ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Мой господин!

— Затем возвращайтесь… и ищите меня…

— Господин! Тонгор!

Ответа не было. Валькар молчал. Тонгор, повелитель Запада, исчез, словно под землю провалился. По искаженному горем лицу Тома Первиса текли слезы, смешанные с холодным потом.

Воин, стоявший рядом с ним, вдруг вскрикнул и зашатался.

Из раны на груди потекла кровь, и он, взмахнув руками, уже мертвый упал за борт.

Тот Черный дракон, что держал щит над даотаром, закричал, когда невидимый топор ранил его в руку, и повалился, зажимая рану. Первис, почти ничего не понимая, оглядывался по сторонам.

На палубу воллера забирались невидимые воины!

Будто очнувшись от ужасного сна, военачальник поднялся на ноги. Другие Черные драконы тоже догадались, что враг добрался до них. Прямо перед Томом Первисом на блестящем урилиевом корпусе появилось мутное пятно. Зеркальная отполированная поверхность запотела, словно к ней прикоснулась потная рука. Палуба чуть качнулась — кто-то тяжелый перелезал через борт. Старый даотар почувствовал, как по его телу побежали мурашки.

Он вслепую ударил по воздуху. Клинок со свистом рассек пустоту — и вонзился в чье-то тело. Кто-то закричал, и палуба под ногами закачалась, будто за борт упал тяжелый предмет.

Воздушное судно слегка вздрогнуло.

Военачальник удивленно поглядел на клинок, который держал в руке. Тот был в крови от кончика до самой гарды! Очевидно, меч достал до горла противника.

Том Первис быстро развернулся и помчался по палубе. На корме он нагнулся и со всей силы ударил мечом по канату, который удерживал корабль. Немедленно, словно отпущенный воздушный шар, воллер рывком поднялся на десяток ярдов.

Перекрывая шум, прогремел могучий, словно рев медной трубы, голос даотара:

— Всем подняться в воздух! Рубить концы!

Как стая голубей, флот Патанги взмыл в воздух. На палубах продолжалась суматоха, воины, крича и ругаясь, сражались с невидимыми противниками. Но к тому моменту, когда Том Первис перерубил трос, лишь горстка врагов успела подняться на палубу воллера. Этих немногих быстро перебили и выбросили за борт. Вскоре суда уже находились высоко в воздухе, а воины Тонгора тяжело дышали от возбуждения и дрожали от суеверного страха, глядя на степь и пустынные низкие скалы, где, пощипывая траву, бродили зампы. Внизу лежали пронзенные стрелами трупы… но больше никого не было видно! Случившееся казалось кошмаром, но теперь все закончилось. Им удалось вырваться, сохранив кристаллы и свои жизни…

Старый военачальник поморщился при мысли о том, что вынужден был отступить. Он вытер лоб тыльной стороной ладони. Но что поделать: даотар выполнил приказ короля. Как старый солдат, Том Первис знал: приказы не обсуждают.

Однако за всю свою жизнь он никогда не получал приказа, который было бы так тяжело исполнить. Теперь военачальник сгорал от стыда. Он чувствовал себя сломленным. Словно смертельно раненный зверь, он хотел лишь уползти подальше и остаться наедине со своей болью.

Даотар напрягся, расправил плечи и постарался принять равнодушно-спокойный вид. Он словно нацепил железную маску.

Теперь он остался единственным начальником. Два десятка судов — сотня добрых воинов Воздушной гвардии и Черные драконы — ожидали его распоряжений. Не время поддаваться горю: он должен принимать решения и отдавать приказы, должен отвести флот в Патангу и доставить Иотондусу груз кристаллов.

Это сейчас самое главное.

Еще будет время скорбеть о погибших…

И отомстить! Сердце даотара забилось быстрее. Последним приказом Тонгора было: установить на корабли новое оружие и вернуться на равнины.

Плотно сжатые губы военачальника растянулись в зловещей улыбке. Глаза загорелись ледяным огнем.

Это будет такая месть, какой равнины не видели с тех пор, как руки Богов вылепили этот мир из первозданного Хаоса.

Первис подозвал горниста;

— Труби: мы возвращаемся в Альтаар. Высадим там наших друзей, а потом полным ходом в Патангу! Труби!

