ЛитМир - Электронная Библиотека

Стена беззвучно уползла в пол, оставив перед завороженным взором Фишки самую восхитительную коллекцию бокалов из резного хрустала, окрашенного в различные спектры специально для употребления разнообразных напитков – настоящая алкоголическая фантазия Изумрудного города.

Дуган Мотли с фальстафовской удалью ухмыльнулся, раздвигая бороду и сверкая зубами:

– Ну, друг мой великий Фишка, о котором я премного наслышан, что же ты будешь пить? – Он обвел хрустальную выставку рукой шириной в ломоть ветчины, срезанного с доброго окорока. – На твой выбор двести одиннадцать тысяч четыреста тридцать шесть различных напитков, пойла, бурды и пота пантеры, как это называли древние земляне… Хо-хо… Что выберешь? Или ты предпочитаешь курить? Нюхать? Колоться? Оросить носоглотку? А, может быть, какой-нибудь из видов электростимуляции нервных центров? Только скажи – и это моментально будет здесь! – Мотли даже раскраснелся от дружелюбия и гостеприимства, в предвкушении удовлетворить любые, даже самые неожиданные, вкусы гостя. – В моих подвалах собрано все, что можно достать в галактике.

– Другими словами, назвать мой любимый яд? – улыбнулся Фишка. И тут же в нем заговорил гурман, уверенно перекрикивая неслыханную расточительную щедрость взломщика мастер-класса. Он задумчиво потянул воздух, как всегда делал перед дегустацией любимого напитка, и обвел туманным взором длинные ряды сверкающих бокалов.

– Ну что же… Шато Московитц, Дуган, если это найдется в твоих подвалах.

– Если найдется… Ха-ха… Вот уморил! На семнадцать бутылок больше, чем в винной коллекции императора…

И Дуган хлопнул по соседней стене – таким ударом можно было свалить вола.

– Рюмочки-бутылочки – одна отрада старого пенсионера, – пропел он куплет из популярной песенки прошлого века. – И мне того же самого, что хочет Фишка, мой гость! – проревел он в заключение, хотя таких слов в песне не было.

Из глубины подвала поднялась целая этажерка, уставленная бутылками. Дуган выбрал одну из них.

– Урожай 2002 года. Пойдет, дружище? А?

Фишка кивнул:

– Вполне. Год подходящий.

Дуган расплескал бесценный напиток в два сверкающих, как алмазы, хрустальных кубка. Они подняли бокалы.

– За преступление, – торжественно произнес Фишка традиционный тост.

– За преступление… Хе-хе-хе!..

И они выпили.

Глава 25

Дуган Мотли залпом проглотил вино, довольно крякнув и вытерев бороду тыльной стороной ладони.

– Пфаа! Крепкая штука, но это самый настоящий старый «Москви», клянусь последними клыками.

Это было явное преуменьшение, или «литота», как называют эту фигуру речи: Мотли напрашивался на комплимент. Его рот украшали великолепные белоснежные трансплантанты, которыми можно было без труда перекусывать проволоку.

– Великолепно, – согласился Фишка. Он со знанием дела потягивал напиток, распределяя его по краю бокала ловким движением запястья. Все в его движениях выдавало знатока и говорило о том, что он делал это не впервые. При каждом глотке он запрокидывал голову назад, чтобы лучше чувствовать букет. Сначала он втягивал воздух левой ноздрей, затем правой, а потом снова левой – так, поочередно, обеими ноздрями, то одной, то другой, он выжимал из букета все, что мог: все его оттенки, краски и послевкусия.

– Неплохое винцо, довольно очаровательное, – пробормотал он наконец, распробовав напиток как следует.

– Крепка-а, – восхищенно хрипел Дуган Мотли. – Ох, крепка, как она называется… Московский замок?

– Да, именно, что зАмок, а не замОк.

Фишка опустил в оставшуюся жидкость кончик языка и проделал еще несколько столь же странных действий, выдававших в нем гурмана и дегустатора.

– Хмм, – пробормотал он задумчиво. – Похоже, с западного склона виноградника. Больше чувствуется полуденного солнца, – пояснил он, встретив непонимающий взгляд Мотли. – Оно выводит из почвы танниновую кислоту. Да, в целом, очень и очень неплохое винцо. Очень.

Борода Дугана раздвинулась в улыбке, обнажая зубы – клавиши, от которых быстрее забилось бы сердце пианиста.

