ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пол под ногами Тонгора был похож на море стекла. Черный, как ночь, он простирался в призрачную бесконечность. Валькар чувствовал себя как бы парящим в пространстве над Вселенной; посмотрев вниз, он увидел, что на сверкающей поверхности покрытия, подобного кристаллу, искорки света сверкали, как далекие звезды.

Там, где Тонгор ожидал увидеть свет, был таинственный мрак, заполненный тенями, загадочными формами, едва различимыми в темноте. «Может быть, великолепие этого зрелища столь ослепительно, что сокрыто от глаз людей, — подумал Тонгор. — Сияние столь сильно, что кажется темнотой для ошеломленного человека».

Зал, где он находился, был огромен. Горы могли бы укрыться под его дугообразным сводом. Массивные колонны уходили в темноту бескрайних высот.

В полумраке в полной тишине застыли какие-то тени. Тонгор направился вперед по сверкающему полу, усеянному ночными звездами, и через какое-то время оказался в самом центре зала.

Были ли это троны? Он не мог четко различить, но вздымавшиеся над ним огромным полукругом силуэты напоминали именно троны.

Один из тронов выглядел величественнее других. Похоже, что он был высечен из огромного драгоценного камня, но глаза валькара не могли разглядеть ничего определенного в переплетении теней, где формы предметов искажались до неузнаваемости.

И тут он почувствовал, что не один.

На центральном троне, превосходящем размерами остальные, появилась некая темная субстанция — бесформенное облако, неясное, едва различимое пятно. Однако внутри облака скрывался разум, огромный и спокойный, не имеющий возраста. Он наблюдал за Тонгором. На гигантском троне восседало нечто столь неземное в своем великолепии, что глазам смертного оно показалось тусклым.

И тут послышался голос.

Странно, но он не был громоподобным, как голос Пнота. Он не напоминал ревущий свист ветра, как голос Алтазона, а звучал мягко и спокойно, словно один человек разговаривал с другим, стоящим рядом. Это был почти шепот, а Тонгор ожидал услышать гром десяти тысяч труб.

Очевидно, как и ослепительный свет, который был здесь таким ярким, что воспринимался как мрак, сверхмощный голос для ушей человека звучал очень тихо.

— Что же ты узнал? — спросило существо, восседавшее на троне.

Тонгор выждал, прежде чем отвечать, собираясь с мыслями.

Он не сделал никакого приветственного жеста или поклона, поскольку не мог придумать ничего, подходящего для такой ситуации. Валькар просто стоял, как может стоять честный и гордый человек перед самим Создателем. И когда Тонгор произнес первые слова, его голос прозвучал твердо и отчетливо.

— Первый урок я вынес, получив меч. Я был озадачен, увидев его на своем пути. Я понимал, что этому должно существовать какое-то объяснение и я должен извлечь из происходящего некий урок. В результате я понял, что меч мне на самом деле не нужен. Способность противостоять страху, побороть его, собрав все свое мужество, — вот что необходимо для победы. Я также научился не презирать страх, ведь, лишь преодолев его, становишься храбрым.

— Это была первая из истин, — голос звучал спокойно и негромко.

— Но я усомнился в значимости того, что я узнал, — признался Тонгор. — Поскольку все, с чем я встретился в Королевстве Теней, было лишь эхом или отражением своих двойников с Земли. Я задумался, как такой опыт можно использовать в том мире, откуда я пришел. Я, как и все люди, знаю, что в моем мире все опасности и враги — материальны, они не исчезают, как бесплотные тени, перед одним только проявлением мужества. Только в Стране Теней я мог победить чудовище, поборов собственный страх.

— И к чему же привели тебя подобные размышления?

Валькар сдвинул брови, пытаясь более четко сформулировать свою мысль.

— Я пришел к выводу, что первая истина справедлива даже в отношении реальных физических опасностей моего мира. С точки зрения богов, неважно, побеждает ли человек, храбро встречающий испытание. Настоящую победу одерживает не только тот, кто выходит живым из сражения. По мнению богов, человек, который смело сражается за правое дело, всегда будет победителем, независимо от того, одерживает ли он в конечном счете верх над врагом. Другими словами, я понял, что не надо бояться поражения, потому что именно оно может обернуться истинной победой.

