ЛитМир - Электронная Библиотека

Он находился на вершине небольшого холма. Во все стороны от него шел небольшой лесок и мелкие отроги скал. Прямо перед сыщиком стояла высокая сикомора (смоковница), но ни в ней самой, ни в скале, находившейся около, не было ни малейшей щели, в которую бы мог исчезнуть Мейерс.

Спрятавшись за кустом, сыщик решил ждать возвращения помешанного. Однако, проходил час за часом, а он не являлся.

Ник Картер понял, что тот вернулся домой по другой дороге и, боясь, как бы отсутствие «батрака» не было замечено, бегом пустился обратно. В эту ночь, очевидно, ему не суждено было раскрыть тайну сумасшедшего.

Увидев сквозь ставни свет, Картер осторожно заглянул в кухонное окно. Мейерс мирно спал, сидя на стуле.

Так как всю дорогу сыщик бежал в одних чулках, то бесшумно раскрыл дверь и смело подошел к спящему. В то же мгновение он отшатнулся назад и едва не вскрикнул: руки Мейерса были в крови!

На полу, у самых ног, лежал обыкновенный карманный нож, рукоять и лезвие которого точно также были покрыты пятнами крови.

Очевидно, помешанный кого-то зарезал, но кого?

На это был только один ответ, и Картер боялся его произнести.

Этель Пайн… вот, единственно возможная жертва преступления!

* * *

Сыщик очень хорошо понимал, что будить спящего и пытаться узнать от него истину было напрасным трудом: помешанный все равно не сказал бы ни слова! В этом отношении он напоминал бульдога, который раз вцепившись, не разжимает зубов даже тогда, когда его бьют.

Поэтому он удалился к себе и еще долго обдумывал все события дня.

Не было сомнения в том, что руки Мейерса были в крови; но, несколько успокоившись, Ник Картер пришел к выводу, что это кровь во всяком случае не мисс Пайн.

Ведь у помешанного была одна идея, которую он, очевидно, станет проводить очень методично: ему необходимо, чтобы Этель вышла за него замуж и чтобы ее состояние досталось ему! Только тогда он убил бы девушку…

— Нет! Она еще ему не жена, и, значит, пока находится в полнейшей безопасности, — со вздохом облегчения произнес сыщик.

Наконец, усталость взяла свое: Ник бросился на постель и тотчас же уснул… Он проснулся, когда солнце залило лучами всю его каморку…

Спустившись вниз, Картер не застал в кухне Мейерса. Осмотрев внимательно кухню и комнату, сыщик убедился, что помешанный спал на кровати… После этого «работник» занялся колкой дров.

Появившийся Мейерс едва взглянул на него и шепотом произнес:

— Фил, дело обогащения я уже начал!

— Ага! Каким же образом? — притворно обрадовался Картер.

— Кровью, Фил, кровью! Все на свете созидается и разрушается этим соком! Целые нации, государства — все зиждется на одной крови!

«Кажется, он все больше и больше сходит с ума, — подумал Ник. — Бедная Этель! Как жаль, что я не видел ее вчера!»

— Кого же вы убили вчера? — с напускным равнодушием осведомился он, всаживая топор в бревно и с замиранием сердца ожидая ответа.

Но помешанный не произнес ни слова… Он хихикнул, пожал плечами и отошел от собеседника.

Вплоть до вечера Мейерс молчал. За ужином он снова пустился развивать свой дикий план обогащения, в том же хвастливом тоне говорил о легкости выполнения задуманного и точно также обещал Нику Картеру пятьсот миллионов долларов.

Отговорившись усталостью, сыщик удалился в свою каморку. Когда он, как и накануне, спустился вниз, то застал Мейерса снова за приготовлением пищи.

Снова понес Мейерс кушанья, снова преследовал его Ник, и снова сумасшедший исчез на том же самом месте…

— Черт возьми! — выругался сыщик. — Это немножко глупо! Если бы я не был убежден в том, что на свете нет ничего сверхъестественного, я бы поверил в волшебников, колдунов и духов!

И в самом деле: происходило нечто совершенно непостижимое! Отправившись в третий раз за Мейерсом, сыщик, как и предыдущие два раза, не мог ничего открыть.

А между тем Мейерс становился все опаснее, он уже прямо заговаривался, так что его совершенно нельзя было понять.