– Хо! Да он настоящий знаток, этот Фишка, едят меня собаки Макдональда. Он умеет чувствовать вино как женщину! Какую радость ты пролил на мое старое сердце. Правильно сделал, что заехал ко мне… О деле не спрашиваю.

– Я тоже счастлив повстречаться с вами, – скромно отвечал Фишка. – Меня всегда приводило в восхищение то, как…

В этот момент голос Дугана снова загрохотал, как бетономешалка, перекрыв вежливый голос Фишки точно бульдозер, наехавший на капустный лист.

– Пошли наверх… Сейчас я тебе покажу!.. У меня есть альбомы с твоими фотографиями, с твоими делами. В тот раз на Зануке Третьем, когда ты украл рубиновый глаз у Кукурузного идола Н'гумба Йо-Йо. Какая тонкая работа! И как точно все рассчитано, как гладко прошло! Просто диву даешься.

– Да ничего особенного, – скромно отмахнулся Фишка.

– А похищение принца с Никаса 12! Как это тебе только удалось… Вот это да! И какой выкуп запросил, не постеснялся. Да и сам этот принц, сорокафутовый крокодил, чего стоил… Как тебе удалось с ним справиться? Да, полно чудес на свете… Одна отрада, как глоток воздуха из тех прежних дней, почитать о подвигах тех, кто прилетел нам на смену.

Вопреки природной скромности, Фишка Ртуть не мог не почувствовать умиления от этой похвалы.

– Ничего себе старик! – воскликнул он, не желая остаться в долгу. – Надо же, как прикидывается! Посмотрев на вас, я бы голову об заклад положил, что вам и дня не стукнуло за двести! Не больше двухсот лет, ни на один день. Правда ведь? Пойдем, сейчас же готов поставить отпечаток на документе. Сейчас же готов подтвердить это отпечатком пальца!

Так они шутили, проезжаясь взаимно насчет друг друга над бокалом игристого вина, как ветераны на профессиональном празднике. Однако Фишка прекрасно помнил, что летел в такую даль вовсе не за тем, чтобы встретить коллегу по мастерству и распить с ним бутылочку вина. Он мечтал как можно скорее, соблюдя все традиции гостеприимства, приступить к делу. Несмотря на радушный прием, он ничуть не сомневался, что Дуган Мотли может заартачиться и не станет давать ему информацию… Ведь когда дело касалось мастерства… Тем более, Фишке предстояло донести до Дугана Мотли дурную весть о кончине его бывшего подельщика Сферна Хаффарда.

Но пока серьезный разговор откладывался и оттягивался. Оба суперпреступника чествовали друг друга, произнося тосты и комплименты, поглощая искрящийся в бокалах напиток и высоко оценивая место друг друга в анналах истории криминала. Но затем, когда наконец все приличия и условности были соблюдены, мастер-взломщик перешел к делу.

– Итак, – и он вопросительно прищурился на Фишку. – Полагаю, ты все-таки приехал сюда не для того, чтобы обмениваться комплиментами со старым Дуганом? Фишка Ртуть, у тебя ко мне, кажется, дело, которое ты стесняешься раскрыть. Скажи мне, я прав?

– Ты прав, как всегда, – согласился Фишка.

– Ну так, может, перейдем к делу?

Глава 26

– Дуган, братан, – начал Фишка без предисловий. – Ты единственный из воров во всей галактике, кто проворачивал дело с Короной Звезд и смог унести ноги и уберечь горло от ножа. Мне дела нет, брал ты ее или не брал… Я в чужие дела не лезу, но скажи мне, брат, несколько вещей: Как эта корона охраняется? Как далеко ты зашел, прежде чем тебя засекли? Почему попытка сорвалась? Какого черта ты не мог подготовить все получше и не провалиться на этом деле, лучший взломщик галактики?

Мотли разразился целой симфонией громоподобных смешков, пыхтений, хрипов и вздохов, сотрясавших его туловище как вулкан во время извержения. Фишка терпеливо ждал, пока это веселое землетрясение утихнет. Наконец такой момент наступил. Вытерев слезы искреннего смеха, толстяк опрокинул последний бокал «Шато Московитц» с такой легкостью, как будто там был морковный сок.

– Так вот где собака зарыта, а? Вот, брателло, в чем твое дело? Великий Фишка намылился увенчать свою карьеру Короной Звезд, не больше не меньше? Вот оно как, паря?

15
{"b":"13399","o":1}