ЛитМир - Электронная Библиотека

- Ой!.. он вроде ж крышкой был закрыт... - удивилась Татьяна.

- Ага, крышкой... - Марек шумно глотал воду прямо из ковша. - Вон она крышка... рядом прислонена.

- Подумаешь, лепестки... - сказала Наталья, усиленно растирая виски, - Брезгливый какой! Небось не козявки... не отравишься поди...

*****

Утро все-таки наступило. И какое это было утро! Сквозь жалюзи узкими полосками пробивался солнечный свет. В замысловатом танце кружились невесомые пылинки, опускаясь на старое колючее одеяло. Тишина... Майя не спешила вставать. Пусть это благостное состояние продлится как можно дольше, тревоги и заботы еще успеют омрачить этот день. А может, обойдется?

Даже хорошо, что Марека нет в комнате. Все же в самый первый миг пробуждения могла возникнуть некоторая неловкость. Что принято говорить в таких случаях? "Доброе утро, как спалось?" Или может: "Ах, этот диван такой скрипучий..." И как вылезать из постели? Завернувшись в одеяло? Нет, эта пестрая тряпка похожая на старую шторину будет волочиться за ней на полметра. Уж лучше голой. Хотя, это тоже плохая идея, потому что выглядит она наверняка как чучело, что и немудрено в нынешних-то условиях...

Однако, а где же Марек? Она почувствовала какое-то смутное волнение, но постаралась его отогнать - это утром слишком прекрасно, чтобы портить его всякими глупыми сомнениями.

Майя бодро соскочила с постели и сладко потянулась. Сегодня не ее очередь готовить обед, так что, можно сказать, не проспала. Белье отыскалось в пыли под диваном. Вид у него был такой, что надевать не хотелось. Ладно, в чемодане найдется что-нибудь чистое, а добежать до комнаты можно и в одном халате. А вот, кстати, и халат, изрядно помятый - висит на спинке стула.

Пригладив кое-как, торчавшие в разные стороны волосы, Майя вышла в коридор и направилась к своей комнате. Интересный вопрос - переносить вещи или нет? Поразмыслив, девушка решила не торопиться - в конце концов, это всегда можно успеть.

Войдя в комнату, Майя первым делом наткнулась на укоризненный взгляд Альбины.

Прекрасная дамочка (когда только успевает за собой следить?) развалилась в ее кресле и предавалась задумчивому курению.

- Ну, ты даешь, - досадливо поморщилась она, - где шляешься? Уже второй раз прихожу...

- Я это... в общем... - Майя сперва смутилась, а потом разозлилась. - Тебе-то что за дело?

- Ершистая какая... - Альбина ухмыльнулась, - Надо полагать, девочка ночевала не одна... и с кем же?

- С кем надо! - Майя вовсе не собиралась отчитываться перед этой самовлюбленной куклой. Выставила ее вчера, как нашкодившую кошку, а теперь, видите ли, интересуется.

Альбина покивала.

- Ясно...Честно говоря, не понимаю, что ты в нем нашла? - она пожала плечами, - думала, вы со Славиком подружитесь.

- Аля, я могу то же самое о твоем Виталии сказать, - огрызнулась девушка и, присев, принялась рыться в чемодане.

Ничуть не смутившись, та расхохоталась.

- Да не дуйся ты! О вкусах не спорят. Нормальный мужик этот Марек, - она примирительно махнула рукой, и встав с кресла, присела на краешек стола, - судя по твоему потрепанному виду, умеет не только языком трепать... А про Виталика ты это зря. Такое дело, веришь - очень жаль его.

- Ну, ты даешь, нашла, кого жалеть, - Майя удивленно вскинула голову, спрятав в карман извлеченные из кучи теплой одежды трусы, - вот Илью мне жалко.

- Илью, само собой, а тут другое дело, - Альбина помолчала, куда-то подевалась маска высокомерия, лицо стало по-детски беззащитным, - вот уж не думала, что со мной такое приключится когда-нибудь... Извечная бабская дурость... Ладно, не будем о грустном.

- Не будем... - согласилась Майя, с сожалением отметив, что влажные салфетки в упаковке почти закончились.

- Не в курсе, какие у наших самцов грандиозные планы на сегодня?

- Марек говорил, что за водой на речку собираются.

- А... ну да... Виталик тоже что-то такое вчера поминал... Слушай!.. -Альбина заговорщицки понизила голос, - а тебе не кажется, что Светка беременна?

- Что? - Майя, от удивления захлопала глазами.

- Это был бы номер! - продолжала Альбина, не слушая ее вопроса. - Вид у нее больно тошнотный... и не ест почти ничего...

- Зачем ты... зачем ты мне это говоришь? Какое мне до нее дело?