На палубе другого корабля скрючился у борта, прячась от любопытных взоров, и незаметно плакал Шангот. Он видел, как исчез Тонгор, как унесли его невидимые враги. В руке князь джегга сжимал черную стрелу — одну из многих, упавших на палубу. Успокоившись, Шангот внимательно рассмотрел ее. Она была помечена знаками изготовившего ее племени.

Стрела племени зодак… их старинных врагов!

Шангот слышал последний приказ, который успел прокричать Тонгор, прежде чем его одолел невидимый противник.

И Шангот видел горе Тома Первиса. Он понимал, что старый воин отвечает за исполнение приказа своего короля, и заметил, как согнулась спина даотара под тяжестью этой ноши. Даже если он расскажет даотару о метке на стреле — военачальник не нарушит приказ своего повелителя.

Шангот стал на колени у палубного ограждения и сломал стрелу.

Пять лет тому назад, когда валькар спас его от страшной смерти от рук Адаманкуса, колдуна из Заара, Шангот положил свой боевой топор к ногам Тонгора — как символ клятвы верности, какую приносят рохалы своим вождям.

Тогда же он положил к ногам Тонгора и свое сердце.

Кочевник понимал, что ему остается только одно.

Решившись, он со свойственной дикарям быстротой и откровенностью перелез через ограждение палубы воллера и ухватился за веревочный трап, болтавшийся в воздухе. Воллеры так поспешно взлетали, что никто еще не вспомнил о том, что надо втянуть веревочные трапы и сложить их на палубе.

Шангот же спустился по трапу и повис на самом его конце.

Разжав руки, он спрыгнул, приземлившись на упругий мягкий дерн. Более слабый человек переломал бы себе ноги. Но Шангот был кочевником племени джегга и, как и все его собратья, обладал железной силой и могучей мускулатурой. Хоть он и ушибся, но травм не получил.

Он поднялся и смотрел, как воллеры проносятся над головой. Но вот флот Патанги растаял вдали.

Тогда молодой князь повернулся и побежал уверенно и быстро; такой темп он мог поддерживать в течение нескольких часов.

Он знал, что племя зодак располагается сейчас среди руин Иба, города Червя, на расстоянии многих лиг к югу отсюда. Шангот понимал: для чего бы враги ни схватили Тонгора, они тут же поспешат доставить свою добычу в свой лагерь. И кочевник молча поклялся преследовать похитителей и попытаться освободить Тонгора, пусть даже на пути его встанет десять тысяч врагов.

Или погибнуть.

Глава 8

ПЛЕННИК СИНИХ ВЕЛИКАНОВ

Стараниями хранителей невидимость обрело

Свирепое племя зодак — свершилось черное зло,

Тонгор своими врагами доставлен пред очи вождю,

Плененный и связанный крепко, со смертью лицом к лицу.

Сага о Тонгоре, XVII, 13

Солнце начало сползать к горизонту. Тени стали длиннее.

Наконец кочевники, взявшие в плен Тонгора, увидели вдали стены Иба, города Червя.

Как только невидимые люди отошли подальше от холмов кристаллов грома, то сняли плащи с себя и сорвали плащ-невидимку с пленника. Тонгор увидел, что взяли его рохалы из враждебного племени, хотя северянин и не мог определить по украшениям кожаных ремней, что это воины племени зодак, так как не знал отличительных знаков различных племен кочевников. Руки ему заломили за спину и надели на запястья крепкие наручники.

К югу от холмов кристаллов грома стояли привязанными несколько зампов. Рохалы свернули волшебные накидки, сделанные из скользкого, стеклообразного материала, и уложили в седельные сумки.

Как удалось разглядеть Тонгору, их мантии с капюшонами скрывали все тело. Рукава, длиннее обычных, охватывали даже кисти рук, а капюшон — лицо. Насколько валькар сумел разобраться, именно брошь на груди, украшенная драгоценными камнями, таинственным образом управляла невидимостью плаща. В центре украшения находился огромный золотисто-оранжевый хандрал — камень очень большой редкости, исчезнувший с Земли после гибели Лемурии. Похоже, все дело было именно в нем. Он вращался в оправе, подобно ручке настройки.

11
{"b":"13391","o":1}