— Это была вторая истина, и она важнее первой, — опять прозвучал ровный голос.

Услышав это, Тонгор обрадовался. Он прошел две трети пути, оставалось сделать последнюю попытку.

— Научился ли ты чему-нибудь еще? — мягко спросил его голос.

Северянин неуверенно покачал головой.

— Те непреложные законы, которые я открыл во время моего пребывания в этом странном мире духов, объединяются, как мне кажется, в логическую последовательность. Ничто нельзя воспринимать здесь как само собой разумеющееся. Все, что я видел, с чем сталкивался, являлось лишь отображением и символом реальности. Согласно законам жизни различные состояния вытекают друг из друга, они переплетены, а не противопоставляются друг другу. Так храбрость вырастает из страха, а победа может прийти после поражения. Я начинаю думать, что и жизнь проистекает из самой смерти.

Наступило долгое молчание, прежде чем голос вновь зазвучал.

— Это третья истина — самая великая из всех, — приглушенно и мягко сказал Бог, — Знай, что ты — единственный из людей, кто искал и нашел объяснение трем истинам. Мы гордимся тобой, Тонгор из валькаров.

Тонгор продолжал хмуриться. Недоставало еще одного звена в логической цепочке, которую он так медленно и с таким трудом для себя формулировал. Был еще какой-то неизбежный вывод, и валькар почти подошел к нему после открытия трех истин. Ну конечно же…

Тонгор решительно повернулся к трону. Теперь он находился на пороге нового смелого озарения.

— И еще одно, — начал он неуверенно. — Попав в эту таинственную Страну Теней, я постепенно все больше и больше начал понимать ее суть. Теперь наконец я знаю правду о ней, и я хочу задать тебе вопрос, Бог Жизни.

— Спрашивай, что хочешь, — голос понизился до шепота.

Тонгор перевел дыхание.

— Стоило мне переступить Врата Теней, как у меня появились вопросы. Саги, мифы и сказания всегда учили меня тому, что крылатые Воительницы переносят души храбрецов в Чертог героев. Но со мной этого не случилось. Я сам пришел к Вратам как странствующий призрак, сам нашел путь к тому месту, где сейчас нахожусь…

— Ну, продолжай же, не бойся, — подбодрил голос.

— Меня не поразил ни меч врага, ни жестокая болезнь, я еще достаточно молод. Я научился тому, что ничто нельзя воспринимать таким, как оно есть, даже, как мне кажется, простой факт моего присутствия здесь. Это и заставило меня прийти к выводу: я не знаю, как такое может быть, но я — не мертвый.

Темное облако заколебалось. Из него стал вытекать свет.

Окружающие предметы замерцали и начали становиться прозрачными. Твердый пол под ногами Тонгора превратился в нечто нематериальное. Валькар мог видеть сквозь него, как сквозь тонкую вуаль. Стены, громадные колонны, высокий купол и даже величественные троны, образовавшие гигантский полукруг, стали зыбкими тенями.

Тонгор не понимал, что происходит, но он не чувствовал страха. Его собственное тело тоже стало нематериальным, превратившись в некий туман, облачко, плывущее над глубинами. Далеко внизу он видел огромную Вселенную с миллиардами звезд. Она стремительно неслась к нему, расширяясь с фантастической скоростью. Звезды мчались, как сверкающие ракеты, миры проносились мимо, словно пена на поверхности клокочущей реки, — вся бесконечная Вселенная снова открылась валькару в громоподобном реве и грохоте. И все же сквозь эту резкую какофонию Вселенной Тонгор расслышал тихий, спокойный голос, прошептавший ему еще одну истину. Эта истина была более ошеломляющая, чем все, что он раньше узнал, — несколько слов, которые подтвердили его самые фантастические подозрения и вызвали целый поток вопросов. Он услышал слова, которые зазвенели и отдались эхом в его потрясенном мозгу;

21
{"b":"13397","o":1}