ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Да!.. Отправьте на арену этого северного выродка! Посмотрим, что сможет сделать этот герой с нашими любимцами! — прорычал сарк.

Из ниоткуда появился Великий хранитель и положил худую руку на плечо Драгунды Тала;

— Нет, мой сарк! Мы должны подвергнуть варвара пытке — мы должны найти Звездный камень…

— Кто сарк Тсаргола, ты, змеиная рожа? — Тонгор оскалился. — Ты или этот жующий сопли стервятник? Могу поспорить, что он говорит тебе, когда ты должен менять штаны!

Сарк побледнел от ярости, стряхнул с плеча руку хранителя и взревел, брызгая слюной.

— Тсарголом правит Друганда Тал, ты, грязь! И когда ты предстанешь перед нашими любимцами, ты будешь ползать на брюхе, жалобно скуля от страха!

Тонгор лишь рассмеялся.

— На арену его! В полдень он умрет на арене, клянусь всеми Богами!

Когда его уводили, Тонгор все еще смеялся. Уловка его сработала. Он и не надеялся бежать из зала, полного вооруженных людей, имея при себе только копье. Он стремился лишь избежать унизительной пытки, разгневав сарка так, чтобы тот не слушал возражений Великого хранителя. Хотя было очевидно, что Великий хранитель являлся соправителем или, по крайней мере, тем, чья власть могла сравниться с властью сарка. Благодаря врожденной способности разбираться в людях, Тонгор заключил, что сарк, будучи слюнтяем, обычно находится под влиянием Великого хранителя, который, удовлетворяя прихоти и разжигая страсти сарка, исподволь правит государством.

Тонгор обнажил зубы в боевом оскале. Ему определенно удался намеченный план! Он не только разъярил сарка так, что его отправили на арену, но и, похоже, поссорил сарка с хранителем.

Варвар от души веселился, когда его швырнули в камеру, находящуюся под ареной. Стражники никогда раньше не слышали, чтобы осужденный смеялся, когда его запирают в камере… Но они и никогда не встречали человека, похожего на Тонгора. К тому же варвар готов был поклясться, что они не видели такой битвы, которая разыграется, когда валькару придет час ступить на арену!

И час этот скоро настал.

Тонгор едва успел прикончить мясо буфара, хлеб, сыр и вино, которые вытребовал у своих тюремщиков, когда за ним пришли стражники. На этот раз их было десять, и в руках они держали обнаженные мечи. Им явно не хотелось еще раз убедиться в силе Тонгора!

С ними явился и худощавый загорелый отар, который разбудил Тонгора утром. Красная перевязь, отмечающая звание, куда-то исчезла, оружия нет. Он тоже стал пленником!

— Почему ты здесь? — поинтересовался валькар, когда стражники вывели его из камеры.

Бывший отар гневно поглядел на варвара и сердито ответил;

— Из-за тебя, собака! Я опозорен: мой пленник вырвался и нанес оскорбление сарку… Мои люди пялились на знать, а ты прыгнул и повалил сарка. Теперь меня разжаловали и отправили на арену. Вместе с тобой!

— Ладно… Жаль, что так вышло. Я пытался избежать пыток и попасть на арену, где могу достойно умереть, — тихим голосом объяснил Тонгор. — Я не хотел причинить вред другому.

Отар пожал плечами:

— А, ладно. Какая разница? Рано или поздно это все равно бы произошло. Сарк ненавидит мою семью. Я отпрыск младшей ветви бывшей правящей династии. Отец сарка, Талд Курвис, захватил власть, когда предыдущая династия прервалась. Самозванца поддержали хранители — он поддерживал кровавые ритуалы в честь Слидита, а мой дом, Карвусы, игнорировал этот культ. Кровопийцы не смели растерзать нас из уважения, которое снискал себе мой отец среди возашпанских наемников. Нас лишили власти и унизили: отец из камергеров стал архивариусом, а мне нашли место отара, простого командира сотни.

Тонгор молча слушал товарища по несчастью.

— А что твой отец? Он не может тебе помочь?

Отар грустно улыбнулся:

— Нет. Он умер три года назад — говорят, был отравлен.

Теперь я глава дома, и если не смогу помочь себе сам, то никто мне не поможет. Ладно, значит, умрем вместе. Так, наверное, даже лучше: погибнуть с мечом в руке, видя врага, а не умереть от удара наемного убийцы или яда, подсыпанного в бокал. Меня терпели бы год или два, пока могучий сарк не решил бы, что мое влияние слишком велико.

