила... А банку эту я помню... в ней капуста квашеная была.

- А ты, прям, ходила? - огрызнулась Наталья. - Я про то говорю, что вообще таких цветов не знаю...

- А много ты их знаешь?

- Ну, уж наши-то все знаю!

- Когда ж мне последний раз цветы дарили? - Татьяна мечтательно вдохнула и поднесла лицо к нежному бутону, - Красивые какие, а лагоухают... надо узнать у мужиков, где растут, тоже такие хочу в комнату.

Утром, едва она заглянула в буфет, в глаза сразу бросилась эта красотища. Действительно, что за цветы такие? Какие-нибудь орхидеи? Татьяна еще раз поправила букет - совсем неаккуратно он был поставлен в банку.

- Здорово девицы! - грянуло за спиной.

Татьяна вздрогнула и обернулась. На пороге столовой красовался Марек, собственной персоной, всклокоченный, голый по пояс и жизнерадостный не смотря ни на что.

- Господи! - буркнула Наталья. - Напугал черт бородатый. Это что же так орать-то?

- А я мимо шел... - продолжал Марек, не обращая внимания на ее недовольство, - запах вкусный из буфета, аж кишки свело... Ну у вас и баня тут!.. - он вытер со лба пот. - Хоть бы окно открыли. Еще каким-то парфюмом несет. Это что за веник? - поинтересовался он, проходя возле банки с букетом.

Фатима всплеснула руками.

- Тьфу на тебя! Это ж надо такую красоту веником назвать!

- Ну, и откуда красота?

- Не знаем... - Татьяна пожала плечами, - кто-то ночью поставил, мы не видели.

- Ясно... А что у нас на обед?

- Мясо... только оно кислое от уксуса... вымачивать надо было, а воды нет, - Татьяна улыбнулась. Улыбка получилась виноватой, словно это по ее недосмотру кончилась вода и мясо получилось кислым.

- Кислое, говоришь? - оживился Марек. - Придется пробу снять... ну-ка дайте-ка тарелочку с вилочкой! Вдруг есть нельзя...

- Съедите, куда вы денетесь, - усмехнулась Фатима, - скоро и такое закончится, если не почешитесь.

- Конечно! - подхватила Наталья. - И воды нет совсем! Когда за водой пойдете?

- Не волнуйся Наташечка, - ворковал Марек, - нетерпеливая ты наша! Скоро, скоро принесем тебе водички! - открыв духовку, он орудовал вилкой пытаясь ухватить ближайший кусок мяса. Наконец, это ему удалось. Присев за ближайший стол, он, обжигаясь, стал откусывать от еще шкворчавшего куска.

- Мня... муам... хлеба нет?

- Да не торопись ты, господи! - засмеялась Татьяна. - Пусть остынет хоть!

- Хлеб ему еще... - бурчала Наталья. - Откуда хлеб-то? Могу дать сырую картошку... будешь? - она поднялась со стула, держась за поясницу. - Ох, спина... Ой, девки, что-то голова закружилась...

- И у меня, - сказала Фатима, - дышать здесь нечем, правда надо окно открыть.

Марек, меж тем доел мясо, и теперь задумчиво ковырял вилкой в зубах.

- Действительно, кисловато... ну, ничего не поделаешь... Девчонки, водички бы... запить.

Татьяна показала рукой.

- Вон там, под стойкой в баке... еще немного оставалось.

- Где? А вот... спасибо... - было слышно, как Марек скребет алюминиевым ковшом по дну. - Блин, девки!.. тут лепестки от вашего веника в бак нападали... Чего вы не смотрите-то?

60
{"b":"133789","o":1}