- Так-таки и никакого? - Альбина пожала плечами. - А вчера мне показалось - было дело. Ты это... - продолжала она, как ни в чем не бывало, - не желаешь во двор прогуляться, посетить, так сказать, место общественного пользования? А то одной страшновато.

- Виталика с собой возьми, - безжалостно сказала Майя.

- Дурочка! - беззлобно констатировала Альбина и, покачивая бедрами, вышла из комнаты.

Майя задумалась, уставившись в одну точку на стене. "Даже не знаю, то ли меня волнует сам факт возможной беременности Светки, то ли, что это может коснуться и Марека? Сердце холодеет при одной мысли... Впрочем, что это я ерунду несу - если это признаки беременности, то уж никак не от Марека, а гораздо раньше. Да... ревность страшная штука, раз я совсем соображать перестала".

Приведя себя в более-менее приличный вид, Майя выскочила из комнаты. Что ни говори, а Альбина права - без посещения мест общего пользования не обойтись. Под эти самые места приспособили канализационный колодец во внутреннем дворе института. Соорудили над ним будку из фанеры, кое-как присобачили стульчак, да так и пользовались.

Идти туда одной, действительно было страшновато, хоть и светло вокруг, зря, выходит, отказалась от Альбининого предложения.

*****

Вернувшись в институт, Майя поразилась царившей в коридорах тишине и пустоте. Сколько, интересно, времени, что так тихо?

Отпущенная дверь на тугой пружине, хлопнула оглушительно громко. Майя вздрогнула и втянула голову в плечи. Смущенно подумала - с некоторых пор она стала чересчур пугливой... и боится оставаться одна.

Вот и центральная лестница. На вахте никого. Может, ушли в обход? Прислушиваясь и невольно ускоряя шаг, Майя заспешила к буфету. Уж там-то должны быть люди. Ни звука. Странно. Обычно в это время готовят обед - женщины громко разговаривают, смеются, гремят посудой. Там же обязательно толчется кто-то из мужчин. Шуточки - прибауточки, разговоры, споры, заигрывания - если и не весело, то, по крайней мере, оживленно. Страх сдавил грудь. Не дойдя до буфета, Майя остановилась, оглядываясь по сторонам. Что же случилось? Где все, где Альбина? Марек? Спокойно... она глубоко вдохнула. Все в порядке, надо идти. Совсем психованная стала. Девушка украдкой оглянулась - не видел ли кто ее глупой паники, и нарочито расслабленным шагом направилась в столовую.

Пять шагов, три... Тело плевало на ее рассудительность и само собой подобралось, напружинилось, готовясь к спасительному бегству. В висках бухал молотом пульс. Майя остановилась на пороге. В первое мгновение показалось, что столовая пуста. Распахнутые окна. Слепящее утреннее солнце. Стол, заставленный посудой и... никого. В следующий миг она заметила Альбину. Та сидела рядом с лежащей на холодном кафельном полу Татьяной и трясла ее за плечи. Голова женщины болталась как у тряпичной куклы, глаза закатились, обнажив белки.

- Беги, зови на помощь кого найдешь! - свистящим шепотом сказала Альбина. - Эта вроде еще жива. Насчет остальных не знаю...

Майя стояла в ступоре, во все глаза таращась, на торчащие из под стола, полные женские ноги.

- Это Фатима, - пояснила Альбина, - а у стены Наталья. Да беги же, дура!

Майя уже было бросилась в коридор, но, натолкнувшись взглядом на Марека, застыла. Он лежал вниз лицом. Кровь на полу под ним слегка запеклась. Альбина выругалась и, отпихнув ее, сама побежала за помощью. Мысли в голове ворочались тяжело, словно пудовые. Почему именно он? Ну, зачем он пошел сюда, не остался рядом с ней?

Майя присела рядом и осторожно дотронулась до шеи под скулой. Ничего. Сердце упало и покатилось куда-то. В панике пальцы метались по коже, пока не наткнулись на слабо-пульсирующую жилку - есть! Неимоверное облегчение окатило с головы до ног. Жив. А кровь? Лицо в крови... Разбита бровь, а возможно и нос. Но это же не смертельно. Это же пустяки... Надо перевернуть на спину. Нет, нельзя, она знает - вдруг что-то с позвоночником. Что тут произошло? Они отравились? Майя поглядела на обеденный стол, уставленный мисками со всякой снедью. Кто скажет ей, что случилось? Он просто без сознания или умирает? Он спас ей жизнь, а она ничего не может для него сделать. В груди щемило. Как же больно. Слезы лились, застилая окружающее пеленой. Она бросилась к баку - алюминиевая кружка с мерзким звуком проскребла по дну. Нет воды. Легонько пошлепала его по щекам. Не помогло... Да очнись же! Как он смеет бросать ее теперь.

61
{"b":"133789","o":1}