Три дня и три ночи прошли, но сыщик ни на один шаг не подвинулся вперед. За все это время Картер не мог послать вести в Биркенгоф, так как Мейерс отлучался только ночью, когда относил в потайное место поднос с кушаньями. Да и что мог Ник сообщить Бетси Вандерполь? Ничего! Несмотря на всю энергию и находчивость, он еще ничего не знал!

Казалось, что помешанному удастся нанести поражение лучшему сыщику Америки.

Утром на четвертый день Мейер сообщил «работнику», что он уходит.

— Куда? — спросил Ник.

Но сумасшедший только загадочно усмехнулся и не сказал больше ни слова.

— Вы мне, значит, не доверяете? — прикинулся Картер сильно обиженным.

— Не доверяю тебе? — глухо заговорил Мейерс. — Да разве ты не видишь по моим глазам, что я изобрел план… Ах! Какой это дивный план!

— А в чем он состоит, хозяин? — осведомился сыщик.

— Кровь, — скорее прошипел, чем проговорил помешанный. — Кровь! Я уйду и вечером вернусь… Когда ты увидишь меня снова, всюду будет кровь… Весь мир будет в крови и на наших царственных плечах будет кровавая, пурпуровая мантия.

— А когда вы пойдете? — задал вопрос сыщик, понимая, что более разумных слов ему не добиться.

— Через час. Теперь я лягу и усну.

Сыщик решил не спускать глаз с помешанного. Он видел, как тот ушел в комнату и повалился на кровать.

Через несколько минут он спал…

Когда спустя четверть часа Картер снова вошел в комнату, кровать была пуста и, Мейерс исчез.

— Ах, я осел! — выбранил себя Ник. — Меня перехитрил жалкий помешанный! Кажется, пора бы мне знать, что он не говорит ни одного откровенного слова… Исчезает каждую ночь, руки у него в крови, и в тоже время я знаю, что режет он только кур… Ну, уж сегодня вечером я тебя поймаю, хотя бы для этого мне пришлось повиснуть на фалдах твоего сюртука!

Из боязни, что Мейерс вернется, Картер не отлучался из дома.

Действительно, в сумерки помешанный возвратился. В одной руке он нес обыкновенную дорожную сумку из черной кожи. Тотчас по приходу домой Мейерс отнес ее в свою спальню.

Всю остальную часть дня сумасшедший был очень разговорчив, но, однако, ни словом не упомянул о том, где был и что принес в сумке.

Вечер сменился ночью — и сыщик отправился в отведенную ему комнату…

Однако, вместо того, чтобы направиться вниз по лестнице, как он обыкновенно делал, Картер выпрыгнул из окна и бегом пустился по хорошо ему знакомой дороге к тому дереву, у которого так таинственно исчезал Мейерс. Быстро взобравшись по стволу на ближайший сук, Ник уселся поудобнее и стал ждать.

Прошло не более получаса, как послышались знакомые шаги и вскоре появился Мейерс, как всегда с подносом в правой руке. Он обошел дерево кругом, пошарил рукой под тем самым суком, на котором сидел сыщик и вдруг скрылся так же быстро, как и в предыдущие разы.

Ник чуть не вскрикнул от удивления. Мейерс исчез в самом дереве!

Быстро соскочив вниз, Картер засветил фонарь и начал обшаривать рукой шероховатую, похожую на чешую крупной рыбы, кору.

Наконец…

Под одной из выпуклостей коры сыщик нащупал железное кольцо. Сильно потянув его к себе, Картер почувствовал, что кора дерева открывается точно дверь. Несомненно, внутри дерева проходила железная полоса, на которой и была укреплена эта своеобразная доска. Заглянув внутрь дерева, Ник увидел, что оно совершенно прогнило и что «дверь» поднималась посредством блока.

Быстро решившись, сыщик осветил фонарем дупло и заметил лестницу, ведшую куда-то в глубину. Она была сколочена из жердей и стояла почти отвесно.

Картер бесстрашно начал спускаться, предварительно потушив свой фонарь.

Когда он был приблизительно на 20 метров ниже поверхности земли, он услышал звук человеческого голоса.

— Мирон, — говорил этот голос, — освободите меня! Верните мне свободу, клянусь вам, я отдам вам все мое состояние до последнего доллара!

Чувство необычайной радости охватило сыщика: наконец-то жертва помешанного была найдена!

10
{"b":"13405","o":1}