ЛитМир - Электронная Библиотека

Трэйклейн, 26 июля 2002 года, день

После полудня из столицы штата приехала целая команда тамошних полицейских — спускать убийство одного из своих они не собирались никому, ни человеку, ни загадочному монстру. Часть прибывших взяла в плотный оборот обитателей палаточного городка, возле которого было обнаружено тело Хэммета. Другие что-то вынюхивали по берегам Трэйклейна — не решаясь, впрочем, выйти в озеро на имевшихся в наличии плавсредствах. По слухам, возглавлявший полицейских штата Патрик О'Нил потребовал у местного штаба национальной гвардии предоставить в его распоряжение бронекатер с комплектом глубинных бомб. Национальные гвардейцы, понятно, повертели пальцем у виска и посоветовали обратиться к командованию ВМС США. Однако это могли быть лишь слухи.

Но одно было совершенно точно — к интересам мистера Вайсгера прибывшие относились с величайшим почтением. Если Хэммет действительно контактировал с конкурентами хозяина озера, то явно был одиночкой…

Об интересах мистера Вайсгера отчасти шла речь и в шифрограмме Молдера, отправленной Скиннеру накануне. Молдер не спрашивал разрешения, а просто ставил своего непосредственного начальника в известность о том, что в ходе расследования вполне могут всплыть (и уже всплывают) факты, .способные повредить репутации и бизнесу его старого друга. Ответ заместителя директора ФБР после расшифровки оказался коротким и всеобъемлющим: «Действовать по обстановке». Молдер подумал, что подобную, дающую самое широкое поле для истолкований инструкцию можно было передать и открытым текстом…

Именно так — открытым текстом — была передана в три адреса другая, более пространная телеграмма, содержание которой надолго развеселило работников почтамта Трэйк-Бич. Ее автор, мисс Клейтор, обокраденная сторонница однополой любви, жаловалась на самоуправство шерифа Кайзерманна прокурору штата, редакции журнала «Розовая мечта» и — вообще непонятно почему — комиссии по нравственности «Церкви истинных дочерей Христовых»…

Трэйк-Бич, 26 июля 2002 года, 15:31

Звонок Дональда Вайсгера застал Молдера на выходе из бюро по регистрации недвижимости округа Трэйк.

— Сегодня вечером состоится экстренное заседание правления «Биг-Трэйк-фонда», — сказал Дональд. — Могу сообщить вам информацию, которая пока держится в секрете: в устав фонда будут внесены важные изменения. Отныне для поимки Биг-Трэйка станут разрешены любые способы, а не только спортивные. Причем из новой редакции убрано утверждение, что Трэйк является именно гигантским лососем. Какая бы пожирающая людей тварь не таилась в озере — убивший или поймавший ее получит всю призовую сумму.

Молдер подумал, может ли считаться подобной тварью Корнелиус в акваланге и с челюстями-щипцами, — и усомнился в том, что шериф и Вешбоу смогут претендовать на премию.

— Завтра утром, — продолжал Дональд, — до того, как о новых правилах игры станет широко известно, я собираюсь провести облавную охоту. Использую все рыболовные катера из принадлежащей мне компании по прокату — переоснащение их сейчас заканчивается. Для поддержки с воздуха прибудет вертолет. Шанс на успех очень большой. Не желаете принять участие, хотя бы в качестве зрителя? Доли призовых денег обещать не буду, но платиновая дисконтная карта «Интерфиш-Трейдинг» в качестве гонорара вам обеспечена. Двадцать процентов скидки на все рыболовные товары.

— Боюсь, что карта мне не понадобится, я не увлекаюсь рыбалкой, — сказал Молдер. — Но пропустить такую ловлю тысячелетия, конечно же, не могу. Кстати, ваше приглашение относится и к Скалли? Или вы разделяете старый предрассудок, что женщина на борту — к беде?

— К агентам ФБР сие не относится. Мой отец говорил, что люди в форме лишены первичных половых признаков, — хохотнул Дональд.