Тонгор угрюмо кивнул. Как раз таким отношением к жизни больше всего восхищалась душа варвара! Ему понравилась волчья улыбка молодого отара и его крепкий дух.

— Раз мы должны умереть вместе, позволь узнать твое имя.

Меня зовут Тонгор, сын Тумитара, воин из клана валькаров.

Юноша улыбнулся:

— Приятно познакомиться, Тонгор. Я Карм Карвус, принц Карвуса… или был им. Почту честью сражаться рядом с таким воином, как ты. Никогда не видел ничего подобного, как там, в Двутронном зале. Давай умрем на арене, и пусть правители Тсаргола трясутся от страха!

— Согласен.

— Хватит шептаться, вы, двое! — прикрикнул новый отар. — Вот! Берите мечи… Ты, варвар, возьми этот! — И он передал Тонгору его меч. Этот клинок сослужил варвару добрую службу в Алой башне.

Криво ухмыльнувшись, Тонгор подбросил меч в руке.

— Сарк говорит, что со своим мечом ты будешь сражаться лучше, — усмехнулся стражник. — А я говорю — ты можешь вооружиться хоть молниями, это все равно тебе не поможет, когда откроются Врата Смерти!

Тонгор услышал, как вскрикнул стоявший рядом Карм Карвус.

— Врата Смерти?! Сарк хочет, чтобы мы дрались с…?

— Да! — ухмыльнулся отар, — Ты, Карм Карвус, встретишься с Ужасом арены! — Затем он обратился Тонгору:

— Это большая честь, валькар, но, вероятно, такой варвар, как ты, этого не оценит. Лишь самые страшные преступники предстают перед Ужасом арены и только в дни Бога Крови Слидита. — И, снова обратившись к Карму Карвусу, он ехидно продолжал:

— В счастливый для меня день ты, Карм Карвус, позволил пленнику оскорбить великого сарка. Теперь я отар вместо тебя, а был простым стражником!

Карм Карвус рассмеялся:

— Да, Тол Фомар, со временем ты можешь стать даже даотаром. Не имея знатного происхождения, ты никогда не возбудишь ревности сарка!

Тол Фомар прорычал проклятия и подтолкнул пленных вперед:

— Идите на смерть!

Они вышли через каменные ворота на арену и встали, жмурясь от солнца. Позади них ворота захлопнулись. Карм Карвус, подняв хороший тсаргольский меч, огляделся по сторонам. Арена оказалась овальной, окруженной каменной стеной, по ее верхнему краю протянулись направленные вниз шипы. Выше рядов шипов располагались скамьи, где сидели наряженные тсаргольцы, приветствовавшие появление воинов аплодисментами, улюлюканьем и смехом. Ни тени, ни укрытия, только ровный белый песок, раскаленный тропическим солнцем.

Тонгор, прищурившись от яркого света, посмотрел на зрителей. Прямо напротив находилась царская ложа, где сидели Друганда Тал — сарк Тсаргола, и Красный Великий хранитель.

Они явно восстановили дружеские отношения. Прямо под ложей располагались зловещие железные ворота. Они походили на украшенный рогами человеческий череп, но вместо зубов торчали тяжелые железные прутья.

Врата Смерти.

Тонгор расставил ноги пошире и стал ждать. Он думал о том, что за тварь может появиться из этих челюстей смерти; о том, какого зверя мог сарк дать ему в противники, коль он заслуживает прозвища «Ужас арены». За последние несколько дней варвар уже не раз сталкивался с различными лемурийскими хищниками, от летающего ящера до дракона джунглей. Кого скрывают Врата Смерти?

Наверху, в царской ложе, под тенью балдахина, Друганда Тал с нетерпением наклонился вперед. Он разглядывал двух осужденных, появившихся на арене. Предвкушая наслаждение, сарк разглядывал превосходное тело валькара, пожирая глазами гладкую загорелую плоть, которая скоро будет истерзана в кровавые клочья. Это так красиво — алая горячая кровь на белом песке.

—  — Я по-прежнему считаю, что это ошибка, великий сарк, — донеслись до варвара тихие слова Красного Великого хранителя. — Этого человека надо пытать, и тогда мы узнаем, что он сделал со Звездным камнем.

— Место таких подонков на арене, Ялим Пелорвис! Когда его схватили, камня у него не нашли, и он не выбросил его из окна башни, так как внизу все обыскали. Нет, варвар просто спрятал его. Без сомнения, камень скоро отыщут.

12
{"b":"13393","o":1}