ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Блестящий «Немедис», своеобразное воплощение надежды на спасение мира, резко поднялся и полетел над крышами и башнями Патанги.

Глава 10

ГОРА ГРОМА

Вот уж Тунгарт по горло в воде

А в руках лишь обломок-клинок

Враг повсюду. Драконы, везде,

Тут вонзилось копье ему в бок

Но успел перед смертью поднять

Немедийский он сломанный меч

И обрушил его на врага,

Снеся вражью голову с плеч.

Песнь Диомбара о Последней битве

Соомия изможденно опустилась на узкую койку. Принцесса была бледна, ее хрупкое тело содрогалось от пережитого страха и усталости. Шарат всучил ей пиалу вина.

Пока они отдыхали, летучий корабль несся по полуночному небу. Патанга осталась далеко за кормой.

— Колдун! — обратился Тонгор к Шарату. — Я бы тоже не отказался от вина да, без сомнения, и Карм Карвус тоже.

Тсарголиец зафиксировал рычаги и обернулся.

— Я боялся, что больше вас не увижу. Не дождавшись условного сигнала, я забеспокоился. Солнце прогнало ночь, моя тревога росла. Я все более уверялся в том, что вас захватили в плен или убили, но продолжал наблюдать. А затем я заметил суматоху во дворе Храма Огня, до меня донесся звук битвы.

«Кому, как ни Тонгору, придет в голову затеять драку в храме», — подумав так, я спустился и влетел в храм.

— Нам повезло, что ты догадался сделать это, Карм Карвус, — улыбнувшись, заметил валькар, отнимая от губ пустой кубок. — А теперь приветствуй нашего царственного гостя, Соомию, законную саркайю Города Огня. Ее трон узурпировал Великий хранитель — впрочем, принцессе повезло больше, чем покойному Друганде Талу.

Карм Карвус поклонился принцессе и вновь обратился к Шарату:

— Вы успели выковать меч?

Колдун кивнул и гордо показал грубый клинок.

— Конечно. Иначе зачем нам лететь на Шаримбу, Гору Грома?

— Какой странный меч! — Казалось, Соомия очнулась от глубокого сна. Она походила на великолепную статую, но глаза ее сияли, выдавая страстную натуру. Подхватывая беседу, принцесса живо спросила:

— Так вот за это, — и она ткнула пальцем в клинок, — вас приговорили к сожжению на Алтарях?

Тогда Шарат поведал ей о замысле Королей-Драконов и пока Тонгор обрабатывал и перевязывал свои раны, рассказал немного об их приключениях, Потом путешественники поели вяленого мяса и сыра из корабельных запасов, и Шарат принялся расспрашивать принцессу:

— Поскольку для вас, принцесса, будет крайне неразумно возвращаться в Патангу, куда вы пожелаете отправиться? Есть ли у дома Чондов друзья в соседних городах-государствах?

— Нет, — грустно пробормотала Соомия. — Позвольте мне сопровождать вас в вашем путешествии. Желтые хранители уничтожили семьи, которые могли бы принять дочь Орвата Чонда.

— Тебе безопаснее вернуться в объятия Ямата — Бога Огня, чем отправиться с нами, принцесса, — проговорил Тонгор. — Нас поджидают неведомые опасности. Нам неизвестно, какие силы выставят против нас последние Драконы. Лишь Горм знает, какие ужасы придумали они за долгие века уединения.

— Я предпочту остаться с хорошими и верными друзьями, — заявила Соомия.

Она твердо стояла на этом. Никакие доводы не могли поколебать принятого ею решения.

Все очень устали и, решив, что Соомия пока останется с ними, начали готовиться ко сну. Единственную койку уступили принцессе Патанги. Остальные растянулись на полу каюты, подстелив накидки. Проспали они несколько часов, а тем временем судно неслось на север.

Под блестящим килем воздушного корабля извилистая река Саан серебристой лентой несла свои воды через леса и поля, миновала стены Катооля и устремилась дальше на север к предгорьям Моммурских гор.

Наконец Тонгор проснулся. Взявшись за рычаги управления, он поднял воздушный корабль над громадами черных скал. Грандиозные горные цепи Моммура находились в самом центре Лемурии. Гигантская каменная стена почти две тысячи форнов в длину тянулась от болот Пашта на западе до равнин синих кочевников на востоке. Пробираясь по этому горному лабиринту, лига за лигой тек великий Саан, неся свои быстрые воды во внутреннее море, Неол-Шендис, где, как утверждал колдун Лемурии, и лежали Драконовы острова.