Молдер подумал, что Скалли на такую шутку обиделась бы. Да и форму — исключительно камуфляжную — она надевала лишь на тренировочной дистанции ФБР в Плейтоне, когда раз в год всем агентам приходилось сдавать зачет, паля по выскакивающим из-за углов улицы-тренажера мишеням в виде террористов и уголовников. Результаты Скалли в этих игрищах, надо сказать, никогда особо не блистали — она была не в ладах с длинномерным и тяжелым автоматическим оружием, к тому же зачастую дырявила мишени, изображавшие законопослушных граждан, зацеплять которые никоим образом не полагалось. Поэтому агент Скалли под любыми предлогами старалась отвертеться от обязательного мероприятия — и частенько ей это удавалось.

— К тому же примета морская, а у нас озеро, — добавил Вайсгер-младший. — Естественно, я буду только рад, если мисс Скалли примет участие.

— Куда и когда нам прибыть? — спросил Молдер. Хотя у него были совсем иные, чем у Дональда, мысли о шансах на успех предстоящей охоты.

Шоссе неподалеку от госпиталя ВВС США, 26 июля 2002 года, 17:49

Услышав по телефону сонный голос Скалли, Молдер настоял, что сам приедет за ней в госпиталь и отвезет в гостиницу. В противном случае он мог просто потерять уснувшую за рулем напарницу.

— Корнелиус никак не мог убить Хэммета, — без всякого выражения говорила Скалли. — Неважно, найдут ли шериф с Вешбоу у него подлинное орудие убийства или же нет. Хэммет умер ночью, когда Корнелиус давно сидел под замком.

Молдер кивнул. К концу дня стали поступать ответы на его многочисленные запросы, подтверждая смутные догадки, — и результат вскрытия вполне укладывался в его собственную версию происходящего.

— Наружное обследование и вскрытие показали еще что-нибудь интересное? — спросил он. Тот факт, что Хэммета загрызли те же челюсти, что и Берко-вича с Косовски, интересным уже не казался.

Скалли долго молчала, и Молдер искоса взглянул на нее — не уснула ли? Потом напарница ответила:

— На коже лица, вокруг носа и рта — прижизненная гиперемия…

— Скалли… — укоризненно протянул Молдер. Он терпеть не мог, когда его напарница демонстрировала медицинскую эрудицию. Скалли это знала и старалась воздерживаться от мудреных терминов — но в нынешнем ее полусонном состоянии самоконтроль, похоже, ослаб.

— Проще говоря — покраснение, раздражение кожи. Конечно, у Хэммета могла быть легкая форма аллергии на резину маски и загубника, сейчас это уже не проверить… Но точно такая же картина будет наблюдаться, если к лицу прижать тряпку с ударной — достаточной для раущ-наркоза — дозой эфира или хлороформа.

— Так-так… А гидрокостюм и акваланг надели потом, на бессознательное тело…

— Едва ли… Ты ведь плавал с аквалангом? Вспомни, каково натягивать костюм «сухого» типа… А теперь представь, как получится провернуть эту операцию с лежащим бревном человеком. — И Скалли старательно подавила зевок.

Молдер представил. Задача действительно представлялась нереальной.

— Но под водой пропитанная хлороформом тряпка бесполезна, — сказал он.

— Я подозреваю, что Хэммета застали врасплох — когда он готовился к погружению или только-только вышел из воды… Костюм уже — или еще был на нем, а вот маска и акваланг… Знаешь, он, похоже, пользовался этим аквалангом многократно — на ремнях, крепящих баллоны, одни отверстия разношены больше других. Как раз под его размер. А теперь акваланг был закреплен иначе — верхний ремень на предыдущую дырочку, нижний на последующую. Словно ремни затягивала чужая рука…

— Да уж, трудно поверить, что Хэммет вдруг ни с того, ни с сего похудел в груди и раздался в бедрах…

Молдер помолчал, осмысливая новую информа-цию. Один вывод следовал со всей непреложностью, и он его озвучил:

— Ясно одно: от убийств первой степени Дэйв Корпелиус отвертелся…

Скалли не ответила. Она спала.

Трэйк-Бич, 26 июля 2002 года, 19:57

До предъявления официального обвинения Кор-нелиус пребывал в камерах для задержанных, принадлежавших муниципальной службе безопасности округа Трэйк — именно так, неизвестно по какой прихоти Вайсгера-отца и подконтрольного ему муниципалитета, официально именовалась вотчина Кайзер-манна.

23
{"b":"13384","o":1}