Едва занялся рассвет, показалась окутанная облаками вершина Шаримбы. Гора Грома была самой высокой горой Лемурии, поднимающейся над остальными горами, словно великан среди карликов. Тонгор разбудил товарищей, и пока все завтракали, летучий корабль преодолевал последние лиги, отделявшие их от Горы Грома.

Шарат велел Тонгору приземлиться где-нибудь недалеко от вершины черной горы.

— Лишь я, вооруженный силой колдовства, могу подняться на вершину, — объяснил колдун. — Когда я призову небесные молнии напитать меч силой, все не защищенные магическим искусством окажутся испепеленными… Вот какую силу я должен призвать.

Перед кораблем возвышался отвесный склон.

Вдруг принцесса воскликнула:

— Смотрите!

Тонгор поглядел туда, куда указывала рука Соомии, и увидел щель в скале и плоскую площадку там, где из-за обвала обрушилась часть скалы. Здесь валькар и посадил «Немедис». Шарат покинул воздушный корабль, и ветер, безраздельно властвующий в безлюдных просторах, радостно накинулся на человека: стал трепать складки халата и седую бороду. В одной руке колдун держал меч из Звездного камня, в другой — небольшой кисет из кожи фотха. В нем лежали магические инструменты. Старик с обнаженным мечом, замерший на фоне расщепленной скалы и неба, по которому стремительно мчались облака, казался окруженным тайной, не принадлежащей остальному человечеству.

— Подождите меня здесь, — приказал Шарат. — Дальше я должен подниматься один. Ни в коем случае не идите следом.

— Что сейчас будет? — спросил Карм Карвус.

— Как только я взберусь на самую вершину горы и призову силы трона Молний, небо потемнеет. Соберутся тучи и скроют солнце. Затем из туч в вершину начнут бить молнии, небо наполнится огнем. И меч станет впитывать молнии, как зелень земли впитывает солнечный свет. С каждой молнией будет расти сила меча, до тех пор, пока он не переполнится энергией. Сделанный из Звездного камня, выкованный в Вечном Пламени, напитанный силой ветров, он сможет управлять природными стихиями.

— А вода? — решился спросить Карм Карвус.

— Вместо воды он напьется проклятой крови Королей-Драконов, — ответил колдун, повернулся и начал медленно взбираться на Шаримбу. Его спутники смотрели, как худой сгорбленный старик уходит дальше и дальше. Наконец он исчез среди острых обломков скал.

— Колдовство! — сплюнул Тонгор. — Мне нужны лишь хороший меч и сильная рука. Чтобы драться с врагом, другого колдовства не надо!

Соомия поежилась, глядя на окутанную облаком вершину.

— Что случится… когда мы встретим Королей-Драконов с этим мечом? — пробормотала она.

Карм Карвус пожал плечами.

— Не знаю, принцесса. Вероятно, меч извергнет молнии, которыми напитает его Шарат… Скоро узнаем, поскольку через несколько часов настанет время, и чудовища постараются вызвать своих темных богов из неведомых миров, лежащих по другую сторону звезд… за пределами нашей Вселенной!

Тонгор молча наблюдал за тем, как Карм Карвус беседует с девушкой. Стройный и обходительный аристократ и прекрасная принцесса могли говорить как равные… А кто такой Тонгор? Всего лишь грубый варвар! Валькар угрюмо смотрел на хрупкую фигуру… огромную копну черных волос, на кремовую кожу, проглядывающую сквозь разорванную рубашку. Никогда в жизни не видел он такой красивой женщины. Лемурия не видела подобной красавицы со времен легендарной королевы Зандары Прекрасной. Варвар отвел взгляд и, повернувшись спиной к спутникам, принялся разглядывать фантастическое море неровного камня и рваные облака, освещенные багровыми лучами утреннего солнца.

«Ладно! — сказал себе Тонгор. — Такая красота не для такого грубого воина, как я, привыкшего больше обмениваться шутками со смертью, чем перекидываться вежливыми фразами со знатными дамами».

18
{"b":"13393","o":1}